История русской рок-музыки в эпоху потрясений и перемен - Джоанна Стингрей Страница 59

штраф в ВААП. Как только мне начало казаться, что все наконец складывается, почва у меня под ногами вновь зашаталась и стала расползаться. Я все списывала на разгоревшуюся вновь в советском руководстве борьбу между старой гвардией и сторонниками перемен. Друзья объясняли мне, что многие в СССР все еще живут старыми понятиями и принципами и рок-музыка для них – опасное оружие врага. В конце концов я решила просто не обращать на это внимания, чтобы не позволить мелкому кляузничеству испортить мое предсвадебное настроение.

Последнее, что я помню из этой поездки, – расставание с Юрием в ленинградском аэропорту. Он не выпускал меня из объятий, осыпал поцелуями и умолял хоть на мгновение расслабиться, перестать думать о делах и просто провести последние минуты вдвоем. Я же только со смехом отбрыкивалась: полностью погруженная в мысли о свадьбе и в ощущение счастья и любви, я ни к чему в тот момент не могла относиться серьезно. Я чувствовала себя настоящей деловой русской женщиной – уважаемой и обладающей законными правами.

– Пусть они только попробуют теперь меня остановить, – пропела я Юрию, так и не желавшему выпускать меня из рук.

– Джо-ан-на, – медленно, в своей манере, произнес он.

Я отчетливо помню, как мягко отстранилась от него и сказала: «Уже чуть больше, чем через месяц, я опять буду здесь. Не волнуйся ни о чем!».

Я даже не нашла времени остановиться, посмотреть ему в глаза и сказать: «Я люблю тебя!».

– Люблю тебя! – небрежно бросила я уже на ходу, оглянувшись, прежде чем окончательно исчезнуть из поля его зрения в недрах аэропорта. Он стоял, не отрывая от меня взгляд своих огромных ярких глаз, и лишь рассеянно проводил рукой по волосам до тех пор, пока мы окончательно не потеряли друг друга из виду.

Глава 28

Жизнь в грезах

Я предавалась мечтам о своей предстоящей свадьбе: в ушах у меня звучала тихая нежная музыка, в глазах стояли звезды в вечернем небе над каналами и белоснежные цветы.

– Есть ли у вас план? – Из грез о свадебном торте и первом танце меня вернули на землю слова, которые я уже слышала от матери Юрия. – Где вы будете жить? Как собираетесь зарабатывать на жизнь? Планируете ли заводить детей? Где вы будете их воспитывать? Знаешь ли ты, от чего умерли его дедушки и бабушки?

«Что?!» – Я от удивления захлопала глазами.

– Ты знаешь, от чего умерли его бабушка с дедушкой?

Высокие скулы матери внезапно оказались прямо у меня перед глазами, белоснежная кожа на лице сморщилась от страха и тревоги.

– Нет, а зачем мне это знать?

– Ты должна понимать, в какую семью ты входишь, Джоанна.

– Я люблю его и хочу выйти за него замуж! – твердо произнесла я.

– А я люблю тебя и хочу иметь здоровых внуков.

Мы стояли, пристально глядя друг на друга, разделенные гранитной поверхностью кухонного стола. Мать не выдержала первой.

– Ну а белое платье для свадьбы ты уже начала присматривать?

– Нет, – вздохнула я, облокотившись локтями на стол и подперев голову руками. – Я поняла, что не люблю платья и уж особенно белые. Это не мой стиль.

– Ну уж нет! – решительно возразила мать, скрестив руки на груди. – Свадьба бывает один раз, и ты ведь хочешь, чтобы день этот был для тебя особенным, не так ли?

– Ты уж выбери, пожалуйста: или белое платье, или внуки. И то и другое не получится.

– Джоанна, подумай хорошенько. Если хочешь, можешь сама придумать фасон.

Всю следующую неделю я обдумывала предложение матери. Я видела, насколько важна для нее моя свадьба, и, учитывая, сколько всего ей пришлось перетерпеть за эти годы моего бесконечного мотания в Россию, я наконец решила, что красивое белое платье станет выражением моей благодарности ей. Ну и, честно говоря, где-то в глубине меня тоже сидела романтическая девочка, грезящая о прекрасной традиционной свадьбе из сказки.

Пока в Лос-Анджелесе все благоухало розами, из России пришло сообщение, что пластинка «Аквариума» на «Мелодии» разошлась тиражом свыше миллиона экземпляров. Ленинградский самиздатовский рок-журнал «РИО»[107] опубликовал большое интервью со мной, а молодые журналисты журнала Сергей Чернов, Сергей Афонин и помогавший им Алексей Ипатовцев подготовили так, увы, в журнал и не попавшую подробнейшую статью о моих путешествиях в Россию, об успешном издании Red Wave, о конфликте с ВААП и о негативном освещении всех моих приключений в советской прессе. Статья называлась «Девушка из Калифорнии», и в ней я обнаружила некоторые детали, о которых я и сама не знала.

В Америке тем временем уже было продано 15 тысяч экземпляров Red Wave, и продажи продолжались. RCA Records объявила об издании альбома в Британии весной 1987 года. Я получила массу приглашений выступать с лекциями об альбоме по всей Америке, а нью-йоркское издательство Doubleday предложило издать книгу с описанием моих приключений. Аллан Аффельдт, организатор советско-американского Марша мира[108], попросил меня помочь ему в проведении приуроченного к маршу концерта. Я также планировала поездку в Россию Фила Рамона в апреле 1987 года для обсуждения возможности продюсирования им американского альбома Бориса[109]. Компания Боуи Isolar дала мне права на организацию предстоящей осенью концерта Боуи в России, с «Аквариумом» на разогреве, и права на съемку фильма о концерте. Владимир Литвинов из Министерства культуры, Валерий Киселев из Госконцерта, Александр Белостоцкий, Олег Попов, Герман Авксентьев и Николай Шевченко из «Международной книги» и Евгений Семенихин, Валерий Иванов, Сергей Семенов и Анатолий Хлебников из ВААП работали со мной над осуществлением всех этих проектов. До этого момента я старалась избегать обращаться в посольство и консульство США из опасения, что Советы сочтут меня шпионкой. Но теперь мне нужна была их помощь. Марк Таплин из посольства в Москве и Морт Аллен и Джим Шумайкер из консульства в Ленинграде помогли организовать доставку крупной партии инструментов и аппаратуры, которую фирма Yamaha подарила Ленинградскому рок-клубу.

Среди всего этого я не забывала и о свадьбе. Вместе с модельером мы придумали белое платье из подесуа[110], которое я про себя ласково назвала «мое платье от Джетсонов»[111]. Свадьба – по мере появления специальных свадебных приглашений и «пропусков по всей территории» для приглашенных – стала, как внезапно восходящее из-за горизонта солнце, обретать все более и более реальные очертания. На торжественную церемонию в ленинградском Дворце бракосочетания номер 3 собирались приехать мать, отчим, сестры, несколько лос-анджелесских друзей, Даг Баттлман из Yamaha, Дэвид Уайдерман из Guitar Center. Ну и, конечно же, там будут все рокеры, художники и друзья из России. Ужин я заказала в ресторане «Аустерия» на территории Петропавловской крепости. А накануне свадьбы и в ее честь мы решили провести концерт с