Революционеры или террористы. Воспоминания участниц Фракции Красной Армии - Инге Фитт Страница 48

они сказали, что я должна забыть о том, чтобы мои проблемы решал товарищ, с которым я была в постели. Я была возмущена, но ничего не сказала. Меня очень задел их ответ. Я не хотела, чтобы Хольгер был в моей постели, я хотела поговорить с ним. Я знала, что он имеет какое-то представление обо мне и моей ситуации. Он казался мне единственным, с кем я могла поговорить, подумать о том, что мне теперь делать.

Однако моё отчаяние было вызвано не только ситуацией, в которой я сейчас находилась, розыском и чувством потерянности в этой квартире. Перестрелка во Фрайбурге тоже давила на меня. Я не была готова стрелять в себя, но у меня было с собой оружие. Я не стреляла, но выстрелы падали из-за меня, и в меня стреляли. Все выстрелы были ужасными, невероятно жестокими. Эта сцена снова и снова проносилась в моей голове, и воспоминания о выстрелах парализовали меня ещё больше каждый раз, когда я думала о них. Мне казалось, что товарищ направил свой пистолет на полицейских и разрядил весь магазин, пока тот не опустел. В своём шоке я действительно ничего не видела. Однако я знала, что никогда не смогу забыть эти кадры и пролетающие мимо пули.

Спустя почти четыре недели Ульрика пришла с сообщением: «Мы встречаемся в другой квартире. Ты тоже должна прийти, потому что мы хотим обсудить, что с тобой делать». Я пошла с кем-то, кто оказался в квартире, в ближайший торговый центр и купила платье, пальто, туфли и колготки. Встреча, о которой говорила Ульрика, состоялась 21 октября 1971 года и закончилась перестрелкой и моим арестом.