Джерард Уильямс - Серый волк. Бегство Адольфа Гитлера Страница 54

Решение оставалось за Союзниками, однако часы тикали. 25 апреля, за день до упомянутого выше доклада Хёттля Кальтенбруннеру, Красная Армия окружила Берлин, а части 1-го Украинского фронта под командованием маршала Конева встретились на Эльбе с солдатами 1-й армии США генерала Ходжеса. Германия оказалась рассеченной пополам широкой полосой оккупированных войсками Антигитлеровской коалиции территорий, и лишь самый ее север и юг оставались под контролем нацистов.

3 февраля 1945 г. был осуществлен крупнейший дневной авиационный налет на Берлин. В общей сложности 937 американских тяжелых бомбардировщиков Боинг B-17 «Летающая крепость» сбросили на город 2 298 тонн бомб, погубив тысячи жизней и нанеся городу (в том числе правительственному кварталу) огромный ущерб.

Среди прочих правительственных зданий, пострадавших в тот день, было здание Рейхсканцелярии на углу Вильгельмштрассе и Фоссштрассе; здесь серьезно пострадал офис Бормана. Штаб гестапо на улице принца Альбрехта и Рейхсбанк на Хаусфогтайплац были буквально стерты с лица земли после целой серии прямых попаданий авиационных бомб. 4 февраля Борман написал своей жене:[327]

Я только что нашел себе пристанище в кабинете моего секретаря – единственном помещении, где есть временное подобие окон. Вчерашний налет был очень тяжелым. Парк Рейхсканцелярии выглядит чудно́: глубокие кратеры, поваленные деревья, дорожки, засыпанные мусором и обломками. В резиденцию фюрера [в старом здании Рейхсканцелярии] попало несколько бомб. В новую Рейхсканцелярию тоже попало несколько бомб, и теперь там невозможно работать. Здания Партийной канцелярии [кабинеты на верхних этажах центрального корпуса новой Рейхсканцелярии] тоже представляют собой жалкое зрелище. Телефонная связь по-прежнему отсутствует; ни резиденция фюрера, ни Партийная канцелярия не имеют связи с внешним миром.

В довершение всего в так называемом «правительственном квартале» до сих пор нет ни освещения, ни электричества, ни воды! У нас напротив Рейхсканцелярии стоит цистерна с водой – и это наша единственная вода, чтобы готовить и умываться! Но самое страшное – это туалеты. Эти свиньи специального назначения [охрана и телохранители СС] постоянно ими пользуются, и ни один даже не подумал взять ковш воды и смыть за собой. Этим вечером мне, судя по всему, выделят комнату в бункере, где я смогу работать и спать.

С середины февраля Гитлер и его окружение, включая Бормана, были вынуждены перебраться в «фюрербункер» и постоянно жить там.

Президент Рейхсбанка доктор Вальтер Функ решил перевезти основную часть наличных денег и золотых резервов банка в безопасное место подальше от Берлина. Это богатство было отправлено в город Меркерс в Тюрингии, в 320 километрах на юго-запад от столицы. Там золотые слитки и валюта на сумму около 328 млн долларов были помещены глубоко под землей в калийной шахте «Кайзерода»,[328] рядом с большой партией произведений искусства. Это было лишь одно хранилище из 134-х, разбросанных по территории Третьего рейха[329] и находящихся под контролем Мартина Бормана. Согласно «Декрету Нерона» от 19 марта многие из этих хранилищ были начинены бризантной взрывчаткой, чтобы не дать им попасть в руки Союзников. В соляных шахтах близ Альтаусзее были спрятаны самые дорогие произведения из коллекции Гитлера, в том числе Мадонна Брюгге работы Микеланджело, «Поклонение Агнцу» Яна ванн Эйка (Гентский алтарь) и многие другие бесценные сокровища. Среди бесчисленных ящиков находились 8 контейнеров с пометками «Vorsicht – Marmor – nicht stürtzen»[330] («Осторожно – мрамор – не бросать»). Их опустили под землю 10–13 апреля, и лежали в них не скульптуры, а 500-килограммовые авиационные бомбы люфтваффе. На уничтожение также была обречена бо́льшая часть произведений искусства, вывезенных из Франции и Нидерландов и теперь хранившихся в сказочном замке Нойшванштайн в Баварии. Ничто не должно было уцелеть в надвигающейся «гибели богов» Третьего рейха.

Среди подразделений Союзников, которым было приказано лишить нацистов шанса уничтожить их секреты, были и «Краснокожие» 30-го наступательного отряда коммандера Флеминга. Разведданные о том, где следует вести поиски, теперь потоком поступали из резидентуры УСС в Берне благодаря диалогу между Даллесом и Борманом. 4-я группа отряда под предводительством лейтенант-коммандера Патрика Дэлзел-Джоба получила приказ выступить в район между Бременом на реке Везер и Гамбургом на Эльбе. Их задачей было завладеть новейшими технологиями строительства подводных лодок.

Двигаясь в авангарде 21-й группы армий, бойцы 4-й группы 30-го отряда стали первым подразделением Союзников, вошедшим в порт Бремена. Примерно за сутки до подхода основных вооруженных сил и небольшого подразделения Королевской морской пехоты, которому удалось захватить 16 немецких подводных лодок, они приняли капитуляцию от мэра города. Южнее 55-я группа лейтенант-коммандера Джима Глэнвилля 14 апреля вышла к замку Тамбах в районе города Бад-Зульца в Тюрингии, где они обнаружили полный архив кригсмарине за период с 1850 по конец 1944 года, включая все судовые журналы подводных лодок и надводных кораблей. Для военно-морского командования Союзников эти архивы представляли неимоверную ценность, и для разведки оказались одним из наиболее важных трофеев за всю войну.[331] В это же время, после успешного обнаружения урановой руды в рамках операции «Алсос», 5-я группа лейтенанта Джеймса Лэмби занималась поисками подземных сборочных цехов ракет «Фау-2» в горах Гарц в районе Нордхаузена, получив от SHAEF распоряжение захватить документацию и специалистов, связанных с программой разработки баллистических ракет. Организация Monuments Men наступала на пятки полевым частям в стремлении спасти от уничтожения разбросанные по Германии крупные тайники с произведениями искусства,[332] включая замок Нойшванштайн в Баварии. И 4 мая 1945 г. он был спасен – вместе с шедеврами искусства из Франции, Нидерландов, Бельгии и Люксембурга.

В течение всего апреля 1945 года Борман, не останавливаясь ни перед чем, приводил в исполнение свои планы, связанные с операцией «Огненная Земля». Это было время «подчищать хвосты», и одним из самых важных таких «хвостов» оказался адмирал Вильгельм Канарис, который теперь содержался в заключении в концлагере Флоссенбюрг. Канарис знал слишком много – как об убежище в Аргентине, которое Борман приготовил для Гитлера, так и об основных перевалочных базах, расположенных на пути фюрера из Европы в Южную Америку. 5 апреля Эрнст Кальтенбруннер представил Гитлеру доказательства, изобличающие Канариса. Фюрер пришел в ярость[333] и подписал адмиралу смертный приговор. 9 апреля Канарис был повешен при унизительных обстоятельствах[334] (см. главу 19).