90 лет вместе со всей страной: воспоминания и размышления (Кантуры, Хитрые, Щерба) - Николай Александрович Каланов Страница 46

«Мамы» и теперь приехал в Ростов проверять финансовое состояние Ростова «папы». Говорил он на блатном жаргоне, что я «Даг» – большой в СССР начальник жуликов. Некоторые девки поверили. Одна ко мне «привязалась». Я несколько раз (через день) с нею встречался в сквере «Революции» возле театра в виде «трактора ЧПЗ». Эта девушка лет 23 жила в одной комнате с 2-мя блондинками. Вход отдельный, одно большое окно, плита и 3 кровати. Большая толстая дверь. После 2–3 встреч меня пригласили в эту комнату. Все трое были дома. Уже темнело, в комнату вошли еще 3 парня. Один постарше меня и два помоложе. Все выпивши. Одна из блондинок была знакомой старшего – армянина по кличке то ли «ПАТ», то ли «КОТ». Как позже я узнал он помощник «Ермака» – главного жулика «папы Ростова». В то время у Ермака были два помощника – Кот и Пат. Вторая блондинка была очень красивая – якобы любовница Ермака. Пришедший залег на кровать худой, «серой» блондинки. Они шептались о чем-то. Двое моложе – телохранители, сидели возле двери, дремали. Все трое мне не нравились, интуитивно. О них я ничего не знал и меня это не интересовало. Уже потемнело, но мы свет не включали. Разговор «Пата» со своей наложницей перешел в шумную ругань и угрозы. Моя знакомая заволновалась: – Он грозит ее порезать.

Я, как идиот – «рыцарь» поднялся, подошел к «Пату» и очень спокойно, не громко, но твердо сказал: – С женщинами так не поступают в присутствии других в ее доме. И шуметь здесь я тебе не позволю и вернулся к своей знакомой. Он ко мне: – Ты кто? Фраер? Жук? распаляясь. Моя знакомая его становила, что-то ему шепнула. Он что-то еще молол. Да ты знаешь сколько у меня людей, не людей, а как-то по блатному. Я не очень отвечал, но сказал: – Ты к нам пришел, тихо занимайся со своей дамой. Разговор остановился. Моя и красивая блондинка что-то ему шепнули и он приостыл и его знакомая потянула его к себе на кровать. Так прошло около часа. На мой вопрос – что ты ему шептала, она ответила – потом. У «Пата» опять конфликт и вопль «серой» блондинки. Я вскочил и рванул Пата. На себя. Он сверху вниз, пытался полным взмахом «чиркнуть» меня финкой. Автоматически, мгновенно я перехватил его руку, рванул плечевой сустав и одновременно нанес удар коленкой между ног. «Пат» рухнул на пол в глубоком обмороке. Мгновенно развернулся, я прыжком всем своим телом с такой силой толкнул в грудь крайнего поднимающегося телохранителя, что он перелетел через еще стоящего другого, грохнулся затылком о дверную коробку и осел в проеме. Не успел этот выкарабкаться из-под первого и перевернутых стульев, я схватил большую кастрюлю с горячим фруктовым киселем с плиты и «одел» ему на голову. Все это произошло за 2–3 секунды. Сам не понимал тогда (и теперь), что я творил в своей ярости. Мне позже несколько раз пересказывали эту сцену моя знакомая, поражаясь моей силой и быстротой. Добавлю, что тому с кастрюлей я отвесил по шее, чтобы не орал. Я всех прочих выбросил за дверь, сдуру запер дверь и окно со стальной кочережкой, уселся у окна. Обе блондинки во время потасовки выскочили в окно. Сидя у окна, я понял, что заперся зря. Нужно было «смываться». А теперь было уходить и стыдно, и опасно. Сидел и соображал, как подороже отдать свою жизнь. Моя знакомая охала и молилась Богу. Я мысленно ругал себя. Дверь толстая и звуков никаких не слышною и окно с другой стороны и ничего не слышно и не видно. Сидел молча. Когда я подошел и тихо спросил, что делать? Она дрожала и заикаясь, шептала: – «Господи спаси и сохрани». Я проклинал свою глупость и сердце мое тоже леденело. Было уже далеко за полночь. Наконец, осторожный стук условный в окно. Я взял кочережку, а она с радостью: – «Света!». Прибежала блондинка – красавица. Удивилась, что я не ушел и сказала: – Ничего, не бойся, меня не расспрашивай. Еще было темно. Светало. Меня немного проводила моя знакомая. Уже успокоившись сказала, что Света была у Ермака и очень кратко, кто такой Ермак, Пат, Кот и что Ермак запретил меня трогать без его ведома. Я успокоился, но не очень. Спать не пришлось. Бродила бредовая мысль – обратиться в милицию и арестовать Ермака, Кота и прочих.

На следующий день у меня было свидание в сквере «Революция». Я только уселся на скамейке, как ко мне подошли двое ребят лет 25–30. Вежливо поздоровались – мы от Ермака. Он приглашает вас на встречу в ресторан зеленого острова. Когда вы сможете? Я посмотрел на них: лица нормальные, внимательные, вспомнил как меня учили в СОВвГ вести себя в таких ситуациях. На вопрос отвечать вопросом: – И что еще хотел Ермак? – Если вам нужна машина, надежные люди, деньги, он готов предоставить… У меня блеснула мысль позволить Ермака и их и оттянуть срок. И я ответил примерно так: – «Мне тоже ничего не нужно. У меня надежные и умные парни как Вы есть. Думаю, что Ермак Вас ценит. Ценю Ермака за неторопливость и предлагаемые услуги. Был уверен о сегодняшней встрече и пришел раньше и за мной и вами в оба смотрят. Передайте Ермаку, что мы изучаем очень нужное и для нас и для него дело. Через пару дней я сообщу Ермаку через свои каналы о встрече. Больше Вам ничего не скажу, да и не положено». Мы разошлись. Я был удовлетворен этой встречей на несколько часов. Ведь за эти дни могут узнать, что я не тот, за кого они принимают и что тогда? Никому из студентов о всех событиях не стал говорить. Свой риск переживал все сильнее. На следующий день после обеда поехал в Берберовку к двоюродному брату скажи, что срочно в Москву. Я уди- Щерба Александру. Он на 8 лет старше меня. Рассказал ему все и о намерении связаться с милицией. Он категорически отверг связь с милицией. Она прекрасно знает Ермака и может попасть на «крышу». Риск увеличивается. Тебе нужно немедленно уехать. Завтра же к вечеру, чтобы был готов к отъезду. Я заеду за тобой и отвезу в станицу. Если кого из студентов будут спрашивать, пусть говорят, что такого не знают. Это же на квартире. К 8–00 вечера будь готов. До полуночи я дописал свой отчет и утром пошел к