По горящим следам. Хроника Русской весны и СВО - Андрей Михайлович Авраменков Страница 39

– Расскажи о том, как воевал в донецком аэропорту.

– Работая в качестве военкора Первого армейского корпуса ДНР, я периодически ездил в ДАП. Там частенько бывал у «сомалийцев» в Веселом, Свято-Иверском монастыре, на взлетке. Сейчас уже воспоминания малость выцвели, но сильно запомнились обстрелы: что-то прилетало практически каждые несколько секунд. Первые часы постоянно нервничаешь, но потом привыкаешь и уже слышишь, что и куда летит. Вспоминаются позиции в прокурорском доме. Несмотря на то что мы вели себя максимально аккуратно, нас хозяйка оттуда выгнала. А через несколько дней по этому дому прилетело. Помню, как ходили разведывать пожарную часть на взлетной полосе. Потом захватили ее, долбали оттуда украинские конвои, прорывавшиеся к диспетчерской башне. В итоге проспали ребята в «секрете» несколько танков, которые эту пожарную часть раздолбали в ухнарь. Ничего не осталось, многие тогда погибли. Вообще тогда какое-то впечатление создавалось, что мы все одурели от войны. У людей от всего этого ада немного крыша ехала.

– Знал ли ты Моторолу, Гиви? Кого из известных командиров и личностей донбасской войны ты знаешь, с кем общался, кто какое впечатление произвел?

– С Бабаем общался, когда в Краматорске был в ополчении. Что могу сказать, веселый очень товарищ, знал себе цену. Очень воцерковленный, хотя по глазам было видно, что хулиган и гуляка. Пересекался с Гиви, несколько раз брал интервью, общался. Показался мне человеком весьма здравым и рассудительным. К бойцам он относился довольно внимательно, хотя и строго. За пьянку мог наручниками приковать к батарее. Смелый был человек, хотя и со своими бесами – своевольный очень и резкий. Мне его жаль, безусловно. С Эдуардом Басуриным приходилось общаться – умный, хороший мужик. Мне искренне жаль, что он сейчас занял такую незавидную роль – выступать ежедневно перед людьми и читать по бумажке очередные свидетельства нарушения Минска. Уверен, он достоин большего.

– Как ты попал в плен? Почему ты решил ехать на Украину? Как с тобой обращались в плену? Как тебя обменяли? Как долго проходил период восстановления?

– У меня больная мать на Украине, и она там, по сути, одна. Потому и пришлось рискнуть. Там действовал по ситуации, как в глубоком тылу противника. Удалось проскользнуть между капелек. Назад возвращался, в Россию, и попался российским пограничникам, которые и передали меня своим украинским коллегам. Кто я, они знали. Почему так поступили, до сих пор гадаю. Попав в плен, нашел возможность связаться с друзьями, коллегами, бывшей женой. То, что я попал в обмен, во многом их заслуга. Здоровье, конечно, в плену пострадало крепко – условия содержания и допросы с пристрастием свое дело сделали. Восстанавливаюсь понемногу. Если все будет хорошо, буду выбитые зубы вставлять в скором будущем.

– Чем сейчас занимаешься?

– Подрабатываю журналистом удаленно, ищу нормальную, стабильную работу. В республиках работы сейчас навалом, только, во-первых, платят гроши, во-вторых, меня на нее не берут – в плену у меня (как и у многих других военнопленных) отобрали документы, а восстановить паспорт ЛНР все никак не получается. С апреля жду. Ну а без паспорта на работу никто меня не возьмет, разумеется.

– Как думаешь, что дальше будет с Донбассом? Когда кончится война?

– С Донбассом будет то же, что и с Осетией, ПМР. Вся эта катавасия будет тянуться еще лет десять, а то и дольше, потому что Россия до последнего будет стараться избежать прямого военного столкновения с Украиной. ДНР и ЛНР не имеют достаточно сил, чтобы хотя бы вернуть потерянные территории. А в Киеве всех все устраивает: на войне можно не только зарабатывать, но и прикрывать войной свои злодеяния и воровство, под этим флагом расправляться с конкурентами и просто неугодными. Так что все это надолго. Я, пока сидел в украинской тюрьме, много наблюдал за дискурсом ТВ-программ и тем, что люди говорят. Так вот, они хоть и ругают правительство, но на самом деле немногим больше, чем во времена Януковича или Ющенко. Все всем довольны, если не считать падающего уровня жизни, но ведь зато открываются новые ниши для воровства и наживы!

– Смогут ли украинцы и русские восстановить братские отношения? Есть ли у тебя примеры ненависти украинцев к россиянам?

– Примеры ненависти украинцев к россиянам прилетают в виде металлических осадков чуть ли не каждый день. Проблема даже не в том, что там шипят их говорящие головы – они заменимы. Проблема в том, что сами украинцы ради собственного удобства смирились с тем, что в Донбассе уничтожают их братьев. Смирились с тем, что их пытаются рассорить с россиянами. Смирились с тем, что их пытаются отучить быть русскими. Они со всем смирились и при случае даже всему этому способствуют, лишь бы их никто не трогал. Лишь бы спокойнее и вольготнее жилось. Это ужасная черта украинцев – плевать им на кровь и предательство, лишь бы «порося поросились».

Невозможны между нами братские отношения. Невозможны братские отношения с теми, кто готов родную маму за полтинник продать. Какие угодно могут быть отношения, но только не братские. По моему глубокому убеждению, лучше всего было бы оттуда всех вменяемых людей эвакуировать, а потом эту банку с пауками законсервировать – ввести изоляцию, чтобы и духу их не было на территории России. Они друг друга за пару лет предадут и продадут, а потом сами побегут у России милостыню просить.

22 октября 2018 года

Историк Николай Сапелкин дал прогноз о будущем Донбасса

Николай Сапелкин, известный российский историк, общественник и писатель, рассказал о том, что ожидает Донбасс дальше. Я попросил Николая Сергеевича дать прогноз именно с точки зрения исторических процессов и событий.

– Многие обществоведы при анализе текущей ситуации допускают небольшую исследовательскую неточность. Они воспринимают нынешнюю ситуацию как модельную, но история не окончилась, она продолжается, – отметил Сапелкин. – И то, что происходит сейчас, вполне возможно, через несколько лет либо десятилетий полностью может поменяться. И тому есть исторические примеры, связанные в том числе с русско-европейским пограничьем.

Известный обществовед Цымбурский очень хорошо определил поведение стран-лимитрофов по отношению к своим мощным соседям – странам-цивилизациям. Когда такая страна-цивилизация слабеет, то лимитрофы откалываются от нее, уходят к другой цивилизации. На евразийском континенте граничат две цивилизации – Россия и Европа. И между ними – пояс лимитрофов, которые то тяготеют к России, то уходят от нее. Тяготеют настолько, что становятся неотъемлемой частью. Буквально еще несколько лет назад мы Украину и Белоруссию не воспринимали как другие государства, и вот это внутреннее