Славные парни по-русски. Нерассказанная история. Книга 1 - Сергей Юрьевич Буторин Страница 49

Игорь Чернаков (Двоечник)

То, что люди нашего круга, я имею в виду братву и криминал вообще, имеют при себе оружие, было делом обычным, но удивительным было то, что Двоечник и его люди пришли с оружием сюда, в наш ночной клуб, сумев пронести его мимо охранников. Вопрос: зачем? Уж не удумали ли они чего против нас и Иваныча? Не собираются ли поквитаться за Узбека?

У нас в баре, на всякий пожарный, хранилось несколько «плёток». Вооружившись, мы, первым делом, эвакуировали Сергея Ивановича – вывели его из «Арлекино» по служебной лестнице и отправили в безопасное место в сопровождении наших людей.

Затем отправились на поиски Двоечника и компании, намереваясь поинтересоваться, зачем они пришли в клуб (можно сказать, к нам в гости) вооружённые, но, прочесав всё заведение, не нашли их.

Возможно, поняв, что прокололся, или по иным причинам Двоечник с друзьями предпочёл ретироваться, и это только усугубило наши подозрения в его злонамерениях.

Тут же было принято решение: чтобы не дать Двоечнику шанс устроить покушение на Сергея Ивановича или кого-нибудь из нас, необходимо нанести превентивный удар. Немедленно!

Двоечник жил в г. Видное и, бывая в Москве, обычно оставался ночевать у Миши Берлоги, который снимал квартиру в районе Пролетарки. Адресок Берлоги – мы приглядывали за ним – нам был известен, и этой же ночью я вместе с Шурупом и Ринатом, вооружившись парой автоматов, выставился во дворе его дома, ожидая Двоечника и его нукеров.

Мы проторчали в засаде до утра, но ни Двоечник, ни кто-либо из его компании так и не появился там. Что ж, бывает, но, как бы то ни было, мы намеревались довести дело до конца.

Однако эта история не получила продолжения. На следующий день Двоечник встретился с Культиком, который относился к нему с большой симпатией, и убедил его в своей лояльности, а тот, в свою очередь, смог убедить в этом и Сергея Ивановича. В результате по Двоечнику был дан отбой.

Покушение на Расписного и убийство Отарика

На фоне «ореховского передела», завершившегося убийством Диспетчера, Мони и Узбека, стали портиться отношения с Андреем Исаевым (Расписным), который был весьма дружен с ними и считал поведение Сильвестра неправильным.

К тому же эти люди, как и Федя Бешеный и Дима Шарап, придерживались патриархальных понятий и, являясь приверженцами «воровской идеи», с большим уважением относились к Расписному. Соответственно, через них Расписной и имел влияние в Орехово, которого теперь лишился.

Сухой и вор в законе Роспись (Расписной)

Да и убийство Глобуса, вора в законе, думаю, он не одобрял.

Ещё больше усугубило охлаждение отношений с Расписным устранение по приказу Сильвестра Бороды, слух о котором дошёл и до него.

В лице Бороды Расписной потерял не только давнего товарища и соратника по антикавказ-ской коалиции, но и человека, через которого мог хоть как-то воздействовать на Сергея Ивановича и на «сильвестровских» в целом. Можно добавить сюда и убийство Геры и Сухого, с которыми у Расписного были приятельские отношения (некоторые милиционеры вообще считали Сухого человеком Расписного).

Нет, до открытого конфликта с Расписным дело не дошло. И хотя последнее время, пересекаясь, например, с «витохинскими» или парнями Сани Армяна, люди Расписного вели себя вызывающе, а порой и агрессивно, мы считали это рабочими моментами, и в целом наши отношения оставались нормальными.

Однако всё чаще звучавшие из уст Расписного прилюдные заявления о том, что «Сильвер» – так он называл Сергея Ивановича, видимо, проводя аналогию со знаменитым стивенсоновским персонажем – берегов не видит, валит без разбора и своих и чужих, беспредельщик, мол, и всё такое, не могли не раздражать Сильвестра. К тому же эта «пропаганда» негативно сказывалась на имидже и репутации Сергея Ивановича, и, в конце концов, им было принято решение о ликвидации Расписного.

Где-то в начале марта 1994 года, вернувшись со встречи с Сергеем Ивановичем, Культик сказал, что пора решать вопрос с Расписным. Что это значило, объяснять нам не требовалось.

Гриня очень стремился проявить себя в глазах Иваныча и взялся за организацию убийства, поручив исполнение Лёше Солдату.

Установив за Расписным наблюдение, выяснили адрес его проживания, примерный распорядок дня и то, что обычно его сопровождает один человек, Шайхуллин, – тот самый паренёк, возглавлявший компашку наглецов, наехавшую год назад на наш автосервис в Нагатино. Оказалось, что он являлся по совместительству охранником и водителем Расписного.

Крылатское, Осенний бульвар. Удобное место, хороший отход. Технически ликвидация не представляла трудности, но… Как поётся в одной шуточной песенке: «А почему мы строим город на болоте? А потому что мы не ищем лёгких путей».

Грине хотелось чего-то громкого, незаурядного. Лёша тоже был поклонником технических наворотов. В общем, один решил, а другой поддержал, что стрелять в вора в законе слишком пошло, надо взорвать. Жахнуть! Продемонстрировать наше превосходство.

Мощный заряд тротила, начиненный поражающими элементами, был заложен под радиаторной решёткой автомобиля, припаркованного мордой к тротуару, как раз там, где проходил Расписной, направляясь к автостоянке.

Оставалось только дождаться удобного момента.

В это самое время, когда полным ходом шла подготовка к ликвидации Расписного, в театре МХАТ, что на Тверском бульваре, состоялся Международный конкурс красоты. Мероприятие довольно сомнительное (девушки, танцующие в ночном клубе «Долле», выглядели ничуть не хуже, да и смотреть на них было куда интересней. Впрочем, это моё личное мнение), к тому же победительница конкурса была известна заранее.

Тем не менее событие было ярким, и поглазеть на красоток съехался весь столичный бомонд – от элиты бизнеса, служителей Мельпомены и нуворишей до представителей криминального мира. В числе приглашённых оказались и мы вместе с Сергеем Ивановичем.

Присутствовал там и Отари Квантришвили, Отарик. Основатель Фонда поддержки спортсменов имени Льва Яшина, сам бывший борец, заслуженный тренер.

Иосиф Кобзон и Отари Квантришвили

Была у него и своя силовая структура, бригада, состоявшая в основном из борцов под предводительством Миши Мамиашвили (Мамика). Правда, к середине 90-х годов в криминальных спорах большее значение имела не мышечная масса, а умение пользоваться оружием, и борцы Мамика, скорее, выполняли роль красивой декорации.

Как-то на встрече по поводу дискотеки «Дружба» в Лужниках Мамик посетовал на современные нравы. Братва, мол, теперь стреляет по любому поводу, не считаясь ни с