Рябушинские - Сергей Юрьевич Нечаев Страница 5

Глава II

Второе поколение Рябушинских

Павел Михайлович Рябушинский

(1820–1899)

После смерти основателя династии Михаила Яковлевича Рябушинского в 1858 году и смерти его братьев фамильное дело, начинавшееся как текстильное и быстро ставшее многоотраслевым, перешло к Павлу Михайловичу Рябушинскому.

Павел Михайлович, родившийся в Москве в 1820 году, был человеком предприимчивым. Он рос «в вечно шумном и забитом деловыми людьми Китай-городе, был весьма подвижным и общительным ребенком»[31]. Более того, есть мнение, что он «во многом походил на отца, превосходя его умом и талантом»[32].

В детстве он увлекался музыкой, играл на скрипке, а позже имел знакомства в музыкальном и литературном мире.

Образование Павел получил домашнее и с 15 лет уже служил в лавке отца. После того как «полным крахом закончилась его музыкальная карьера <…> он был вынужден заниматься довольно скучным делом – составлять к Пасхе ежегодную опись имущества. Но живой ум Павла требовал чего-то большего»[33].

Он «самостоятельно изучил мануфактурное дело и мог замещать отца при устройстве фабрик в Калужской губернии», что же касается увлечения музыкой, то оно не прошло бесследно, и Павел Михайлович «очень полюбил театр и часто принимал у себя актеров Малого театра»[34].

Кстати, брат Василий был полной противоположностью Павла. Он, как уже говорилось, не отличался предпринимательскими качествами, но вот в чем братья были схожи, так это в необыкновенной работоспособности и упорстве: «эти качества были воспитаны суровым режимом, который установил для них отец»[35].

До 25 лет Павел Михайлович считался сыном купца и не платил самостоятельно взнос за принадлежность к купеческой гильдии. Однако правительственные меры против торговых операций старообрядцев, направленные на принуждение их к переходу в единоверие, заставили его задуматься о получении самостоятельных гильдейских прав. В 1854 году одна из рогожских часовен была превращена в единоверческий храм. В то же самое время было объявлено, что с 1 января 1855 года старообрядцы лишаются права на вступление в гильдию. Это решение правительства вызвало большой переполох среди старообрядцев из торгово-промышленной среды и способствовало очищению старообрядчества от менее стойких его представителей. Примерно треть обращений в единоверие произошла 30 и 31 декабря 1854 года, то есть в последние дни, когда можно было объявить о своих купеческих капиталах для расчета гильдейского сбора. При этом надо понимать, что лишение права на внесение купеческого взноса означало неминуемую рекрутчину (воинскую повинность), а это в те времена был 25-летний срок службы.

Несмотря на то что Рябушинские были полностью поглощены своими делами, они не позволили всему этому повлиять на свои религиозные убеждения.

Некоторые купцы, не выдержав давления, подали заявление о выходе из «раскола» (Гучковы, Носовы, Рогожины). Но Рябушинские не поддались нажиму правительства. Помог случай.

ВАСИЛИЙ ПЕТРОВИЧ БОРИСОВ,

историк науки и техники, доктор технических наук

Павел и его брат Василий больше не числились купеческими детьми и были заново записаны в московское мещанство. Однако вскоре до них дошли слухи о вольном городе Ейске, расположенном за 1400 верст от Москвы. Основанный в 1848 году, этот город был создан для торговли кубанским зерном и имел ряд льгот для привлечения людей и инвестиций. Благодаря этому старообрядцы какое-то время еще могли записываться в ейское купечество.

Получив необходимые документы в мещанском управлении, Павел Михайлович поспешил в долгий путь, чтобы получить гильдейское свидетельство. Путешествие оказалось нелегким, и на подходе к Ейску он сломал себе руку, но, несмотря на это, вернулся в Москву не только как ейский купец 3-й гильдии, но и с гильдейскими свидетельствами для своего брата Василия и для мужа своей сестры Пелагеи Евсея Алексеевича Капусткина.

Вскоре после смерти их отца Московская казенная палата вновь причислила обоих братьев к московскому купечеству, и они записались во 2-ю гильдию. А с 1860 года и до конца жизни они платили взносы за 1-ю гильдию.

Пробыв в 1-й гильдии много лет, братья Рябушинские сделали в 1879 году попытку получить для себя и своих детей потомственное почетное гражданство. Но Сенат отказал им, так как «на основании секретного высочайшего повеления от 10 июня 1853 года раскольникам, к какой бы секте они ни принадлежали, отличия и почетные титулы давались только в виде исключения»[36].

Хлопоты Рябушинских увенчались успехом лишь 11 июля 1884 года, когда им наконец-то выдали грамоту императора Александра III о возведении их с семействами в потомственное почетное гражданство.

* * *

И тут надо сказать, что уже в 1840-х годах Рябушинские были миллионерами, а в 1850-х годах им стало тесно в Гостином дворе. После смерти отца Павел и Василий, решившие в 1862 году создать Торговый дом, выбрали более подходящее помещение рядом с торговыми рядами в Чижовском подворье. Василий Михайлович сначала сдал свои лавки в аренду купцу Осину, который торговал галантерейными товарами, а затем, в 1871 году, продал их В. И. Меньшову за 18 000 рублей.

Официальное учреждение «Торгового дома Павла и Василия Рябушинских» произошло в 1867 году, когда Московская городская дума рассмотрела и одобрила их прошение.

В дальнейшем, несмотря на огромные обороты, руководство Торгового дома помещалось в небольшой комнате конторы в Чижевском подворье. Василий по большей части работал там, а Павел частенько отлучался – то на фабрики, а то и за границу.

Но принимал весь товар и назначал на него цены лично Павел.

Что же касается поездок за границу, то Павел Михайлович несколько раз посещал Англию, чтобы ознакомиться с зарубежными технологиями производства тканей. Обладая хорошим деловым чутьем, в 1869 году он предложил своим братьям продать имеющиеся у них активы и на вырученные средства приобрести у московского купца Шилова бумагопрядильную фабрику в Тверской губернии. Эта фабрика вскоре начала приносить значительные доходы.

В итоге призванием Павла Михайловича стало фабричное дело, а принадлежащие ему вышневолоцкие фабрики к концу XIX века были важной составляющей хлопчатобумажной промышленности Российской империи. И совершенно не случайно его сын В. П. Рябушинский позднее заметил: «Свое фабричное дело мы любили и ценили. Родовые фабрики были для нас то же самое, что родовые замки для средневековых рыцарей»[37]. И к этому он добавил: «Но сильно в нас сказывалось и мужичья кровь – тянуло нас к земле. Конечно, покупали землю, леса: сначала для фабричных надобностей, а потом отчасти и по какому-то влечению. И не мы одни были такие»[38].

В 1870 году Павел Михайлович получил золотую медаль с Аннинской лентой