Точка зрения слуги. Письма американского негра о русской революции (1917-1918 гг.) - Александр Владимирович Быков Страница 7

я украсил цветами и папоротником. Из угощений были несколько видов бутербродов и пирожных, запеченная ветчина для бутербродов, 4 чаши пунша с шампанским и персиковый чай со льдом. Сам посол был в первом зале, а напитки – во втором. Посол сказал: «Филип, почему эти люди находятся все время там? Они собрались у чаши с пуншем и не отходят от нее». Я спросил: «Вы хотите, чтобы они были в этом зале?» Он ответил: «Да, но как это сделать?» «Минутку, сэр, я Вам покажу, как это делается». Я взял чашу, чтобы наполнить ее, а потом поставил ее не на прежнее место, а в зал, где находился посол. И в течение следующих десяти минут соседний зал опустел. А позже, когда подавали чай, возникли трудности собрать всех гостей в этом втором зале.

* * *

Петроград, Россия

20 декабря 1917 г.

Миссис Френсис!

В понедельник в половине девятого вечера посол поехал ужинать с княгиней Кантакузен[67]. Я его отвез, а в 11 часов поехал за ним. По пути в отель я заметил, что на каждом шагу стоят большие группы солдат. Я сказал об этом послу, и он велел ехать какой-нибудь другой улицей, что мы и сделали. За квартал до посольства мы услышали два или три выстрела. Когда мы были уже в доме, стреляли уже со всех сторон. На следующее утро в 8 часов я вышел посмотреть, что происходит, и увидел, что в соседнем квартале на улицах полным-полно пьяных солдат. Они вломились в бакалейную лавку на углу, где продается вино и стоят тысячи бутылок, и – что за зрелище! Улицы нескольких кварталов полны разбитых бутылок, а пьяные солдаты начали драться друг с другом. Ко всему прочему, они начали стрельбу, и было несколько человек раненых и даже убитых. Прошлой ночью в 12.55 – я знаю даже время их рейдов, потому что они будят меня и, просыпаясь, я смотрю на часы – я услышал какой-то ужасный звук, а потом – звон разбитого стекла. И все это произошло буквально в трех домах от посольства. Только представьте себе: 8–9 сотен пьяных солдат вломились в эту винную лавку и выпили все, что смогли. Здесь 18–20 градусов мороза, но на следующее утро на улице было полно пьяных солдат, некоторые спали прямо на снегу с таким же успехом, как мы в постели.

* * *

Петроград, Россия

10 января 1918 г.

Миссис Д. Р. Френсис!

У нас здесь стало немного поспокойнее, боев больше не слышно. И теперь нам даже немного скучно без пулеметных очередей и орудийных залпов. Здесь очень похолодало, мороз 18 градусов. Здесь прошла сильнейшая для России за последние 50 лет буря; вот уже двое суток идет сильнейший снегопад. Транспорт не работает; целые сутки в городе не ходили ни машины, ни трамваи. Улицы похожи на туннели. Сугробы выросли в 8-10 футов высотой. И в такую вот погоду посол ходит на прогулку и катается на санях.

К этому времени Вы должны получить мое письмо, сообщающее, что немцы уже в Петрограде; в городе их полным-полно и прибывают еще. Гостиницы и рестораны переполнены. Создается впечатление, что старушка-Россия закончила войну. Солдаты и моряки тысячами возвращаются с фронта. Продуктов по-прежнему не хватает, их очень трудно достать. Поэтому никаких развлекательных мероприятий не проводится. Некоторые американцы пытаются устраивать обеды, но очень трудно достать продукты. Некоторые в 6 утра посылают прислугу по 6–8 часов стоять в очередях на двадцатиградусном морозе, а потом, вместо того чтобы беречь то немногое, что удалось достать, они приглашают в гости 6–8 человек, чтобы те помогли съесть все это. Мне приходилось видеть этих несчастных слуг, простаивающих в очередях столько времени без крошки хлеба во рту, которые падали в обморок прямо на улице.

* * *

Петроград, Россия

17 января 1917 г.

Миссис Френсис!

«Сегодня откроется Конституционное Собрание[68]. Сейчас 15.30, но оно еще не открыто. Около 11 часов утра в квартале от посольства были обстреляны 2000 человек, вышедшие с лозунгом «Да здравствует Собрание!», – столько много убитых!

Только что я был на улице, где идет бой и люди сражаются за свои жизни. Я насчитал 10 трупов, но тут пулеметы повернулись в мою сторону и я вспомнил, что в посольстве меня ждут дела. По всему городу на крышах домов сидят пулеметчики. Вокруг дворца, где будет проходить Собрание, около здания и на нем разместились солдаты с пулеметами. Думаем, сегодня вечером будет очень тяжелый бой. Во вторник на Неве-реке ледоколы ломали лед, расчищая путь для четырех линкоров. Сейчас они стоят на якоре возле Зимнего дворца, в любую минуту готовые приступить к делу. С того места, где они сейчас находятся, они могут за пару часов разнести Петроград в пух и прах.

В последние четыре дня посол собирал у себя всех послов и посланников. Знаете ли Вы, что посол стал дуайеном? Поскольку посол Англии уехал, то теперь за главного остается американский посол. Правительство большевиков уже несколько раз грозилось арестовать губернатора.[69]

Вы, конечно, уже знаете об аресте румынского посла. Дела не улучшаются, а ухудшаются. Слышно, как около посольства грохочут пушки и бегут люди.

P.S. Только что на улице какой-то солдат упал замертво.

* * *

Петроград

12 февраля 1918 г.[70]

Миссис Френсис!

Пишу, чтобы сообщить Вам, что посол жив-здоров. На улице по-прежнему холодно и сыро.

В конверт я вложу «Русские новости» и несколько газетных вырезок о мирных собраниях (заседаних). Нам тут скучновато, т. к. за последние 2 недели не было ни одного выстрела. Кругом очень уж спокойно. Большевики по-прежнему у власти и очень озлоблены на богатых. На прошлой неделе они оштрафовали нескольких лавочников на 900 000 рублей за то, что те не расчистили снег у своих магазинов. Но у лавочников нет таких больших денег, чтобы заплатить. Большевики сказали: «Ну, хорошо». И заставили их выйти на улицы и расчищать снег, а после того как те закончили уборку у своих магазинов, их заставили убирать снег на других улицах города. Так вот безобразно большевики относятся к богатым. Подумать только – человек, который несколько месяцев назад занимал высокое положение и обладал миллионами рублей, сегодня расчищает улицы от снега за 8 рублей в месяц. Причем они вынуждены делать это, иначе умрут от голода. Представьте, если бы м-ру и миссис Брекинридж Джоунз[71] или м-ру Ли[72] приказали явиться на следующий день в 10 часов утра для