Ирина Озерова - Память о мечте (сборник) Страница 68

Юсуп Хаппалаев

(р. 1916 г.)

(перевод с лакского)

«О дороги-пути!..»

О дороги-пути!Их не счесть,Не учесть.Можно легкий найтиИль крутой предпочесть.

То метель, то цветы,Ветром полнится грудь…А какой же мне ты,Сердце, выбрало путь?

– Если б вместе с тобойШли мы легкой тропой,Не болело б я так,Позабыв про покой.

Народная песня

Орлиный клекот, медь колоколов,И горький плач, и радостные вести —Все – в трепете неповторимых слов,Все – в звуках сквозь века прошедшей песни.Она летит, как птица, на простор,Она в сердцах, как на горах, гнездится,

В ней и судьба моих родимых гор,И земляков, давно ушедших, лица,В ней буря отгремевшая гремит,В ней стонут волны, до небес взлетая,В ней, будто бы одетая в гранит,Живет к родной земле любовь святая.

В ней травы просыпаются весной,Грохочут в ней обвалы и потоки,В ней вечно свищет соловей шальнойИ с предками встречаются потомки.

Она – сынов народных светлый дух,Она – победный клич на поле брани.И вот я замер, обратившись в слух,И вот вхожу в живую жизнь преданий.Гремите же вовсю, колокола,Летите же, орлы, по Дагестану!Я песню про великие делаДо самой смерти слушать не устану.

Ее моя прабабка пела мнеВполголоса над колыбелью белой,Чтоб оживали подвиги во сне,Чтоб рос джигит настойчивый и смелый.Потом я в птичьих песнях услыхал,Какое сердце в этой песне бьется,Какой у стали праведной закал,Как Родину отстаивали горцы.

Ашуги – дум народных соловьи —Ее из уст в уста передавали,И мы, настроив голоса свои,Ашугам, как умели, подпевали.Не спутаешь ни с чем ее напев,Он справедлив и вечен, как природа,Неукротим он, как народный гнев,И светел он, как чаянья народа.

Орлиный клекот, медь колоколов,И горький плач, и радостные вести —Все – в трепете неповторимых слов,Все – в звуках сквозь века прошедшей песни.Она летит, как птица, на простор,Она в сердцах, как на горах, гнездится…И полководец, и солдат простой —Хранит она страны моей границы!

Тропинка жизни

Если бы тропинка жизниШла все время на подъем,Если б не было обваловИ обрывов,Что за честь —Безопасно мог бы каждыйОбжитой покинуть домИ на горную вершину,Как на крышу сакли, влезть.

Если б знал ты, где споткнешься,То соломки подстелил,Был бы путь простым и ровным,Словно выметенный двор…Но тогда орел не смог быРаспахнуть орлиных крылИ парить вольнолюбивоВыше самых гордых гор!

«Слепой не видел дня ни разу…»

Слепой не видел дня ни разу,Но если сердце зорче глаза,То видит в темноте оно.

А если сердце слепо, значит,Не обладает зреньем зрячий —Ему и в ясный день темно.

«Море стонало…»

Море стонало,Море стонало…Так страшно, так долгоМоре стонало…

Солнце со дна восходило из моря,Скорбно луна восходила из моря,А море стонало,А море стонало.

Рассветом еще не окрасились горы,Закончилось злобное время не скоро,И ухали совы, словно затворы.И в черных песках семена золотыеПогибли, застыли.

Долго дождило —Семена не всходили.Солнце светило —Семена не всходили.

Сердце моря кипело,Стонало.Сердце моряВолной выкипало.

Словно коса до рассвета косила,Словно слеза берега оросила,И вырастали песчаные сопки,Пряча безмолвно сраженную силу.

Гибли в песках семена безвозвратно…Снова луна над волнами вставала,Круг завершив, возвращалась обратно,

Пели пески.И посвистывал ветер.

Осень-художница

Срок осени очень краток.Художницей у полотнаПалитру осенних красокРастрачивает она.

Красный, лиловый, желтый.Полутона тихи…А вот и камень тяжелыйУкрыли пышные мхи.

Высится стог. И мглоюПодернута синева,И закрутились юлоюМельничные жернова.

Дождь на картине нужен,Лист на дубовом стволеИ голубые лужиНа серой, сырой земле,

Осень трудилась спороИ до прихода весныБуркой укрыла горы —Пусть видят зимние сны.

Под журавлиным небомВьется оленья нить…Как хорошо зиме быКартину ее завершить!

Песня о снеге

О снега, снега, снега,Снежные просторы,В шубах белые луга,И поля, и горы.

Вся земля белым-бела,Стало столько света,Снег кружится, как юлаИли как планета.

И каракулевый снег —Прямо у порога…Собирайся, человек,В млечную дорогу.

Вся земля белым-бела,Стало столько света,Снег кружится, как юлаИли как планета.

«Себя я почитал среди людей…»

Себя я почитал среди людейНичем не выдающейся особой,Живущим без особенных страстей,Без горя и без радости особой.

Но час настал: я встретился с тобой,И мир живет и светится иначе,То хохочу я над своей судьбой,То горько над своей судьбою плачу.

«Тур – у хребтов наших грозных…»

Тур —У хребтов наших грозныхв плену,Пчела —У цветов наших горныхв плену,Я —У очей твоих гордых,в плену.Скажи —А ты у когов плену?

Слезы цветка

Когда цветок среди травы зеленойПокроет увяданья желтизна,Роса в цветке становится соленой,И, словно вздох, печальна тишина.

Качается цветок, под ветром плачет,Он знает – жизнь его обречена…Но добрая земля до срока прячетУпавшие слезами семена,

И если бы умелица-природаВсе слезы возродила из земли,Какие удивительные всходыТогда бы на лугах ее взошли!

«Я брожу одиноко…»

Я брожу одиноко,Словно загнанный волк…Я поверил до срокаВ твой загаданный срок.

Словно дикие очи,Редких звезд огоньки,Завывает по волчьиПолночь горной реки.

Смутный берег обшарилЯ, слепой, как беда…Может, огненный шарикМне уронит звезда?

А незримые ветвиСеют шепот, как стон.– Не вздыхай, словно ветер,Это сон, только сон.

Вижу звезды на дне яПоредевшей тоски,А надежда длиннееЭтой длинной реки.

Море