От города ГУЛАГа к моногороду. Принудительный труд и его наследие в Воркуте - Алан Баренберг Страница 53

условий жизни работников. Другим ключевым элементом была программа полной перестройки воркутинских шахт для соответствия международным стандартам того времени, начатая в 1959 году. Местные производственники и их московские начальники больше не могли полагаться на принудительный труд, источники которого казались неисчерпаемыми. Теперь им приходилось думать о повышении доходности шахт, чтобы компенсировать новые расходы на более высокие зарплаты и инвестиции в инфраструктуру. Кроме того, незаключенные работники придавали гораздо больше значения технике безопасности и охране труда. Программа реконструкции шахт затянулась на десятилетия, но привела к глубокой трансформации трудового быта воркутян.

Как подсказывает эпиграф к этой главе, попытки трансформировать город и его население во второй половине пятидесятых и начале шестидесятых годов породили также глубокую тревожность. Этот период был отмечен постоянным беспокойством об интеграции новых работников и о том, насколько они способны преобразовать Воркуту в идеальное советское сообщество. Хотя были свидетельства того, что новые работники действительно меняют характер мест труда и отдыха, местные руководители также с беспокойством отмечали, что столь же часто новоприбывшие работники, наоборот, поддаются влиянию бывших заключенных и ссыльных, рядом с которыми живут и работают. Итак, попытки преобразовать Воркуту в советский моногород демонстрируют не только глубокий оптимизм новой эпохи, но и глубокую тревогу, вышедшую на поверхность в результате попыток трансформации советского общества после Сталина608.

Ил. 9. Вид на шахты № 9−10 и их окрестности, около 1955–1957 годов. Публикуется с разрешения Фонда центра KARTA (KARTA Center Foundation), Варшава

В ПОИСКАХ «ПОСТОЯННЫХ КАДРОВ»

К моменту прибытия в июне 1956 года первой группы комсомольцев-добровольцев из Сыктывкара власти уже некоторое время вели крупномасштабную вербовку рабочих вне города. Местные власти Воркуты и центральные в Москве уже с первых недель после смерти Сталина боролись за привлечение рабочей силы. Хотя в то время в Воркутлаге все еще содержалось почти 50 тысяч заключенных, за три предшествовавших года больше 50 тысяч человек были освобождены. В августе 1955 года МУП и его местные представители получили недвусмысленное указание, что вскоре придется заменить подавляющее большинство заключенных работников незаключенными. В постановлении под названием «О мерах неотложной помощи Печорскому угольному бассейну» Совет Министров СССР указал, что шахты Воркуты должны перейти на вольнонаемный труд. Согласно этому постановлению, ответственность за обеспечение подземных работ рабочей силой теперь лежала только на МУП609. Хотя заключенных собирались и дальше привлекать к работе, особенно на строительстве шахт, работники, ответственные за функционирование шахт КВУ, теперь должны были набираться из «постоянных кадров» – эвфемизм для незаключенных.

Постановление Совмина от 1955 года определило трудную задачу администраторам КВУ. В следующие два с половиной года им пришлось искать специалистов и рабочих на смену более чем 20 тысячам заключенных, трудившихся в шахтах и составлявших почти 70% работников610. И это вдобавок к замене тысяч спецпоселенцев, которым предстояло вскоре получить право покинуть Воркуту по условиям различных амнистий. Многие рабочие места можно было заполнить бывшими заключенными и спецпоселенцами, которые решили бы остаться в городе после освобождения. Но администраторы КВУ не могли рассчитывать только на бывших заключенных в плане замены труда подневольных работников, которым они пользовались по договорам. Имелось много способов уговорить бывших заключенных остаться, но было понятно, что многие предпочтут уехать, как только смогут. Кроме того, эти бывшие заключенные были во многих отношениях проблемными людьми с сомнительными биографиями и политическими взглядами. Поэтому найти новое кадровое пополнение для города было не только необходимо, но и желательно.

Фактически МУП уже некоторое время вербовало незаключенных на работу в шахты. Как только МУП в конце марта 1953 года получило в свое ведение КВУ, оно приступило к вербовке рабочих в город. Следующие два года КВУ опирался в основном на систему, известную как «организованный набор» (оргнабор), которая применялась с тридцатых годов для найма сельских и городских жителей на некоторые производства. В рамках этой системы вербовщики разъезжали по селам и городам и зазывали крестьян и рабочих подписывать трудовые договоры на фиксированные сроки с предприятиями, от лица которых выступали. Хотя КВУ был мало знаком с этой системой, МУП давно привыкло набирать рабочих таким путем. Например, в 1950 году на работу в угольных шахтах МУП по всему Советскому Союзу по оргнабору наняли больше 100 тысяч человек611.

Недостатки системы оргнабора были хорошо известны, и они сразу проявились и в Воркуте612. Начиная еще с тридцатых годов обещания наемным работникам сильно расходились с реальностью, в которой они оказывались по прибытии. Выделенное им жилье пребывало в жалком состоянии, если вообще существовало. Депутат местного совета из поселка Заполярный спрашивал на заседании горисполкома в марте 1954 года: «Почему мы вербовали людей, когда прекрасно знали, что нет у нас условий?»613 На том же заседании начальник милиции жаловался, что ему велят наказывать сбегающих рабочих, тогда как настоящие виновники, по его мнению, – это лживые вербовщики614. Другой вечной проблемой оргнабора являлось сомнительное качество нанятых работников, многие из которых явно больше любили отдыхать, чем трудиться. В начале 1955 года секретарь партийной организации шахты № 4 Григоренко жаловался: «Из 100 человек [завербованных по оргнабору] у нас сейчас работает всего 32 человека, а остальные пьянствуют и не ходят на работу»615. Некоторые нанятые работники просто уезжали из города вскоре после приезда, а многих других увольняли за пьянство и прогулы616. В 1955 году по оргнабору в КВУ наняли 2906 человек, но, похоже, лишь немногие из них стали продуктивными работниками617.

Когда после постановления от августа 1955 года КВУ всерьез занялся вербовкой рабочих, от оргнабора уже успели почти полностью отказаться. Эта перемена соответствовала смене вербовочной политики во всем Советском Союзе: от сталинских методов вербовки отказывались в пользу методов, более эффективно эксплуатировавших энтузиазм советской молодежи618. Одним из важных приемов середины пятидесятых годов была вербовка демобилизованных солдат на сельскохозяйственные и промышленные проекты, нуждавшиеся в быстром привлечении большого количества рабочей силы. Хрущев инициировал массовое сокращение вооруженных сил, которые с 1955 по 1958 год уменьшились на миллион с лишним человек. Из-за этого образовалась масса свободных рабочих рук619. В то же время новый руководитель СССР готовился реализовать новаторские масштабные проекты, в частности освоение так называемой целины в Казахстане. Хотя пресса уделяла гораздо больше внимания вербовке демобилизованных солдат на любимые проекты Хрущева, на самом деле многих бывших солдат вербовали в бывшие гулаговские города типа Воркуты. Как видно из