Свинцовые семидесятые. Национал-большевизм в Европе - Рикардо Альварес Страница 48

заявляет, что разочаровался в вооруженной борьбе и, в соответствии с «законом о кающихся», хочет искупить свою вину сотрудничеством со следствием. Его раскаяние несет тяжелые последствия: в ближайшую неделю полицией разгромлена вся оставшаяся структура организации, арестованы десятки людей в Риме, Падуе и на Сицилии. «Вооруженные Революционные Ячейки» прекращают свое существование.

8 октября происходит последняя акция под символом NAR: Фабрицио Дзани ведет команду молодых товарищей на ограбление банковского отделения на улице Фораджи. Зайдя в офис финансового учреждения, Дзани требует у кассирши немедленно выдать всю имеющуюся наличность. Но та не воспринимает слова неофашиста всерьез: рассмеявшись, она посылает Дзани ко всем чертям. Оскорбленный миланец достает пистолет и несколько раз стреляет в пуленепробиваемое стекло, за которым скалит зубы насмешливая сотрудница. Затем, не удовлетворенный результатом, Фабрицио запускает в зал две ручные гранаты, осколками которых ранены 5 человек, после чего уходит. В тот же вечер Дзани вместе с Паскалем Белсито, его девушкой Сиреной де Пизой, Карло де Челлисом и бывшим лидером туринской ячейки Паоло Строппиано, убывает во Францию.

* * *

Тем не менее, в Италии все еще остаются некоторые боевики группы, которые не желают сдаваться.

Таким образом, бежавший во Францию еще после ареста Сорди, Джильберто Каваллини, узнает, что в родном Милане бедствует один из его самых лучших друзей Стефано Содерини, оставшийся, после разгрома организации, без денег и связей. Каваллини решает, что негоже оставлять товарища в беде, и в середине октября 82-го возвращается в родной город.

Встретившись, друзья вырабатывают план побега из страны – их манит воля Южной Америки, где можно вновь начать борьбу против буржуазной диктатуры в рядах никарагуанских сандинистов или перуанских сендеристов. Но для отъезда нужны деньги, поэтому 18 ноября неофашистский дуэт нападает на миланский филиал «Банка Неаполя», где разнервничавшийся Содерини ни с того, ни с сего расстреливает охранника Эрминио Карлони. Запаниковав, оба уходят из финансового учреждения, даже не сделав попытки изъять деньги.

В начале 1983 года они приступают к детальной разработке нового плана ограбления. Себе в помощь «Джиджи» берет давнего симпатизанта NAR, редактора журнала «Movimento» Андреа Кальви, который почти на полгода дает приют Содерини и Каваллини в своей квартире. 12 сентября 1983 года в миланском баре «Корсо Дженова» все трое были совершенно случайно арестованы после незначительной драки с двумя пьяными посетителями.

Другой оставшийся на родине боевик NAR, 23-летний лидер неаполитанской вооруженной группы Розарио Ласдика («Сасб»), в январе 1983 года совместно с боевиком NAR последнего поколения Массимо Гвидо, в пригороде Неаполя организует последнюю «акцию мести». Разбив в одном из ювелирных магазинов стекло, двое неофашистов дожидаются прибытия по тревоге патрульной полицейской машины, после чего с разных точек обстреливают ее, тяжело ранив троих карабинеров. Вслед за этим Ласдика идет по стопам Стефано Прокопио – он отправляется воевать в Афганистан.

Гвидо же возвращается в родное Ливорно, где и будет жестоко арестован спустя месяц: в одном из местных баров карабинеры простреливают ему обе ноги.

Последним отблеском огня уходящей в историю национал-революционной войны NAR становится разгром туринской вооруженной ячейки в 1985 году.

После ареста Вальтера Сорди, когда в результате его сотрудничества со следствием, посыпалась вся структура организации, лидер местного вооруженного ядра Андреа Коссо также был задержан. Однако, не будучи замешанным в каких-либо серьезных инцидентах, он получает лишь небольшой срок за незаконное владение оружием. Выйдя на свободу летом 1983 года, он, спустя несколько месяцев, сколачивает новую банду, куда входят его бывшие товарищи по NAR – римлянин Диего Маччио, туринец Энрико Ферреро и миланцы Паоло Росси и Паоло Темпелла. Развивая концепцию «вооруженной спонтанности», группа за год совершает 6 ограблений в различных частях Италии, везде оставляя листовки, подписанные аббревиатурой NAR. Тем самым, желая имитировать многочисленность рядов национал-революционеров и подвигнуть правую молодежь на новые активные действия под символом «Вооруженных Революционных Ячеек».

24 марта 1985 года, возвращаясь из Рима после очередного ограбления ювелирного магазина, группа натыкается на дорожно-пропускной пункт близ железнодорожной станции Алессандрия Овест (несколько километров от Генуи). Карабинеры останавливают машину с неофашистами по ошибке: как раз в этот день близ ядерной станции Трино Верчелезе должен был состояться национальный митинг протеста, организованный красными автономами, в связи с чем на всех подъездных трассах были установлены полицейские посты, получившие приказ досматривать автомобили с молодежью на борту с целью недопущения к акции левых экстремистов.

Коссо остановив машину, достает пистолет и пытается застрелить одного из офицеров. Извлекают оружие и его товарищи. В ответ на это полиция реагирует жестко – трое агентов просто расстреливают автомобиль из автоматов, убивая на месте 23-летнего Диего Маччио и 22-летнего Энрико Ферреро.

Раненые же Коссо и невеста Маччио Рафаэлла Фуриоцци, укрывшись за бортами автомобиля, вступают с карабинерами в бой, в ходе которого Коссо удается ранить еще одного сотрудника правоохранительных органов. Израсходовав все патроны, Рафаэлла сдается, но Андреа попадать в руки правосудия не желает: выйдя из-за машины, он кричит «Давай! Стреляй мне прямо в голову!», после чего, не дождавшись реакции агентов, пытается голыми руками отобрать табельное оружие у одного из них. Скрутить неугомонного неофашиста удается только после того, как он во второй раз был ранен в руку.

Журналисты тут же окрещивают Коссо термином «душевнобольной», знавшие его люди трясут головами – для них Андреа так и остался нескладным молодым человеком, не способным обидеть даже мухи.

Италия к тому времени уже полностью оправилась от страшных «годов свинца» и общественности непонятно, откуда в стране вновь взялись люди, взявшие в руки оружие для отстаивания своих, безусловно нелепых, целей. На процессе, посвященном деятельности туринской вооруженной группы, Андреа полностью объяснил цели и методы той бессмысленной борьбы, которую он начал уже после полного разгрома «Вооруженных Революционных Ячеек»:

«Мы решили отвергнуть общество, которое не принимало нас, которое душило нас каждый день, которое мы презирали всем сердцем. (…) Делая выбор в пользу вооруженной спонтанности, тем не менее, мы отдавали себе отчет в том, что наша политическая программа утопична и вряд ли найдет популярность в массах. Мы надеялись с помощью акций, с помощью вооруженной пропаганды, привлечь правую молодежь и показать ей, что до сих пор существуют люди, мечтающие изменить общество в лучшую сторону. (…) Выбрав насилие в качестве главного инструмента, мы, тем не менее, прекрасно понимали, что насилие порождает лишь насилие и скорбь…»

Глава седьмая

После войны (1985–2001)

Трибунал по делу «Вооруженных Революционных Ячеек», объединивший в себе цепь разрозненный уголовных дел, начался еще в конце 1981 года, когда решением высшей римской прокуратуры