Две Кореи. Рождение разделенных наций - Теодор Чжун Ю Страница 67

Обамой главой Всемирного банка в 2012 году, вырос в Америке, куда его семья переехала, когда ему было пять лет. Он был первопроходцем во многих отношениях, о чем свидетельствует его впечатляющий послужной список: Джим Ён Ким был заведующим кафедры глобального здравоохранения и социальной медицины Гарвардской медицинской школы, а затем к изумлению азиатско-американской общины стал президентом Дартмутского колледжа. Будучи лидером в области глобального здравоохранения, он вместе со своими коллегами основал компанию Partners in Health для оказания медицинской помощи на уровне общин бедным слоям населения на Гаити, в Перу, Мексике и других странах, а также возглавил «инициативу 3х5» Всемирной организации здравоохранения по лечению и искоренению ВИЧ/СПИДа во всем мире. Однако критики сомневались, что знаний Кима (который не получал образования в области бизнеса и финансов) достаточно для того, чтобы возглавлять Всемирный банк.

Тем не менее, обладающий огромным опытом в сфере глобального здравоохранения, Джим Ён Ким превосходно проявил себя на своей должности. Под его руководством Всемирный банк произвел ряд глубоких изменений. Он включился в борьбу с коррупцией через свой Департамент институциональной целостности, предоставивший 202 телефонных номера, по которым можно сообщить о мошенничестве и коррупции, что позволило Всемирному банку преследовать в судебном порядке коррумпированные фирмы и вносить их в черный список. В соответствии с основной специализацией Кима, Всемирный банк инвестировал в здравоохранение, борясь с малярией и туберкулезом, продвигая проекты по улучшению водоснабжения и санитарной обстановки. Джим Ён Ким, столь же приверженный делу охраны окружающей среды, как и Пан Ги Мун, побудил Всемирный банк отказаться от финансирования экологически вредных проектов и взяться за реализацию проектов по очищению воздуха и повышению эффективности использования топлива. Ким планировал, что Всемирный банк и его 189 стран-членов приложат все усилия для того, чтобы положить конец крайней нищете к 2030 году посредством предоставления достоверных данных для принятия решений; проведения передовых исследований (например, использования самых актуальных демографических данных для прогнозирования роста численности мирового населения); обучения специалистов в развивающихся странах, а также уделения особого внимания сотрудничеству с организациями гражданского общества (ОГО) для обеспечения участия и вовлеченности на местном уровне. Внезапная отставка Кима 1 февраля 2019 года застала мир врасплох, и многие сожалели об уходе столь дальновидного лидера. Борьба Пан Ги Муна и Джим Ён Кима за социальную справедливость силами таких влиятельных институтов, как Организация Объединенных Наций и Всемирный банк, повысила авторитет Южной Кореи. Однако это также означало, что отныне страна, которую порой называют субимперией, сама станет объектом пристального внимания с точки зрения того, как она относится к наиболее уязвимым слоям населения, и особенно неэтническим корейцам, которые иммигрировали в Корею ради брака или работы.

Переосмысление нации и национализм: существует ли на самом деле мульткультурализм в Южной Корее?

11 апреля 2012 года Жасмин Бакурни Ли (Jasmine Bacurnay Lee, 1977 г. р.) вошла в историю, став депутатом партии Сэнури в Национальном собрании Южной Кореи и первой неэтнической кореянкой на посту законодателя. Националисты, выступающие против иммиграции, потребовали немедленно снять Жасмин с поста, сравнив ее присутствие с ядовитым сорняком, разрушающим государство и корейский генофонд. «Иностранке не место в нашей политике», — кричали ее недоброжелатели. Именно такие ксенофобские высказывания и побудили Жасмин Ли баллотироваться в депутаты: она считала своим долгом представлять интересы таких же мигрантов, как она сама, которых в корейском обществе считали отщепенцами. Государство преподносило избрание Ли как наглядное подтверждение успешности политики мульткультурализма, концепции, которую оно кооптировало у общественных групп. По утверждению критиков, целью государственного мультикультурализма (дамунхва) было регулирование этнического разнообразия посредством неолиберальной политики, которая приносит пользу стране. Будучи символом мультикультурализма Ли ставила под сомнение саму идентичность Кореи — ее мифов о «единокровной» нации и монокультуре.

Жасмин Бакурни Вильянуэва, урожденная филиппинка, и представить себе не могла, что однажды станет гражданкой Кореи. Она встретила Ли Дон Хо (второго помощника капитана корейского грузового судна) в магазине своих родителей, когда была студенткой Университета Атенео де Давао, и вышла за него замуж в 1994 году. Почти за десять лет до того, как в моду вошли мультикультурные программы, Жасмин Ли было довольно трудно найти недорогие курсы корейского языка, не говоря уже о группах поддержки, которые могли бы помочь ей адаптироваться к жизни на новой родине. Будучи единственной некореянкой в своем районе, Ли беспокоилась о том, как к ее двум детям смешанного происхождения будут относиться в школе; чтобы уберечь их от притеснений, она намеренно пропускала родительские собрания. В интервью Huffington Post Ли призналась, что источником всех ее знаний о корейском обществе был супруг, с которым они почти каждый вечер ходили в бар и пели в караоке. Когда муж Ли трагически погиб от сердечного приступа, спасая их дочь из реки в провинции Канвондо в 2010 году, корейские СМИ изображали ее как убитую горем вдову, идеально ассимилировавшуюся жену из среды мигрантов.

В середине 2000-х годов, когда мультикультурализм получил широкое распространение в общественном дискурсе, Ли стала телеведущей, принимая участие в таких телешоу, как «Любовь в Азии» (англ. Love in Asia), чтобы развеять ложное представление о том, что все жены-мигрантки — проститутки. В одной из серий этого шоу ее сын Сын Гын (Seung-geun) заявил, что мечтает стать «вторым Обамой», что коррелирует с представлением Ли о будущем детей смешанного происхождения в Республике Корея. Жасмин Бакурни Ли также появилась в эпизодической роли вьетнамской невесты в художественном фильме «Тайное воссоединение» (Secret Reunion, 2010), а затем сыграла бросившую своего малолетнего сына филиппинку в фильме «Удар» (Punch, 2011), который посмотрело более пяти миллионов зрителей. В этом фильме ее сын Ван Дык растет со своим горбатым отцом, ничего не зная о матери-мигрантке. Когда его отец и дядя отправляются на поиски работы, Ван Дык узнает от своего школьного учителя, который также работает с нелегальными мигрантами, о том, что его мать работает в Соннаме171. Хотя персонаж Жасмин Ли и не является центральным, своей ролью ей все же удалось внести вклад в повышение осведомленности о женах-мигрантках и развенчание ложных представлений о том, что они необразованные оппортунистки, недостойные привилегий, которые им предоставляет корейское общество. Ли заметила, что когда семей мигрантов было меньше, корейцы относились к ним радушнее, однако по мере роста их числа ситуация начала ухудшаться, и мигрантов стали винить во всех бедах Кореи.

Принятие государством политики мультикультурализма совпало по времени с резким увеличением числа иностранных граждан и демографическим кризисом. По данным Корейской статистической информационной службы, в 2006 году их число составляло 536 627 человек (1,1 % населения),