100 великих филологов - Борис Вадимович Соколов Страница 70

на науку о языке и науку об отдельных языках. Наука о языке может отвлекаться от истории, но наука о языках должна изучать их историческое развитие. Винокур, наряду с В.В. Виноградовым, был одним из создателей истории русского литературного языка как особой дисциплины. Происхождение русского литературного языка он связывал с распространением старославянской письменности. Винокур писал: «Так или иначе, но старославянские тексты, проникая вместе с христианством в восточнославянскую среду, становились здесь образцами для списывания и подражания. При списывании старославянских текстов и при составлении оригинальных текстов по старославянским образцам древнерусские литераторы иногда невольно, а иногда сознательно допускали отступления от норм старославянского языка в пользу параллельных явлений своей родной речи. Этим путем вносились восточнославянские черты в орфографию, грамматическую систему и словарный состав старославянских оригиналов. В результате возникал своеобразный и новый письменный язык, в котором скрещивались книжные старославянские и живые восточнославянские элементы. Этот скрещенный язык, то есть старославянский язык русской редакции, и был первым письменным языком восточных славян». По его мнению, «в течение всего древнерусского периода в русской письменной речи происходила борьба областного и централизованного принципов развития. Между отдельными древнерусскими диалектами, судя по всему, не было таких глубоких и коренных различий, какие исключали бы или сильно бы затрудняли взаимопонимание. Кроме того, в значительной мере способствовало поддержанию единства в письменной речи то, что один из двух ее важнейших источников, церковнославянский язык, имел свойства как бы над– или междиалектные. Тем не менее необходимо помнить, что язык древнерусской письменности, какими бы стилистическими приметами он ни отличался, это в принципе язык диалектный. Можно поэтому говорить о письменном языке Киева, Новгорода, Рязани, Пскова, Москвы. Однако без дальнейших пояснений понятно, что централизация государственной жизни должна была повлечь за собой и победу центростремительных начал в языке». Винокур полагал, что в XVII веке особое значение приобретает «язык московских приказов», который, сближаясь с прежним литературным языком, дает начало новому письменному общерусскому языку. Ученый подчеркивал необходимость устанавливать взаимосвязь между статическими и динамическими принципами изучения языка, чтобы изучать как современный, так и древний языки системно и в исторической преемственности. Винокур отмечал, что «язык в его прошлом состоянии мы только тогда можем изучить как живую историческую реальность, когда будем видеть в нем цельную систему, в которой каждый отдельный элемент обладает известной функцией только в соотношении с прочими элементами». Ученый считал, что «вся вообще история языка есть последовательная смена языковых систем, причем переход от одной системы к другой подчинен каким-то закономерным отношениям. Следовательно, мало открыть систему языка в один из моментов его исторического существования. Нужно еще уяснить себе закономерные отношения этой системы к той, которая ей предшествовала, и к той, которая заступила на ее место». Винокур рассматривал язык как часть общей культурной истории и полагал, что механизмом развития языка двигает не сам язык, а человеческое общество. Поэтому «изучение отдельного языка, иначе история языка, есть наука культурно-историческая». Винокур является автором книг «Культура языка: Очерки лингвистической технологии» (1925, 1929), «Критика поэтического текста» (1927), «Маяковский – новатор языка» (1943), «Русский язык: исторический очерк» (1945), «Русское сценическое произношение» (1948), «Избранные работы по русскому языку» (1959), «Филологические исследования: Лингвистика и поэтика» (1990), «О языке художественной литературы» (1991), «Биография и культура. Русское сценическое произношение» (1997), «Введение в изучение филологических наук» (2000), «Собрание трудов» (2000), «История русского литературного языка» (2009) и др.

Бенджамин Ли Уорф

(1897–1941)

Бенджамин Ли Уорф

Американский лингвист, специалист по языкам американских индейцев Бенджамин Ли Уорф родился 24 апреля 1897 года в Уинтропе, штат Массачусетс, в семье художника, дизайнера и драматурга Гарри Черча Уорфа и его жены Сары Эдны Ли Уорф, методистов по религиозной принадлежности. В 1914 году он окончил среднюю школу Уинтропа, а в 1918 году – Массачусетский технологический институт, получив степень бакалавра по специальности «химик-технолог». В дальнейшем Уорф работал инспектором (инженером по предотвращению пожаров) и к концу жизни дорос до заместителя директора страховой компании Hartford Insurance Company. В молодости он изучал древнееврейский язык, чтобы прочесть Библию в подлиннике, и перевел на английский Книгу Бытия. В одном из писем Уорф говорил о своем стремлении «примирить современный интеллектуальный мир с Богом». А во время служебных поездок Уорф познакомился с индейцами хопи и увлекся их языком, поразившим его полным несходством с европейскими языками. Ученый опубликованы работы по языкам индейцев юто-ацтекской семьи и семьи майя, а также ряд статей, посвященных теории «лингвистической относительности». В 1931 году Уорф поступил в аспирантуру Йельского университета, чтобы учиться у Э. Сапира, и слушал его лекции. Сапир поддержал научные исследования Уорфа. В 1936 году Уорф был назначен почетным научным сотрудником по антропологии в Йельском университете, и Ф. Боас пригласил его работать в комитете Общества американской лингвистики (позже – Лингвистическое общество Америки). В 1937 году Йельский университет присудил Уорфу стипендию Стерлинга. Он был лектором по антропологии с 1937 по 1938 год, заменив тяжело больного Сапира. Уорф читал лекции для аспирантов на тему «Проблемы лингвистики американских индейцев». В 1938 году он подготовил отчет о ходе лингвистических исследований на факультете антропологии Йельского университета. В отчет включены некоторые из важных открытий Уорфа в сфере лингвистической теории, такие как концепция аллофона, т. е. реализации фонемы, ее варианта, обусловленного конкретным фонетическим окружением, и скрытых грамматических категорий. Хотя в последние годы жизни Уорфу было сделано несколько предложений занять высокие академические или научно-исследовательские должности, он отклонил их, заявляя, что его бизнес обеспечивает ему более комфортную жизнь и дает возможность более свободно реализовывать свои интеллектуальные интересы. Бенджамин Ли Уорф умер от рака 26 июля 1941 года в Уэтерсфилде, Коннектикут.

Парадоксальная гипотеза Уорфа, известная также как «гипотеза Сепира – Уорфа», постулирует прямую зависимость категорий мышления от категорий языка (некоторые близкие идеи ранее высказывались Сепиром, хотя и не в столь определенном виде). Согласно этой гипотезе, структура языка влияет на мировосприятие и воззрения его носителей, а также на их когнитивные процессы. Она оказала стимулирующее воздействие на развитие этнолингвистики, психолингвистики, общей семантики и грамматической типологии. Уорф считал, что несколько относительно недавних диалектов индоевропейской семьи и методы рационализации, разработанные на основе их образцов, нельзя считать вершиной эволюции человеческого разума. По мнению ученого, грамматические и семантические категории языка не только служат средствами передачи мыслей говорящего, но и формируют его идеи и управляют его мыслительной деятельностью. Поэтому люди, говорящие на разных языках, будут иметь разные представления о мире, а в случае значительных структурных расхождений между их языками при обсуждении ряда тем у них могут возникать трудности с пониманием. Индивиды членят мир на фрагменты, которые предопределены структурой их родного языка. Так, если для обозначения