Е Байков - Тайны подводного шпионажа Страница 45

Выбор на «Грейбэк» выпал также и потому, что ее экипаж уже отличился при добывании образцов советского морского оружия… Имеются некоторые данные, что именно эта лодка могла быть причастна к похищению в 1967 году двух новейших морских мин из района южнее острова Русский в заливе Петра Великого. Эти мины проходили испытания и специально были выставлены для показа в период инспектирования Тихоокеанского флота Главной инспекцией Министерства обороны. История невероятная, чтобы быть похожей на правду. Но мы часто были свидетелями, когда по прошествии ряда лет невероятное превращалось в очевидное…

Получив приказ, подводная лодка «Грейбэк» под командованием кэптена Фила Бикона успешно выполнила поставленную задачу и с помощью своей аппаратуры обнаружила место катастрофы советского самолета, но не в том районе, где это ранее предполагалось, а к юго-востоку от острова Сахалин, и к тому же в советских территориальных водах. Это значительно осложняло задачу, но, тем не менее, необходимо было обследовать обломки бомбардировщика на предмет нахождения на его борту ядерного оружия. Боевые пловцы с американской подводной лодки, используя подводные буксировщики и спецаппаратуру, тщательно осмотрели место падения и обломки самолета. Итогом их поиска стало обнаружение на морском дне, на глубине около 40 метров, двух советских ядерных авиабомб.

Как говорится, слов из песни не выкинешь: «Кто-то теряет, а кто-то находит…». Американцы нашли бомбы, имея в своем распоряжении специальные силы и средства. Не зря доктор Крэйвен еще в середине 60-х годов был озабочен созданием специальной техники для распространения действий американских ВМС на дно океанов и морей!

Сенсационные результаты похода «Грейбэк» были доложены руководству военно-морской разведки, РУМО, а также сообщены в Совет национальной безопасности, ЦРУ и госдепартамент. На самом высоком уровне было принято решение о необходимости доставить обнаруженные советские ядерные бомбы в США для последующего изучения. Для его реализации в РУМО был разработан план операции под условным наименованием «Голубое солнце» («Блю сан»). При этом в нем главная роль отводилась снова подводной лодке «Грейбэк».

Для участия в операции были отобраны 10 лучших боевых пловцов под командованием капитана Майкла Гранта. В их распоряжение были предоставлены более мощные, специально сконструированные подводные буксировщики с гидравлическими подъемными устройствами. Кроме того, учитывая результаты замеров радиоактивности в первом походе, водолазы поверх резиновых костюмов надевали свинцовые «майки» и «трусы».

Авиабомбы были достаточно быстро обнаружены подводными пловцами, так как в первом походе их местонахождение было достаточно точно зафиксировано относительно основных обломков самолета. Далее их доставили на борт подводной лодки, и затем в ее ракетных ангарах они были перевезены в США.

Таким образом, «кража без взлома» была осуществлена успешно. За ее проведение из 73 членов экипажа подводной лодки «Грейбэк» 67 были награждены орденами и медалями. Случай сам по себе уникальный в американской военной истории. Правда, трое боевых пловцов во главе с их командиром М. Грантом потом в течение полугода лечились от лучевой болезни, которую они заработали за свою самоотверженность. Но что стоят три человеческие жизни по сравнению с «интересами национальной безопасности» Великой Америки!

Эта история имеет много схожего со спецоперацией у Паломареса. Только если о действиях у берегов Испании знал весь мир, то операция «Голубое солнце» в советских территориальных водах была проведена тайно! И одна подводная лодка, теперь уж точно, заменила все оперативное соединение адмирала Гэста. «Грейбэк» и нашла, и подняла, и перевезла в США советские ядерные бомбы!

В настоящее время подводные лодки, которые привлекаются для подъема затонувших образцов вооружения и техники, оснащены неизмеримо лучше для своих «воровских» целей. Они имеют для поиска дистанционно управляемые по волоконно-оптическим кабелям и с помощью других современных технологий автономные аппараты с разнообразной гидроакустикой и видеотехникой. Данные аппараты могут действовать на протяжении многих часов и на удалении в несколько десятков миль. В недалекой перспективе ожидается поступление на вооружение аппаратов с автономностью до сотни часов, способных выполнять поставленные задачи на удалении до сотен миль от лодки. Да и для подъема обнаруженных фрагментов используется более эффективная техника: роботизированные устройства, мини- и сверхмалые подводные лодки, необитаемые и обитаемые самоходные аппараты «сухого» типа[38] и др.

Одним словом, американская сторона теперь владеет уникальными опытом и возможностями подъема с любых глубин, со дна океанов и морей практически любой техники и вооружения, в том числе (а может быть, и в первую очередь) и не принадлежащих ей. И не учитывать этот факт при организации различного рода испытаний и стрельб сегодня никак нельзя.

Глава 3

Разведывательные операции по прослушиванию подводных кабельных линий связи

Впервые идея о возможности прослушивания советских подводных кабельных линий связи зародилась в конце 1970 года у уже упоминавшегося Джеймса Брэдли, начальника отдела подводных операций разведывательного управления ВМС США. Возможно, эта мысль у него возникла при знакомстве с опытом германских подводных лодок периода Второй мировой войны по прослушиванию трансатлантических кабелей или, быть может, при тщательном изучении навигационных карт прилегающих к советскому побережью морей, где указывались запретные для траления рыбы районы, а может, из-за других причин. Но как бы там ни было, именно Брэдли предложил использовать для этих целей атомную подводную лодку «Хэлибат», которая блестяще справилось перед этим с обнаружением затонувшей советской подводной лодки К-129. В качестве района, где первоначально могла быть успешно решена эта задача, им было избрано Охотское море. Здесь, по его расчетам, должен был пролегать телефонный кабель, связывающий базу ракетных подводных лодок в районе Петропавловска-Камчатского с материком, со штабом Тихоокеанского флота во Владивостоке и Москвой. По нему, как он полагал, должна была передаваться информация о планах применения подводных лодок, ракетных стрельбах и задачах боевой подготовки, сведения о ядерных арсеналах, системе обеспечения и обслуживания ракетоносцев и т. д. Все эти данные представляли исключительную ценность для военно-морской разведки США. Притягательным для американской стороны был также тот факт, что по подводным кабельным линиям связи, как предполагалось, передается главным образом незасекреченная либо относительно невысокой криптографической стойкости информация.