Приключения итальянца в России, или 25 497 км в компании «Веспы» - Стефано Медведич Страница 41

ноги. В дороге случилась и очень приятная встреча. Я ехал в абсолютном одиночестве и вдруг услышал звук клаксона. Глядя в зеркало заднего вида, увидел большой внедорожник, который быстро обогнал меня, а из окошка какая– то женщина сделала знак остановиться. Я поставил Веспу на подножку и пошел навстречу вышедшей из машины паре, которая приближалась ко мне, улыбаясь. Оба были членами Клуба «Офф – Роуд» Казахстана. Они хотели знать все о моей поездке, задавая обычные вопросы, затем подарили мне футболку с логотипом клуба, и мы распрощались, но не раньше, чем сделали несколько фотографий.

На следующий день я покидаю отель очень рано. Погода хорошая, и температура после 9 утра становится приятной. Я заново открываю для себя удовольствие от путешествия. Время от времени навстречу проезжает грузовик, кто– то другой обгоняет, почти все приветствуют меня, нажимая на клаксон. Начало июля, и Сибирь предлагает великолепное зрелище. Миллионы цветов покрывают огромные поляны между деревьями, а также край дороги. Какое буйство цветов! Я часто останавливаюсь, чтобы сделать фотографии. Эти сибирские цветы дарят мне радость, но прежде всего они вызывают у меня чувство нежности. Их жизнь недолговечна, сибирский климат позволяет им существовать очень короткое время. В этих цветах есть что–то героическое! Они цепкие, потому что у растения, на котором они распускаются, сильные корни, они переживают зиму и выживают в почве. Я постоянно останавливаюсь, чтобы фотографировать ирисы, голубые колокольчики, огромные поляны ромашек. Каждый раз, когда уезжаю, мое сердце радуется, даже если я знаю, что через несколько месяцев от этих цветов останется только нежное воспоминание: вместо тысяч цветов повсюду будет лежать одинаковый и однообразный белый снег!

Через 400 км я оказываюсь в городе Алзамай, в Нижнеудинском районе. Ночую в отеле «Паллада», в сервисной зоне рядом с автомагистралью. На следующее утро после завтрака осматриваю Веспу и делаю кое–какой мелкий ремонт, после чего готов уехать. Я уже сел в седло и собираюсь стартовать, когда ко мне подходят двое молодых людей, веселых и улыбающихся. Они хотят познакомиться. Выключаю двигатель и начинаю разговаривать с ними. Ребята студенты, путешествуют автостопом. Радостные, беззаботные, с несколькими рублями в карманах они через всю Сибирь едут в Москву. Они говорят на хорошем английском, конечно, гораздо лучше моего, а у меня в сознании встают очень четкие воспоминания о далеком прошлом, когда я в 70–е годы раскатывал по всей Европе с военным рюкзаком за плечами и большим пальцем, всегда готовым попросить подвезти. Конечно, это было утомительно, часто на пределе сил и с пустым желудком. Но путешествия и знакомство с новым миром, за пределами узкого горизонта моего маленького города, открыли мне глаза. Они раскрыли мой разум, как парус, а полученное от этого удовлетворение затмило любую жертву. Я был молод и передо мной лежали тысячи путей!.. Я тепло и с какой – то грустной нежностью прощаюсь с ребятами, покидаю зону обслуживания и возвращаю два колеса Веспы на дорогу P255. В дороге я думаю, что в основном мой дух мало изменился по сравнению с тем, когда я был двадцатилетним. Страсть к путешествиям осталась прежней; она, я бы сказал, аннулировала время, создавая иллюзию того, что я остался молодым (увы, это иллюзия!).

С половины восьмого и до полудня проезжаю без проблем 500 км. Миную Красноярск, посылая мысленно приветствие друзьям, которые принимали меня там, и останавливаюсь в зоне обслуживания недалеко от города Емельяново. Провожу ночь в гостинице «Транзит». На следующий день выезжаю на рассвете, поскольку хочу добраться до Новосибирска днем, а это больше 700 километров! К полудню погода портится, облачный фронт быстро движется в мою сторону. Небо вот–вот разродится дождем! Останавливаюсь, чтобы подготовиться к нему. Но когда ставлю Веспу на подножку, чтобы укрыть багаж водонепроницаемым брезентом, она ломается. Было вполне предсказуемо, что это произойдет, учитывая вес рюкзаков и всего того, что отягощает скутер.

Я наклоняю Веспу на правый бок и прислоняю к ограждению, которое отделяет проезжую часть трассы от откоса. Дует очень сильный ветер, он заставляет трепетать брезент, который я крепко держу, чтобы он не вырвался из рук. Отхожу на несколько метров, чтобы сделать фотографии. Наклонившаяся на бок Веспа, с шумно взлетающим над ней брезентом, вызывает у меня чувство жалости. Есть что – то героическое в ее упорном сопротивлении. Бедняжка, она похожа на обессилевшую ослицу, у которой от усталости подломились ноги, и она упала на землю под тяжестью своей ноши! Закрепив как следует брезент, я возвращаюсь на дорогу. Облачный фронт каким – то чудом движется на юг, но ветер продолжает мучить меня и заставляет уменьшить скорость. Я вынужден использовать низкие обороты и часто переключаться со второй на первую скорость и наоборот.

Почти сразу после полудня приезжаю в город Мариинск. Покупаю яблоки и хлеб в маленьком магазине. Останавливаюсь в месте, где припаркован грузовик и где тротуар дает мне возможность держать Веспу «на ногах». Я подхожу к водителю грузовика, намеревающемуся есть сэндвич, и спрашиваю, нет ли у него случайно чего– нибудь среди инструментов, что может выполнять функции подставки. Он подходит к Веспе, и я показываю ему, что это такое. Он тут же говорит: «А, понимаю» и идет к своему грузовику. Возвращается с небольшим отрезком трубы сантиметров 5 в диаметре и 30 в длину. Это может и сработать, но тяжелый багаж делает Веспу неустойчивой, и при малейшем толчке или порыве ветра трубка бы согнулась и скутер в конечном счете оказался бы на земле. Благодарю водителя грузовика и возобновляю путь к Новосибирску, от которого меня отделяют 430 км. Я начинаю думать, что не смогу доехать, и действительно, проехав сто километров, я в этом практически уверен. Остановлюсь в Кемерово, где смогу отремонтировать подножку.

Снова в Кемерово и Новосибирске

Приезжаю в город в сумерках и звоню Андрею Григорьеву. Он удивился, поскольку я говорил ему, что не остановлюсь в Кемерово. Он рад снова встретиться и забирает меня на въезде в город. Отправляемся в мастерскую, где у Андрея офис, чтобы оставить там Веспу. Потом, как только я оставляю свои вещи в его квартире, мы идем купить что–нибудь на ужин.

В небольшом магазине, открытом, несмотря на поздний час, Андрей покупает копченую рыбу. После ужина приятная прогулка по пустынным улицам, воздух после дождя влажный, но тепло. На площади, все еще украшенной после празднования 70–летия победы в Великой Отечественной войне, меня поражают и очаровывают две вещи: чудесная статуя и плакат с репродукцией картины. Бронзовая статуя представляет собой руку длиной около двух метров, на ладони которой лежит спящая девочка, свернувшаяся калачиком со сложенными под левой щекой ручонками. Я останавливаюсь на несколько минут перед этой статуей: сколько поэзии, сколько нежности смог вложил в нее скульптор! Еще больше меня поражает ощущение легкости, запечатленное в работе, оно заставляет забыть о тяжести использованного материала и уводит в хрупкий и светлый мир сна, в который погружена малышка. Я делаю несколько шагов, и вот еще один удивительный сюрприз!

На плакате размером примерно метр на метр, размещенном на стене, воспроизведена картина Георгия Мелихова «День Победы в Берлине». Картина изображает берущую за сердце сцену. В только что завоеванном Берлине советский солдат вошел в дом и сел к пианино, он опустил руки на клавиши и играет, сидя на импровизированном стуле. У него пилотка на голове, на плечах тяжелая шинель, за спиной автомат с обращенным вниз стволом. В комнате на полу валяются листы бумаги, видимо, их размело взрывом. А пианино каким – то чудом не пострадало. Тот, кто смотрит на картину, сразу понимает, что изображенное художником на картине – это всего