Картье. Неизвестная история семьи, создавшей империю роскоши - Франческа Картье Брикелл Страница 80

предотвращения оползней. Двое мужчин на дне поочередно наполняли ведра комковатой землей, которую затем поднимали наверх, складывали в большую кучу и промывали через сита раз в неделю. Это была долгая, тяжелая работа, и чаще всего без результата. «Говорят, что для того, чтобы получить один камень, нужно вытащить сотню корзин, – с удивлением писал Жак своим братьям, – и конечно, многие из них пустые». Попросив показать несколько примеров того, что они нашли, Жак попытался купить большой камень, из которого, по его мнению, можно было бы при огранке получить звездчатый сапфир. Как это часто бывало, ему сказали, что камень не продается сам по себе. Он был частью более крупной партии из шестидесяти по большей части бесполезных камней. Он купил их все, больше для будущего, чем для чего-либо еще.

Путешествия Жака на Восток были заполнены встречами с дилерами камней. Фотография сделана в Дели, господин Катджимулл второй справа. Страница из дневника Жака, наполненная набросками в натуральную величину камней, которые он купил или собирался купить

Позже, в Мэйфэре, несовершенные маленькие сапфиры будут служить ему напоминанием о реальности драгоценных камней. Они могли оказаться в королевской тиаре или на декольте какой-нибудь яркой юной особы, но их происхождение было скромным, спрятанным глубоко в грязной земле. А пока они просто перекочевали в сумку Жака. Ему предстояло долгое путешествие. После вечера, проведенного в уюте отеля Galle Face, Жак и Нелли снова отправились в путь. Они собирались ехать на север, мимо прохлады Нувара-Элии и дальше, к лодке в Талаиманнаре, которая должна была доставить их в Индию.

Плоты, обезьяны и охота на пантер

Путь в Индию был нелегким. Паром, «просто похожий на переправу Нью-хейвен – Дьепп, только меньше и тяжелее», доставил их в Дханушкоди, а оттуда они сели на поезд до Мадурая. «Я разозлилась на начальника станции, который не забронировал места, как его просили, и нам пришлось втиснуться в одно купе, – писала раздраженная Нелли своим детям, – да еще с 4 огромными спальными мешками и 12 чемоданами! И знаете, кто пришел просить милостыню? Обезьяны! Их было великое множество, целые стаи, всех размеров, и некоторые негодяи влезали прямо в окна».

Хотя у Жака и Нелли был Rolls-Royce, поезда часто были самым эффективным видом транспорта. И в тех случаях, когда они выбирали автомобиль с шофером, передвижение было далеко от любой европейской поездки, которую они когда-либо предпринимали. Когда большой серебристый Rolls-Royce неожиданно столкнулся с потоком, преграждавшим им путь, пришлось делать плоты для автомобиля. В другой поездке коммивояжера Клиффорда Норта по горной местности Непала местные жители пошли еще дальше, буквально разобрав автомобиль на части и перенося сиденья, колеса, двери, рулевое колесо, двигатель и все по отдельности через горы! Машины снова собирались, как только оказывались на другой стороне.

Места, где можно было бы переночевать, были еще одним неизвестным, тем более что Жак и Нелли обычно не знали, куда направляются, за несколько дней до поездки. «Мы должны двигаться не так, как нас ведет дух, а так, как развиваются бизнес-планы Жака Картье», – писала Нелли няне, присматривавшей за ее детьми дома. В городах они бронировали номера в лучших отелях – Taj Mahal Palace в Бомбее (Мумбаи), Maiden’s в Дели, но огромные расстояния требовали остановок в небольших сельских районах: «Нас снова поселили в здании вокзала, которое пока еще самое примитивное. Просто побеленные стены, 2 стула, комод и вешалки для одежды. Но кровати?! Храни вас небеса! 4 стальные ноги и рама, которая держит пружину, которая не пружина, только шнуры через тонкую кокосовую циновку, так что я просто не могла лежать на ней, но вытащила наши постели – и тогда спала всего 4 часа!»

Когда они прибыли во дворец Наванагара, где Жак надеялся продать особенно великолепное ожерелье, которое привез из Лондона, Нелли была вне себя от восторга. «Дорогие цыплята, – взволнованно писала она своим детям, – пишу, чтобы показать вам, что мы наверху блаженства во дворце махараджи Джамнагара, и Его Высочество, безусловно, чудо-хозяин!.. Я даже не знаю, как описать ту роскошь, в которой мы живем. В нашем распоряжении Rolls-Royce и свита в этом дворце, построенном для визита принца Уэльского». Приглашенные провести Рождество 1926 года с махараджей, Жак и Нелли писали домой о великолепных праздниках, от большого банкета (хотя не было «никаких крекеров или пирожков с мясом, чтобы создать настоящую рождественскую атмосферу») до «очень-очень захватывающей» охоты на пантер.

Несравненные изумруды

Из всех своих индийских клиентов Жак был ближе всех к махарадже Наванагара. Сэр Ранджитсинджи Вибхаджи II, или Ранджи, как его называли, получил образование в Итоне и Кембридже и был известен в Англии как игрок в крикет мирового класса. Между тем в Индии Ранджи пользовался уважением как прогрессивный правитель и государственный деятель. Представив индийские штаты на Ассамблее Лиги Наций в 1920 году, он принимал участие в первой конференции «круглого стола» в 1930 году – для рассмотрения конституционных реформ в Индии.

За то время, что Ранджи знал Жака, он стал не только одним из его лучших клиентов, но и хорошим другом. Жак описывал связь между собой и махараджей как «деловую связь, которая превратилась в дружбу». У махараджи был дом в Англии, но Жак и Нелли всегда предлагали принять его в Милтон-Хит. Время от времени Ранджи принимал их предложение, появляясь в сопровождении индийской свиты. Он почти стал частью семьи. Жак и Нелли учили своих детей относиться к нему с большим уважением, но он всегда казался им больше похожим на старшего дядю, чем на принца. Блаженные летние каникулы семья проводила в ирландском замке Ранджи в Баллинахинче, где детям Картье разрешалось свободно бродить по великолепному семисотакровому поместью. Любитель рыбалки, махараджа хотел иметь загородный дом, который позволил бы удовлетворить эту страсть: ему принадлежал весь рыбный промысел Баллинахинча.

Из разговоров с Жан-Жаком Картье

Те каникулы в ирландском поместье Ранджи были замечательными. Однажды моя мать торопила нас всех к поезду в конце каникул, и Ранджи сказал нам, что спешить незачем – он пошлет весточку на вокзал, чтобы задержали поезд, пока мы все не будем готовы. Мне тогда было лет восемь, и я никогда не слышал, чтобы поезд кого-нибудь ждал. Ранджи определенно вырос в моих глазах тогда!

Жак описывал Ранджи как «принца с действительно королевским вкусом, а также умом и сердцем». В основе их тесной дружбы лежала общая любовь к драгоценным камням. Стильный индийский правитель с радостью был готов десятилетиями ждать самый совершенный темно-красный рубин или ярко-зеленый изумруд. Камень не обязательно должен быть огромным и бросаться в глаза; махараджу гораздо больше интересовали его качество и внутренняя красота, чем внешний блеск. Как истинный коллекционер, он любовался своими драгоценными камнями даже в одиночестве, держа их в руках и изучая под разным светом просто для удовольствия.

Изумруды были