Трудные дороги космоса - Владимир Александрович Шаталов Страница 52

НАСА было удовлетворено полетом «Аполлона-Х» и заявило, что теперь нет никаких препятствий к высадке астронавтов на Луну.

Старт космического корабля «Аполлон-XI», который должен был доставить первых астронавтов на поверхность Луны, был назначен на 16 июля 1969 года. В состав его экипажа входили: Нил Армстронг — командир, Майкл Коллинз — пилот основного блока «Колумбия» и Эдвин Олдрин — пилот лунной кабины «Орел».

Командир этого экипажа также побывал у нас в Звездном, мы с ним встречались и в США.

Полет «Аполлона-XI» начался успешно. Через 100 часов после старта, когда «Аполлон» находился за Луной и связи с ним не было, Нил Армстронг расстыковал лунную кабину от основного блока, и они вместе с Олдрином начали сближение с Луной. Майкл Коллинз оставался в основном блоке и следил за полетом «Орла».

При подлете к Луне в лунной кабине загорелся аварийный сигнал, вызванный перегрузкой в работе одной из систем. Этот сигнал очень взволновал астронавтов, и, хотя оператор с Земли утверждал, что ничего опасного нет, и просил астронавтов не обращать на него внимания, они, естественно, нервничали, сигнал мешал им наблюдать ориентиры на поверхности Луны. А между тем автоматическая программа управления вела лунную кабину на посадку в кратер, дно которого было усеяно крупными камнями. Это могло привести к аварии в момент прилунения. Армстронг не растерялся и взял управление в свои руки, снизил вертикальную скорость и стал решительно маневрировать кабиной.

При наших встречах Нил Армстронг, обычно молчаливый, с наибольшим оживлением рассказывал именно про этот момент.

«Вначале, — говорил Нил, — мы думали прилуниться неподалеку от большого кратера. К нему нас вела автоматика. Однако же на высоте тысячи футов стало ясно, что наш «Орел» хочет сесть в самом неподходящем месте. Я видел снизу усыпанную валунами площадку. Некоторые из них были не менее фордовского автомобиля.

Базз (так астронавты называли Эдвина Олдрина. — В. Ш.) следил за приборами, а мне пришлось управлять кораблем. «Орел» пронесся над валунами, и я посадил его на небольшой ровной площадке, усеянной мелкими камешками и неглубокими кратерами».

20 июля 1969 года в 20 часов 17 минут 42 секунды по гринвичскому времени первый пилотируемый космический аппарат землян совершил посадку на поверхность Луны.

После посадки астронавты в течение трех минут находились в готовности номер один с тем чтобы совершить немедленный аварийный старт с Луны. Но все было спокойно, кабина стояла прочно на лунном грунте и не погружалась в него. Центр управления дал разрешение астронавтам остаться на Луне и действовать по программе.

Через семь часов, когда были закончены все подготовительные операции, Нил Армстронг открыл люк лунной кабины и по трапу спустился на поверхность Луны. Быстро освоившись, он обошел лунную кабину и осмотрел ее опоры. Затем собрал аварийный комплект образцов лунной породы и уложил на грунт пять медалей с изображением космонавтов Юрия Гагарина и Владимира Комарова и астронавтов Вирджила Гриссома, Эдварда Уайта и Роберта Чаффи.

Олдрин, спустившийся на поверхность вслед за Армстронгом, попробовал передвигаться по Луне различными способами, но пришел к выводу — самый надежный способ такой же, как и на Земле, — попеременно переставляя ноги вперед. Армстронг заснял все действия Олдрина на кинопленку.

Через два часа астронавты забрались в лунную кабину и стали готовиться к возвращению на Землю.

Стартовала взлетная ступень нормально, через три с половиной часа астронавты состыковали ее с основным блоком. Когда астронавты подлетали к Земле, оказалось, что в расчетном месте их приводнения разразилась сильнейшая гроза. Было решено изменить программу спуска и посадить отсек экипажа в 400 километрах к северо-востоку от ранее намеченной точки приводнения. Через 195 часов после старта астронавты приводнились в Тихом океане примерно в 20 километрах от авианосца «Хорнет», который успел подойти к новому месту посадки.

Примерно через час после приводнения вертолет доставил астронавтов на борт авианосца, где они были отправлены в специальное карантинное помещение, поскольку тогда еще не было точно известно, что Луна — безжизненное тело. Карантин длился 21 сутки. Однако обследование астронавтов и анализ доставленных ими с Луны образцов грунта показали, что никаких микроорганизмов на Луне нет.

Только 13 августа была организована торжественная встреча астронавтов в нескольких городах Америки, а 16 августа их встречал Вашингтон.

Президиум Верховного Совета СССР и Совет Министров СССР тепло поздравили президента США, американский народ и астронавтов с большим успехом американской астронавтики.

Мы, советские космонавты, послали своим американским коллегам приветственную телеграмму.

Дальнейшая судьба этих замечательных астронавтов — Нила Армстронга и Эдвина Олдрина — сложилась довольно трудно. Огромное нервное напряжение, испытанное ими в полете, а затем высокие эмоциональные нагрузки после полета, выпавшие на их долю, дали себя знать.

Нил Армстронг вскоре покинул отряд астронавтов, поселился у себя на родине, в штате Огайо. Он преподает астронавтику в университете города Цинциннати. Судя по печати, Армстронг считает, что нашел подходящее убежище от «перегрузок внимания». «Я — просто человек, и оставьте меня в покое» — вот его кредо, и он придерживается его очень строго — не принимает журналистов и никому не дает интервью.

Через два года после возвращения с Луны Эдвин Олдрин, самый образованный из американских астронавтов — он доктор технических наук, — заметил, что нуждается в помощи врача-психиатра. Его лечили в госпитале ВВС в Техасе. Лечение прошло успешно, и он было вернулся к летной работе — командовал школой летчиков-испытателей. Однако поползли слухи, что с «лунным человеком-2» не все в порядке. Ему отказали в присвоении звания бригадного генерала, на которое он мог рассчитывать. И Олдрин подал в отставку.

В Америке вышла его книга «Возвращение на Землю». В этой книге можно прочитать и такие горькие слова: «Нас преподносили как идеальных, настоящих американцев. Против настоящих не возражаю. Но идеальные… у нас, как и у всех, были свои проблемы… С момента, когда мы вернулись на Землю, моя жизнь перевернулась с ног на голову… Мы стали какими-то рекламными персонажами, парнями, которые должны посещать те или иные собрания и банкеты. Мы стали людьми, рекламирующими космическую программу, мы перестали быть астронавтами в техническом смысле слова…» И полковник Олдрин принял решение уйти с «залитой прожекторами сцены». Он уединился и живет теперь на своей ферме