Украина против Донбасса. Война идентичностей - Евгений Вадимович Рябинин Страница 31

Третьим фактором было усиление пророссийской ориентации центрально-украинских властей в противовес развитию западного вектора. Эти факторы, по мнению Я. Грицака, порождали разочарование многих галичан в украинском государстве. «Галичане получили украинское государство, но это не то государство, в котором они хотели жить. У многих людей региона возникают опасения за украинское государство и многие недовольны ролью Галиции в Украине. В результате некоторые политические силы в Галиции начинают пропагандирование идей галицкого сепаратизма, чувствуя, что для поддержки этой идеи в массовом сознании уже создана необходимая основа»[160].

То, что галичанский автономизм мог получить поддержку, свидетельствовали результаты социологического опроса. Респондентам были заданы следующие вопросы: «Боролись бы вы за независимое галицкое государство»: 2000 г. – 29,4 %, 2002 – 34,3 %; «Добивались бы автономии от Киева?»: 2000 г. – 11,5 %, 2002 – 11,1 %; «Ничего не делали, посмотрели бы, что из этого вышло бы»: 2000 г. – 8,8 %, 2002 – 14,3 %.

М. Рябчук считал, что в то время существовало два типа галицкого автономизма: радикальный (который вернее было бы назвать сепаратизмом) и умеренный (представленный более широким спектром «федералистских взглядов»)[161]. Таким образом, не имея возможности навязать всему государству свою модель его развития, Галичина испытывала разочарование относительно того, каким путем развивалось государство.

Итак, первый этап, который можно хронологически очертить с конца 1980-х до начала 2000-х годов, характеризовался поиском лучшей модели для государства. Выбор именно унитарного территориального устройства обусловливался попыткой объединить население в пределах одного государства и снизить спрос на автономистские устремления, которые при кризисных условиях могли бы превратиться в сецессионистские. Экономический рост государства, наблюдавшийся в первой половине 2000-х годов, свел на нет идею федерализации страны как среди населения государства, так и политической элиты.

Второй этап спроса на федерализацию проявляется после событий «оранжевой» революции. На этот раз идеи идут от другой политической силы, которая пользовалась популярностью на Востоке и Юге Украины.

Сразу после второго тура президентских выборов 21 ноября 2004 г. оппозиция организовала акции гражданского неповиновения, местные власти в западных регионах провозгласили о неподчинении администрации Л. Кучмы. В этих условиях ряд юго-восточных областных и городских советов, а также госадминистрации Харьковской, Донецкой и Луганской областей провозгласили свое намерение получить автономию и призвали к федерализации Украины[162].

Так, 26 ноября в Донецке на внеочередной сессии Областного государственного совета прозвучали призывы к введению чрезвычайного положения и автономии. Луганский областной государственный совет принял постановление «Об укреплении организационной структуры местных властей» и созыве в Северодонецке съезда органов самоуправления юго-восточных регионов страны. Сбор депутатов Одесской области заявил о возможности введения автономии. В конце дня Харьковский облсовет принял решение о возможной автономии области[163].

28 ноября 2004 г. в г. Северодонецке был проведен всеукраинский съезд депутатов Верховного совета АР Крым, городских советов разных уровней. На этом съезде представитель Партии регионов А. Колесников заявил, что «следует провести референдум по вопросу создания нового украинского юго-восточного государства в виде федерации, а столицей должен стать Харьков»[164].

То есть вопрос был даже не о создании автономных республик в составе Украины, а о сецессии с созданием нового государства. Это была первая радикальная позиция юго-восточных регионов. Следует отметить, что эта идея была более свойственна политической элите, чем населению. Население юго-восточных регионов имело радикальное настроение против политической силы, которую возглавлял В. Ющенко, и не желало подчиняться его политике, но не было разговоров о сецессии – было только желание создать федерацию, но в пределах Украины. 28 ноября Донецкий облсовет назначил на 5 декабря референдум по вопросу автономии Донецкой области, который так и не состоялся. Вопрос о создании нового государства транслировала элита, поскольку ее представители поняли, что приход другой политической силы может негативно повлиять, прежде всего, на ее финансовые и бизнес-позиции. В большей степени этого не произошло, и представители донецкой и днепропетровской бизнес-групп не имели серьезных проблем с представителями новой власти, которая впоследствии из-за неэффективной экономической политики потерпела сокрушительное поражение в виде 5 %, которые получил В. Ющенко на президентских выборах в 2010 г.

Следует отметить, что после этих событий федералистские идеи стали чаще обсуждаться политиками и транслироваться политическими силами в своих политических программах. Главным спикером по федерализации выступал Е. Кушнарев, лидер Партии регионов от Харьковской области. Так, на учредительном съезде партии «Новая демократия» 15 января 2005 г. ее лидер заявил, что стратегической целью являются федеративное устройство Украины, административно-территориальная реформа и выборность губернаторов[165].

Е. Кушнарев считал, что страна, как минимум, проведет административно-территориальную реформу польского образца, а как максимум – перейдет на федеративное устройство. В свою очередь в будущей федерации, по его мнению, все 24 области могли получить один статус, или их должно было стать меньше – 15 или 10. Предлагался и вариант, когда рядом с Автономной республикой Крым должны появиться еще две-три автономных республики, а остальные административно-территориальные единицы остались бы в статусе областей. Идею федерализма Украины, которая, по словам ее идеологов, «ничего общего не имеет с сепаратизмом», поддерживала левоцентристская партия «Государство». Ее структуры в феврале 2005 г. возглавил экс-генпрокурор Украины Г. Васильев, и она опиралась на электорат востока страны[166].

Другим профедералистским спикером был В. Колесниченко. В интервью газете «Голос Украины» он отметил, что «этнические и социокультурные различия между регионами, часто из-за непродуманной и провокационной политики центральной власти, перерастают в социальные конфликты и центробежные тенденции». Также он заявил, что единственным выходом из этой ситуации является создание федеративного государства, которое позволит уважать культуру и мнение друг друга[167].

В 2009 г. в газете «Голос Украины» была опубликована статья В. Колесниченко и Р. Бортника «Федеративная Украина: безальтернативная альтернатива развитию украинского государства», в которой авторы отмечают, что «чрезмерная централизация государственной власти в руках центральных органов, отсутствие финансовой основы и самостоятельности у органов местного самоуправления, крайне низкий уровень вовлеченности региональных элит в процесс принятия государственных решений на фоне культурных, исторических, экономических и политических отличий регионов Украины остаются одними из главных дестабилизирующих факторов украинского общества». В такой ситуации, по их мнению, возможным вариантом решения этого сонма проблем могут стать именно децентрализация власти по европейскому образцу и перестройка Украины на федеративных началах[168].

В этой мысли мы можем увидеть общие взгляды с В. Черноволом, который, как было отмечено выше, видел в федерации возможность остановить центробежные тенденции и желание жителей юго-восточных регионов отделиться от Украины.

По мнению автора, отсутствие реального единства государства было выгодно региональным элитам, поскольку, используя гуманитарный фактор (языковой вопрос, отношение к событиям Великой Отечественной войны, религиозный вопрос), они побеждали на местных выборах и парламентских выборах, но одновременно углубляли раскол между регионами государства.

В 2005 г. возникла идея провести административно-территориальную реформу,