Страшно интересная Россия. Народные суеверия, котики Романовых и птица вещая - Наталья Серёгина Страница 3

Сегодня русский народ можно разделить на несколько антропологических типов. Все различия во внешнем облике возникли под влиянием природных условий, особенностей жизни и истории местности постоянного проживания, поэтому русские — это не единый народ, а совокупность различных этнографических и субэтнических групп с уникальными культурными, антропологическими и генетическими особенностями.

Русский язык вовсе не русский

Наше время ставит множество невероятных вопросов, которые невозможно было представить еще лет 10–20 назад. Например, имеет ли русский язык право называться русским? Разного рода националисты стремятся доказать, что Московская Русь присвоила русский язык, и делают далеко идущие выводы.

Более двух веков назад, в 1820 г., А. Х. Востоков[22] полагал, что в древности «все племена славянские, как западные, так и восточные, могли разуметь друг друга так же легко, как теперь, например, архангелогородец или донской житель разумеет москвича или сибиряка»[23].

Филолог И. И. Срезневский[24] считал, что изначально все славяне говорили на праславянском языке, который распался на юго-восточный и западный, и на базе юго-восточного языка в IX в. появился особый — «церковнославянский» — язык. Создали его византийские миссионеры и просветители Кирилл и Мефодий[25].

Фреска с изображением святого Мефодия (посередине) и святого Кирилла (второй с правого края). Фреска в нартексе монастыря Святого Наума Охридского. Приписывается Трпо Зографу. Охрид, Северная Македония, 1800 (или 1806) г. (Petar Milošević / Wikimedia Commons.)

Братья прибыли в Великую Моравию (где богослужения велись на славянском языке) по приглашению князя Ростислава[26] для создания христианской церковной структуры. Миссионеры перевели богослужебные тексты, включая Евангелие, положив начало славянской письменной традиции (до тех пор развитая письменная культура отсутствовала, что представляло проблему).

Разговорный язык в те времена состоял из множества диалектов, не имевших необходимого лексического и грамматического строя для создания письменных текстов. Братья адаптировали греческий язык — позаимствовали лексику и создали новые термины. Так возник староцерковнославянский язык — письменное образование, отличающееся от живой народной речи, основа для письменной культуры и богослужебных текстов.

На базе староцерковнославянского языка сформировался староболгарский церковнославянский язык, ставший официальным языком государства и Церкви в принявшей христианство Древней Руси. Постепенно появился древнерусский извод (разновидность) церковнославянского — адаптированная версия, учитывающая особенности древнерусского языка. В повседневной жизни люди говорили на русском, а в официальных и религиозных сферах использовался церковнославянский.

В лингвистике есть понятие диглоссии — сосуществования двух форм одного языка или двух разных языков, используемых в разных сферах общения. Некоторые коренные народы России, например, используют родной язык в быту, а русский — в иных ситуациях. Подобная диглоссия наблюдалась и в Древней Руси. Можно считать, что к XV в. состоялось разделение древнерусского языка на западнорусский и великорусский.

Основой первого стали западные диалекты восточных славян, церковнославянский и польский языки. С XIV в. и вплоть до 1696 г. одним из официальных языков Великого княжества Литовского[27] была «русcкая мова», или «простая мова» (она использовалась в деловой и литературной сферах наряду с латинским, церковнославянским и польским языками). В 1569 г. образовалась Речь Посполитая, западнорусский язык распространился и на восточнославянские воеводства Королевства Польского, а также на Молдавское княжество. Впоследствии западнорусский язык разделился на малорусский (украинский) и белорусский. (Иностранцы плохо различали языки Московского государства и Литовского государства и называли русским оба.)

Книжный церковнославянский и разговорный русский, казалось бы, должны были постепенно сближаться. Действительно, наблюдались русификация церковнославянского и проникновение его элементов в разговорный язык, но их объединения не случилось. Русский разговорный пополнялся новыми словами и понятиями, в том числе за счет заимствований из языков соседних неславянских этносов, прежде всего финно-угорских народов (меря, мещера, мордва, мурома), балтов (голядь), тюрков (булгары, татары).

Церковнославянский и разговорный языки все более обособлялись, и это привело к переходу от диглоссии к двуязычию. Современный филолог Б. А. Успенский[28] считает, что это произошло в первой половине XVII в.

О существовании в давние времена двуязычия свидетельствуют исторические документы. Так, к богослову Зиновию[29] однажды обратились монахи: они не могут бороться с «ересью жидовствующих»[30], потому что не понимают, что пишут эти еретики на славянском языке. В грамоте[31] патриарха Филарета читаем: «А сее бы нашу грамоту велел чести вслух в соборной церкви, и для того велел в церковь быть боярину и воеводам и дьяку и детем боярским и всяким служилым и жилецккм людем. И которые будет речи будут им неразумны, и ты б им то рассуждал и росказывал на простую молву[32], чтоб ся наша грамота во всех сибирских городех была ведома…»[33]

Все понятно? Ну примерно так же понимали церковный язык и простые россияне XVII в., даже, возможно, хуже. Обратите внимание: если речи будут непонятны («неразумны»), то слова нужно перевести на «простую молву» — разговорный язык. Именно он и стал основой русского литературного языка, хотя многие книжники считали для себя бесчестием и унижением писать на «языке невежд» — то есть на русском (ведь они свободно владели славянским и считали, что этого достаточно).

Долго живший в Москве немецкий филолог Г. В. Лудольф[34] писал, что в Московском государстве употребляются два языка, ибо московиты говорят по-русски, а пишут по-славянски: «Для русских знание славянского языка необходимо потому, что не только Св. Библия и остальные книги, по которым совершается богослужение, существуют только на славянском языке, но невозможно ни писать, ни рассуждать по каким-нибудь вопросам науки и образования, не пользуясь славянским языком. Поэтому чем более ученым кто-нибудь хочет казаться, тем больше примешивает он славянских выражений к своей речи или в своих писаниях, хотя некоторые и посмеиваются над теми, кто злоупотребляет славянским языком в обычной речи (vulgari dialecto)»[35].

Титульная страница книги Г. В. Лудольфа «Грамматика российская», 1696 г. (Российская национальная библиотека.)

Церковнославянский язык был официальным языком власти и Церкви, и его иногда тоже называли русским: «…тот язык, которым пишем книги, не может поистине называться словенским, но должен называться русским или древним книжным языком. Этот книжный язык более подобен нынешнему общенародному русскому языку, чем какому-нибудь другому словянскому. У болгаров нечего заимствовать, потому что там язык до того потерян, что едва остаются от него следы; у поляков половина слов заимствована из чужих языков; чешский язык чище ляшского, но также немало испорчен; сербы и хорваты способны говорить на своем языке только о домашних делах, и кто-то написал, что они говорят на всех языках и никак не говорят. Одно речение у них русское,