Русский иностранец Владимир Даль - Евгений Николаевич Никитин Страница 48

Однако затем говорится:

«Но прежде всего должно определить значение свободы нынешнего крепостного состояния. Свобода сия, конечно, должна состоять в сравнении прав и обязанностей помещичьих крестьян с правами и обязанностями крестьян государственных.

Не так, однако же, смотрит на это простой народ, который казенных крестьян не считает свободными и видит свободу или вольность в одном совершенном безначалии и неповиновении: понятие бессмысленное и страшное. Один почерк пера государя императора может обратить крепостных людей в вольных; но никакое предвидение не в состоянии предсказать последствий такого внезапного переворота, и никакие силы не будут достаточны для водворения порядка и безопасности среди всеобщего безначалия. <…>

Из этого следует, что ни без земли, ни даже с землею крестьяне безусловно уволены быть не могут».

Что же делать? Ответ авторы записки дают следующий:

«Не говоря уже о том, что древняя, безусловная власть господина над рабом теперь давно не существует, должно обратить внимание на те постепенные ограничения крепостного права, которые все, в совокупности, бесспорно сделали, что оно в настоящее время не составляет и половины того, чем было лет за 50 пред сим.

Если продолжать действовать с осмотрительностию на тех же основаниях, то с каждым благоразумным распоряжением можно подвигаться шагом вперед и, наконец, придти незаметным образом к цели, не произнося опасного слова: вольность или свобода».

5 февраля 1845 года И. С. Тургенев написал на имя директора департамента общих дел Министерства внутренних дел К. К. фон Поля прошение об увольнении на два месяца в отпуск в Москву в связи с внезапной болезнью матери и для устроения домашних дел. На следующий день К. К. фон Поль попросил В. И. Даля уведомить его, «не имеется ли препятствия к увольнению прикомандированного для занятий в Особенной канцелярии г. министра коллежского секретаря Тургенева в просимый им отпуск на два месяца». Владимир Иванович ответил, что препятствий нет. 8 февраля 1845 года был подписан приказ об отпуске И. С. Тургенева. В Министерство внутренних дел писатель не вернулся. Он был уволен из него «согласно прошению, по болезни», 18 апреля 1845 года.

Новое поколение литераторов

В 1844 году, 16 ноября, в «Литературной газете» был опубликован рассказ «Театральная карета» Д. В. Григоровича, писателя из нового поколения особенно близкого В. И. Далю. Дмитрий Васильевич вспоминал:

«Встретил он меня без всяких особенных изъявлений, но ласково, без покровительственного оттенка. Он был высок ростом, худощав, ходил дома не иначе, как в длинном коричневом суконном халате, пристегнутом у пояса; меня особенно поразила худоба его лица и длинного заостренного носа, делившего на две части впалые щеки, не совсем тщательно выбритые, под выгнутыми щетинистыми бровями светились небольшие, но быстрые проницательные глаза стального отлива».

В. И. Порудоминский в своей биографии В. И. Даля отметил:

«Григорович также оставил слишком поспешное суждение о нраве Даля: “Характер несколько жесткий, педантический, далеко не общительный”, его “боялись… все находившиеся в его зависимости”, Григорович не припомнил отчего-то ласковой и долгой – не одноминутной – заботы Даля о нем, может быть внешне выразившейся “без всяких особенных изъявлений”, не припомнил, как старался “далеко не общительный” Даль ввести молодого писателя в широкий круг литераторов. Григорович дальше – глубже! – внешнего портрета не пошел. А Даль видел в нем наследника»[16]

Ф. М. Достоевский

Ф. М. Достоевский начал свой путь в литературе с опубликования перевода повести Бальзака «Евгения Гранде» (Пантеон. 1844. Кн. 6, 7). Потом в изданном Н. А. Некрасовым «Петербургском сборнике» (СПб., 1846) появился его роман «Бедные люди», а в журнале «Отечественные записки» повесть «Двойник: Приключения господина Голядкина» (1846. № 2). Отметим: в круг чтения юного Ф. М. Достоевского входили произведения и нашего героя. А. М. Достоевский, младший брат будущего автора «Братьев Карамазовых», вспоминал:

«Выше я упомянул о семейных чтениях, происходивших в гостиной. Чтения эти существовали, кажется, постоянно в кругу родителей. С тех пор как я начинаю себя помнить, они уже происходили. Читали попеременно вслух или папенька, или маменька. Я помню, что при чтениях этих всегда находились и старшие братья, еще до поступления их в пансион; впоследствии и они начали читать вслух, когда уставали родители. Читались по преимуществу произведения исторические: “История Государства Российского” Карамзина (у нас был свой экземпляр), из которой чаще читались последние томы – IХ, Х, ХI и ХII, так что из истории Годунова и Самозванцев нечто осталось и у меня в памяти от этих чтений; “Биография” Мих. Вас. Ломоносова Ксенофонта Полевого и многие другие. Из чисто литературно-беллетристических произведений, помню, читали Державина (в особенности оду “Бог”), Жуковского и его переводные статьи в прозе; Карамзина “Письма русского путешественника”, “Бедную Лизу”, “Марфу Посадницу” и проч., Пушкина преимущественно прозу. Впоследствии начали читать и романы: “Юрий Милославский”, “Ледяной дом”, “Стрельцы” и сентиментальный роман “Семейство Холмских”. Читались также сказки и казака Луганского».

В. И. Даль, прочитав первые произведения 24-летнего автора, написал М. П. Погодину в апреле 1846 года:

«У нас появился было Достоевский; Бедные люди и Голядкин, без сомнения, высказывают большое дарование – хоть оно и зеленое еще; да говорят, он сам сделался Голядкиным, видит двойника своего и, словом, сходит с ума».

Еще в 1838 году на страницах № 10 журнала «Сын отечества» впервые выступил в печати Н. А. Некрасов – стихотворением «Мысль». Затем вышел его первый поэтический сборник «Мечты и звуки» (СПб., 1840). В том же, 1840-м, году журнал «Пантеон» в № 5 напечатал прозу Н. А. Некрасова – повесть о чиновнике-дельце «Макар Осипович Случайный». А. А. Григорьев, начинавший свой литературный путь одновременно с будущим автором поэмы «Кому на Руси жить хорошо», увидел в повести «развитие семени, заброшенного Гоголем». В 1840-е годы Н. А. Некрасов начал свою издательскую деятельность. В 1845 году выпустил альманах «Физиология Петербурга», в котором принял участие и В. И. Даль, очерком «Петербургский дворник» (рядом напечатан очерк Д. В. Григоровича «Петербургский шарманщик»). Практически сразу же Н. А. Некрасов начал готовить следующий альманах – «Петербургский сборник» (СПб., 1846). Поэт-издатель ходил к В. И. Далю и просил его дать для альманаха какую-либо вещь, но получил отказ. Владимиру Ивановичу показалось, что молодой человек посмел прийти к нему нетрезвым. Однако отношения не были разорваны. Недоразумение разъяснилось. В 1848 году был напечатан «Иллюстрированный альманах, изданный И. Панаевым и Н. Некрасовым».