Из прошлого: далекого и близкого - Николай Яковлевич Мерперт Страница 72

Портал храма Рамзеса II в Абу-Симбеле

25 марта 1963 г.

Утром отправились в посольство.

Нас принял там посол Михаил Александрович Силин. Он сетовал на то, что у нас не придают должного значения культурному наследию Судана и роли его в истории. Настоятельно советовал распространить русские полевые исследования на территорию Судана. Совет был очень перспективным: достаточно вспомнить и хартумскую культуру, и раннее появление производящего хозяйства, прежде всего земледелие, и тысячелетия соперничества с Египтом, и XXV Суданскую династию, и реанимацию традиции создания пирамид. Но, к сожалению, период спокойствия и политической стабильности в Судане близился к концу...

Из посольства поехали в департамент древностей. На сей раз по главной улице — Дворцовой (бывшей улице Виктории). Здесь тротуары уже были нормальными, встречались и крупные постройки, но основная масса домов поражала своей легкостью. Это уже типично тропический город. Превосходные особняки, дома с длинными галереями, легкие подпорки, тонкие колонны и никакой массивности и гигантомании. Дома свыше двух этажей по пальцам можно перечесть. Нас принял в Департаменте старший инспектор Саадык эль-Нур. Расспросив о целях нашего визита, он обещал организовать поездку в район Шенди для осмотра мероитских памятников и перечислил экспедиции, работающие в Судане (Английская, Германская, Польская, Мексиканская, Американская (Чикаго), Шведская, Итальянская (Пиза)).

Саадык эль-Нур — пожилой небольшого роста негр с большими карими глазами и совершенно «серебряной» головой. По музею нас водил д-р Мубарак (Мубароки) — молодой приятный негр, высокий и статный. Он выпускник Лондонского университета, ученик У. Эмери и Аркеля. Говорит по-английски и немного по-немецки, русского, конечно, не знает, но нам симпатизирует — сестра его учится в Москве, в Университете Дружбы народов, а дядя окончил МГУ.

Музей небольшой и скромный, но ряд комплексов, безусловно, интересен. Таковы погребения из Омдурмана, открытые в 1944 году и одновременные Хор-Дауду (рубеж IV и III тысячелетий до Р.Х.). Конечно, замечательными материалами представлены Напата и Мероитское царство. Повез нас Мубарак в чрезвычайно интересный этнографический музей, в создании которого (впрочем, как и археологического музея) значительную роль сыграл выдающийся английский исследователь Судана Аркел. Этот музей невелик, но уж воистину «мал золотник — да дорог»: изделия из самых различных материалов — от огромных деревянных барабанов до миниатюрных подвесок из раковин и камня — поражают своей оригинальностью и мастерством их создателей.

Памятником поразительного мастерства может служить огромный барабан, вырезанный из цельного участка ствола гигантского дерева и на разных своих участках дающий различное звучание. Выполнен он в форме быка, длина его более двух метров. Среди оружия характерно отсутствие сабель при распространении у нубийцев кривых ножей. Основной вид оружия — и боевого, и охотничьего, и ритуального — копье.

При общей примитивности культуры захватывают многообразие, а иногда и сложность музыкальных инструментов, среди которых есть и полные копии того египетского (нубийского) «тамбура», который украшал праздник в Курте посрамадена(?) 1962 года.

После музеев Мубарак отвез нас к Альберту, там обедали, а вечером бродили по городку, вернее, по его торговому центру, который, по сравнению с Каиром, выглядит миниатюрным. Магазины полны товаров из самых различных стран: здесь представлены и вся Европа, и Индия, и Япония, и США. Правда, фантастическая дешевизна, о которой мы наслышались в Египте, оказалась мифом.

26 марта

С утра вновь отправились в музей.

Доктор Мубарак обратил наше внимание на белое массивное здание, стоящее на небольшом возвышении среди огромных деревьев. На этом месте был убит генерал Гордон, знаменитый Гордон-Паша, английский диктатор Судана. Я уже не в первый раз вспомнил увлекательный роман Генриха Сенкевича «В пустыне и в дебрях», где в драматических красках изображались длительная осада Хартума огромной армией суданских повстанцев во главе с их вождем и религиозным лидером Махди, штурм и взятие города, а также смерть Гордон-Паши, голова которого был водворена на высокий шест, установленный в Омдурмане близ ставки Махди.

К этой ставке мы и направились. На другом берегу — Омдурман — самая большая часть триединого города, но «прочувствовать» его мы не успели. В Омдурмане должным образом были осмотрены лишь ворота крепости Махди и его музей — «дворец Халифе». Музей довольно сумбурный, наиболее интересные экспонаты касаются Гордона, нежели Магди и восстания. Интересно, что Гордон, помимо прочей одежды, постоянно имел при себе длинную стальную кольчугу. И это в 80-ые годы XIX-го века!

28 марта 1963 г.

С утра поехали доставать железнодорожные билеты вместе с г-ном Мубараком.

31 марта отправляемся в Кериму. Мубарак все тянет нас на какую-то выставку по борьбе с голодом, открывающуюся в Омдурмане. Жара, в отличие от предыдущих дней, какая-то влажная и тяжелая. В тени 38°.

Население города очень многообразно, что соответствует племенному и расовому разнообразию Судана.

Поразительно много красивых женщин и подлинных красавиц. Часть их одета по-европейски, другие закутаны в плащи, чаще всего из белой ткани. Хартум показался нам городом красавиц.

Судан. Хартум, 1963 г.

29 марта 1963 г.

Утром поехали в Омдурман на базар.

Базар типично восточный, но куда чище и организованнее ассуанского. Горы фруктов и овощей, огромные ряды с мясом, сушеными овощами, кореньями и травками, а далее столь же протяженные ремесленные ряды — портные, сапожники, жестянщики, резчики по дереву, мастера по металлу.

Далее лавки с раритетами. Их тоже целая улица. Раритеты самые разные: мечи и кинжалы, плетеные, кожаные, деревянные щиты, музыкальные инструменты (в том числе тамбуры), медные кофейники и целые кофейные сервизы, туфли из леопардовой шкуры, папки и бумажники из крокодиловой и змеиной кожи, серебряные ножные браслеты и всевозможные сосуды, золотые кубки и украшения.

30 марта 1963 г.

Впервые встретились с директором департамента археологии страны Сабитом Хасаном. Это плотный человек средних лет, энергичный, очень подвижный. Говорит только по-английски, поэтому мне пришлось быть переводчиком (Борис Борисович по-английски не говорил). Принял он нас вначале в библиотеке, заявив, что