Идеальный шторм - Себастьян Джангер Страница 2

Окна «Вороньего гнезда» выходят на восток, на наступающий день, над улицей, по которой на рассвете проезжают рефрижераторные грузовики. Постояльцам не удается поспать подольше. Около восьми утра Бобби Шэтфорд с трудом просыпается. У него льняно-каштановые волосы, впалые щеки и жилистое тело, видавшее тяжёлую работу. Через несколько часов он должен быть на борту меч-рыболовного судна «Андреа Гейл», которое отправляется в месячный рейс на Большую Ньюфаундлендскую банку. Он может вернуться с пятью тысячами долларов в кармане или не вернуться вовсе. За окном стучит дождь. Крис стонет, открывает глаза и щурится на него. Один глаз Бобби цвета перезрелой сливы.

— Это я?

— Ага.

— Господи.

Она секунду разглядывает его глаз. — Как я до него дотянулась?

Они выкуривают по сигарете, натягивают одежду и ощупью спускаются вниз. Металлическая противопожарная дверь выходит в переулок; они толкают её и идут к входу с Роджерс-стрит. «Воронье гнездо» — строение во всю длину квартала, в псевдотюдоровском стиле, напротив «Рыбной компании Дж.Б. Райт» и «Роуз Марин». Считается, что его витринное стекло — самое большое барное окно в городе. Немалое достижение в городе, где окна в барах делают маленькими, чтобы клиентов через них не выбрасывали. Старый бильярдный стол, таксофон у двери и стойка в форме подковы. «Будвайзер» стоит доллар семьдесят пять, но сплошь и рядом находится рыбак, только вернувшийся с рейса, который угощает весь зал. Деньги утекают у рыбака сквозь пальцы, как вода сквозь рыболовную сеть; один завсегдатай набрал кредит на четыре тысячи долларов за неделю.

Бобби и Крис входят и оглядываются. Этель за стойкой, пара ранних пташек города уже цепко держат бутылки пива. У стойки сидит товарищ Бобби по экипажу, Багси Моран, слегка ошалелый. «Тяжёлая ночка, а?» — говорит Бобби. Багси что-то бурчит. Его настоящее имя — Майкл. Длинные лохматые волосы, слава буяна, и в городе его все обожают. Крис приглашает его позавтракать вместе, Багси сползает с табурета и выходит за ними под мелкий дождик. Они забираются в двадцатилетний «Вольво» Крис и едут до «Уайт Хен Пэнтри», вваливаются внутрь, глаза налиты кровью, головы гудят. Покупают сэндвичи и дешёвые солнечные очки, а потом выходят обратно в неумолимую серость дня. Крис везёт их назад к «Гнезду», забирает тридцатилетнего Дейла Мёрфи, ещё одного члена экипажа «Андреа Гейл», и они выезжают из города.

Кличка Дейла — Мёрф, здоровый, как медведь гризли, парень из Брейдентон-Бич, Флорида. Лохматые чёрные волосы, жидкая борода и раскосые, почти монгольские глаза; в городе на него оборачиваются. У него трёхлетний сын, тоже Дейл, которого он обожает не стесняясь. Бывшая жена, Дебра, трижды становилась чемпионкой юго-западной Флориды по боксу среди женщин, и, по всему, маленький Дейл тоже будет здоровяком. Мёрф хочет купить ему игрушек перед отъездом, и Крис везёт троих мужчин в торговый центр у Гуд-Харбор-Бич. Они заходят в «Эймс»: Бобби и Багси берут дополнительное термобельё и спортивные костюмы в рейс, а Мёрф шагает по проходам, набивая тележку самосвалами «Тонка», пожарными касками и лучевыми пистолетами. Когда в тележку больше не влезает, он расплачивается, все садятся в машину и возвращаются к «Гнезду». Мёрф выходит, а остальные трое решают заехать за угол в «Зелёную таверну» ещё по стаканчику.

"Зелёная таверна" похожа на уменьшенную копию "Гнезда" — кирпич и фальшбрус. Напротив — бар "Билла"; три заведения образуют бермудский треугольник центрального Глостера. Крис, Багси и Бобби входят, усаживаются у стойки и заказывают кружку пива каждому. Телевизор бубнит, они рассеянно смотрят, болтая о поездке и последней безумной ночи в "Гнезде". Похмелье понемногу отпускает. Выпивают ещё по одной, проходит, может, полчаса, и вот в дверях появляется сестра Бобби, Мэри Энн. Она высокая блондинка, сводящая с ума подростков-сыновей своих подруг, но в её осанке есть деловая строгость, которая всегда заставляла Бобби держать ухо востро. "О чёрт, она идёт", — шепчет он.

Он прячет пиво за локтем и надвигает очки на фингал. Мэри Энн подходит. "Я что, по-твоему, дура?" — спрашивает она. Бобби выставляет пиво на видное место. Она разглядывает его глаз. "Неплохо", — говорит она.

"В центре нарвался на разборку".

"Ну да, конечно".

Кто-то угощает её винным коктейлем, она делает пару глотков. "Я просто хотела убедиться, что ты сядешь на судно, — говорит она. — Не надо пить так рано".

Бобби — крупный, крепкий парень. В детстве он был болезненным — у него был близнец, умерший через несколько недель после рождения, — но с годами он крепчал. Он играл лайнбекером в дворовом футболе, где переломы случались еженедельно. В джинсах и худи он выглядит таким типичным рыбаком, что фотограф как-то снял его для открытки с набережной; но всё же Мэри Энн — его старшая сестра, и он не в том положении, чтобы ей перечить.

"Крис тебя любит, — неожиданно говорит он. — И я тоже".

Мэри Энн не знает, как реагировать. В последнее время она злилась на Крис — и из-за пьянства, и из-за фингала, — но откровенность Бобби выбила её из колеи. Он никогда раньше ничего подобного ей не говорил. Она задерживается, чтобы допить коктейль, и выходит.

В первый раз, когда Крис Коттер увидела "Воронье гнездо", она поклялась, что ноги там не будет; место выглядело как тупик на жизненной дороге, по которой она идти не хотела. Но она подружилась с Мэри Энн Шатфорд, и однажды та протащила её через массивную деревянную дверь и представила всем. Заведение оказалось ничего: люди угощали друг друга, будто здоровались, Этель периодически варила огромный чан рыбной похлёбки, и не успела Крис опомниться, как стала завсегдатаем. Однажды вечером она заметила, что на неё смотрит высокий молодой человек, и ждала, когда он подойдёт, но он так и не решился. У него было резкое, угловатое лицо, квадратные плечи и застенчивый взгляд, напомнивший ей Боба Дилана. Одних глаз было достаточно. Он продолжал смотреть, но не приближался, и наконец направился к выходу.

"Куда это ты собрался?" — сказала она, преграждая путь.

"В "Моряка".

"Ирландский мореход" был по соседству, и в представлении Крис это была уж точно дорога в ад. "Я не перейду Рубикон, — подумала Крис. — Я в "Гнезде", и хватит, "Моряк" — это самое дно". Так Бобби Шатфорд исчез из её жизни на полтора месяца. Она снова увидела его лишь в канун Нового года.

"Я в "Гнезде", —