Женские лица советской разведки. 1917—1941 гг. - Михаил Михайлович Сухоруков Страница 46

Имени высокопоставленной чекистки нет в Книге Памяти жертв политических репрессий, хотя она умерла при отбытии 15‐летнего срока в лагере для заключённых. В конце июня 1957 года определением Военной коллегии Верховного суда она была посмертно реабилитирована.

Не оставила Александра Азарьевна в памяти потомков никаких ярких следов своей многолетней деятельности на высоких постах в органах государственной безопасности СССР. Удивительно, но даже о её отце – простом сельском священнике Азарии Андреевиче сведений найти можно больше, например, на сайте «Вятка: наследие», а про его дочь, достигшую высокого звания майора госбезопасности (по другим сведениям – старшего майора госбезопасности), нет ни слова. Попробуем, насколько это возможно, восстановить утраченные и искажённые временем и людьми страницы её биографии, чтобы понять причины такого забвения как в советское время, так и в наши дни.

Детские годы в семейном кругу

Начальная страница книги жизни Александры Азарьевны Андреевой-Горбуновой (в девичестве – Ашихминой) открывается с момента её рождения в 1888 году в семье православного священника в Сарапульском уезде Вятской губернии. Девочку назвали древнегреческим именем Александра, что в переводе означает «отражать, защищать». И такое значение отнюдь не случайность, поскольку оно является женским значением мужского имени Александр. Точная дата рождения неизвестна, однако зная, что имя новорожденной выбиралось с учетом ближайших по датам именин, то можно предположить, что на свет будущая чекистка появилась весной или осенью 1888 года. Отметим, что в ряде публикаций указывается 1887 год рождения. Впрочем, ни тот, ни другой год не подтверждён документально. Остаётся неизвестной и приходская церковь, где она проходила обряд крещения. Можно лишь предположить, что это был храм, где служил её отец.

А дальше в ходе нашего исторического расследования появляются другие биографические разночтения и загадки. Например, обнаруживаются расхождения даже в указании места рождения девочки. В одних случаях указывается, что родилась она в деревне Кельчино Сарапульского уезда Вятской губернии, а в других публикациях упоминается в качестве места рождения Александры уездный город Сарапул. На наш взгляд, есть большая разница между деревенским детством в глубоко религиозной семье и проживанием девочки в среде провинциального духовенства в достаточно крупном уездном городе. Кстати, в материалах статистики Вятской губернии за 1884–1893 годы Кельчино упоминается не как деревня, а уже имеет название село. По практике того времени это означало, что в данном населенном пункте имелась действующая православная церковь, к которой проводились богослужения, а также обряды крещения и венчания. Первоначально там располагалась православная часовня. Затем была в 1867 году построена на средства прихожан деревянная Николаевская церковь. В состав прихода входили 10 окрестных деревень.

Село было небольшим и насчитывало всего 134 двора. Проживали в нём бывшие государственные крестьяне и сельские обыватели из русских обоего пола общим числом 681 человек[198].

Располагалось село на берегу реки Кельчинка в 100 верстах от уездного города Сарапул и в 4 верстах от Липовского волостного правления. В самом селении были две общественные водяные мукомольные мельницы. Само село располагалось на торговом пути вблизи Сибирского тракта, ведущем на Воткинский завод.

О семье священнослужителя Ашихмина известно немного. Глава семейства Азарий Андреевич родился 30 января 1855 года в семье дьячка села Лем. Окончил Вятское духовное училище, а затем в 1876 году завершил обучение в Вятском земском училище для приготовления учителей.

В сан диакона рукоположен в год рождения дочери Александры, а через 20 лет церковного служения был рукоположен в сан священника в селе Зюздино-Георгиевское. Судьба сельской церкви Святого Великомученика Георгия сложилась непросто. Первая деревянная церковь со временем обветшала настолько, что в ней Вятская духовная консистория запретила проводить службы. Спустя время была построена новая деревянная церковь, но в конце сентября 1882 года она сгорела. Новую и тоже деревянную церковь строили всем миром на средства прихожан. Именно в этой церкви в 1908 году был рукоположен в сан священника отец героини нашего очерка – Ашихмин Азарий Андреевич. Умер он в 1916 году в возрасте 61 года.

Приход был небольшой. При церкви не было ни усадебной, ни пахотной земли. Служили в церкви Святого Георгия священник, дьячок и пономарь, а после 1877 года в их штат дополнительно вошли псаломщик и настоятель. Дома священника и пономаря были казёнными. Построены из дерева на церковной земле. Дьячок проживал на съёмной за свой счёт жилплощади[199].

О матери поповны Шурочки известно лишь имя – Августа Васильевна. По обычаям тех лет попадья занималась семьёй и посильно помогала батюшке в его церковном служении. А семья была традиционно большая. В ней росли и взрослели шестеро детей: София, Александра, Валентин, Екатерина, Николай и Михаил. Таким образом, у героини нашего очерка была старшая и младшая сёстры, а также три младших брата[200].

Священником был и старший брат отца – Алексей Андреевич Ашихмин, который до своей смерти в 1918 году служил в Богоявленской церкви села Лем Глазовского уезда Вятской губернии.

Судя по всему, атмосфера в семье священнослужителя Георгиевской церкви А.А. Ашихмина была довольно демократичной. Глава семейства и сам стремился овладеть новыми знаниями и умениями. Помимо Вятского духовного училища он оказался в числе первых выпускников Вятского губернского училища «Для распространения сельскохозяйственных и технических знаний и подготовления учителей»[201]. Набор учащихся проводился с начала ноября 1872 года, и 17‐летний Азарий Ашихмин успешно выдержал все вступительные испытания. Новое учебное заведение набирало популярность и даже получило неофициальное название – Вятская земская учительская семинария. В 1874/75 учебном году в училище было 95 учащихся, из них 46 губернских и 23 уездных стипендиата. Учащимися были дети крестьян, духовенства, мещан, купцов, низших чинов в возрасте от 15 до 26 лет. Программа обучения была рассчитана на 4 года и была шире курса реального училища. Перечень учебных предметов практически соответствовал курсу гимназии. Однако в училище не преподавались иностранные языки.

Учебные занятия проводились в основном в зимнее время, а сельхозпрактика преимущественно летом на ферме, опытном поле и других земельных участках.