Карл VI. Безумный король - Франсуаза Отран Страница 74

Франция и французы — святая земля и избранный народ. Кто, как не ее рыцари, защищают христианский мир от неверных? Кто, если не короли Франции, возглавляли крестовые походы? Со времен Карла V советники короля достаточно часто повторяли это в своих речах. Парижская буржуазия превратила это в "мистерию", которая была разыграна перед госпиталем Троицы, штаб-квартирой Братства Страстей Христовых. В этом месте улица Сен-Дени расширяется и пересекает улицу Сен-Совер, образуя перекресток, достаточно большой для создания прекрасной сценической площадки.

Декорации изображали замок с большой башней. На вершине башни находился король Франции в окружении двенадцати пэров. Внизу,  с одной стороны, рыцари третьего крестового похода под предводительством Филиппа Августа и Ричарда Львиное Сердце, среди которых по гербам можно было узнать самых известных крестоносцев, с другой стороны сарацины во главе с Саладином. С появлением Изабеллы эта группа актеров ожила. Предводитель христианского отряда, в котором можно было узнать доблестного короля Англии Ричарда Львиное Сердце, обратился к королю Франции Филиппу Августу с просьбой разрешить ему сразиться с сарацинами. Король дал разрешение. Ричард и его соратники немедленно бросились в бой. Неверные храбро защищались. Это была долгая битва, за которой с восторгом наблюдали зрители.

Продолжив свой путь процессия вскоре подошла к старым воротам Сен-Дени, в стене построенной еще Филиппом II Августом. Как и первые ворота, они были превращены в лазурный небесный свод со звездами и поющими ангелочками. Над ними возвышался Бог в трех лицах: Отец, Сын и Святой Дух. На этот раз это уже были не ворота в Рай, а в его наивысшее место, Небеса, которые Троица допускает созерцать только избранным. Когда Изабелла проезжала под воротами, Рай открылся. Появились два ангела. В руках у них была корона из золота и драгоценных камней. Они протягивали ее королеве, и пелит:

Лилейная дама

Вы ли королева Парижа?

И благословенной Франции

Мы слышали это в Раю.

На самом деле их поднимала на Небеса специальная машина. Когда процессия продолжила свой путь, зазвучала музыка — райская музыка. Перед госпиталем Сен-Жак на помосте была устроена комната, где мужчины играли на органе. Дальше по улице Сен-Дени живых картин не было, можно было только любоваться гобеленами украшавшими фасады домов. Процессия проследовала мимо аббатства Сен-Маглуар и кладбища Невинных. После церкви Сент-Оппортун улица слегка изгибалась к югу. Впереди, закрывая горизонт, появилась крепость Шатле. Пройдя по узкому переулку, процессия, наконец, оказалась перед воротами Шатле, обращенными к Большому мосту.

Это было кульминационным моментом представления. Здесь были сооружены декорации изображающие деревянный замок, у каждой бойницы которого стоял воин. Над замком — ложе, покрытое голубым гобеленом с золотыми флер-де-лис. Это было ложе правосудия, задрапированное как кресло короля в зале Парламент. На этом ложе возлежала "святая мадам Анна". Ее окружала дикая природа: лес, где бегали кролики и летали птицы. Из леса выбежал огромный белый олень — конечно же, символизировавший короля… За ним гнались орел и лев, а олень подскочил к ложу правосудия. В этот момент из леса появились двенадцать дев в золотых шляпках, с обнаженными мечами в руках. Они угрожающе бросились наперерез орлу и льву, защищая белого оленя и ложе, короля и его правосудие.

Король в толпе

Орел и лев были механическими автоматами, как и белый олень, такой же большой, как во дворце, с золотыми рогами и золотым ошейником на шее, с которой свисал лазоревый щит с тремя золотыми флер-де-лис. Хронист Жувенель дез Юрсен сообщает, по воспоминаниям своего отца, что "человек, которого нельзя было видеть, заставлял его двигать глазами, рогами, ртом и всеми конечностями". Здесь мы снова видим любимый символ короля и любимое представление для толпы.

Карл не мог оставаться от всего этого в стороне. Из дворца, где он ожидал прибытия королевы в обществе своих старых родственниц, королевы Бланки и герцогини Орлеанской, он не мог следить за разворачивающимися празднествами. Королю сообщили описание только что установленного оленя: в качестве испытания его заставили поднять лежащий обнаженный меч и поднять его вверх. Карл не мог спокойно пропустить это зрелище и обратился к своему камергеру: "Савуази, прошу тебя, давай, пока есть возможность, оденемся так, чтобы нас не узнали, садись на доброго коня, а я последую за тобой, и поедем смотреть на въезд моей жены!" Савуази пытался отговорить короля, но безрезультатно. Тогда он смирился, переоделся, как мог, и сел на коня, а король последовал за ним. Они покинули дворец и переправились на правый берег. Карл захотел увидеть представление у Шатле во время проезда королевы. Савуази сделал все, что мог. Но сержанты, охранявшие ложе правосудия, неукоснительно выполняли свой долг и активно работали палками по обеим сторонам улицы, сдерживая толпу. Подъехали король и Савуази. Сержанты не узнали ни того ни другого и тоже набросились на них палками. При этом Карл получил несколько чувствительных ударов по плечам.

Вечером, за ужином, король поведал эту историю сотрапезникам. Дамы смеялись, а король еще больше, "смеялся над полученными ударами". Рыцари наслаждались этим приключением, и оно казалось им последним писком галантности… Десять лет спустя Людовик II Анжуйский, король Сицилийский, которого Карл посвятил в рыцари в Сен-Дени, повторил это приключение. Он ждал в Монпелье приезда Иоланды Арагонской, на которой должен был жениться и тоже смешался с толпой, переодевшись простым рыцарем, чтобы посмотреть на шествие процессии своей невесты…

Во время представления у Шатле солнце уже садилось, поэтому процессия пересекла Большой мост уже под звездным небом. По улицам острова Сите она двигалась когда уже почти стемнело. И тут, было устроено последнее зрелище дня, на канате, натянутом между башней собора Нотр-Дам и самым высоким домом на мосту Сен-Мишель, появился канатоходец. Он держал в руках два горящих факела, пел и выполнял множество трюков. Два огня в ночном небе дали знать всему городу и округе на расстоянии до трех лье, что королева прибыла в Нотр-Дам.

Коронация и освящение королевы

Епископ Парижский и капитул, как и положено, ожидали королеву на крыльце собора. Изабелла со свитой вошла в церковь и последовала за процессией священнослужителей, которые пели соответствующие гимны. Перед главным алтарем королеву короновали. Два главы правительства, Бюро де Ла Ривьер и Жан Ле Мерсье, поднесли корону. Епископ принял ее и с помощью четырех герцогов возложил на голову королевы. Выйдя из собора, процессия при свете факелов направилась к королевскому дворцу. Король вместе с королевой Бланкой и герцогиней Орлеанской, старшими представительницами королевской семьи, приветствовали Изабеллу так же, как духовенство у Нотр-Дам. Пышный пир и бал завершили этот длинный день.

На следующий день состоялось освещение королевы, за которым, как и положено, последовал пир. Во время высокой мессы король вошел в Сент-Шапель, одетый в королевские одеяния: красную тунику, далматик и плащ. Вскоре после этого появилась королева, также одетая в королевский пурпур, ее волосы