Славные парни по-русски. Нерассказанная история. Книга 1 - Сергей Юрьевич Буторин Страница 44

Как только мы подъехали и расположились согласно плану, мимо нас в сопровождении трёх человек прошёл Бобон, явно высматривая «курганских». «Бауманских» мы насчитали около двух десятков человек, но, скорее всего, видели не всех, и их было больше. Гарик Махачкала и Бобон стояли на противоположной стороне улицы, на небольшой площади перед домом, выходящим фасадом на Земляной вал, метрах в 25 от нас.

Культик с Гриней подошли к ним, поздоровались за руку. Пару минут поговорили. Мирно, спокойно, а потом зачем-то сели в машину Бобона «Форд Бронко». Машина неспешно тронулась и исчезла во дворе дома. За ней последовали ещё пара машин «бауманских», стоявших рядом.

Мы кинулись было за ними, да куда там. Нас отделял от этой площади, где ещё минуту назад стояли машины «бауманских», небольшой ажурный заборчик из бетона, высотой около полуметра, который мы были не в состоянии преодолеть на наших автомобилях. Какая изящная комбинация!

Пытаясь перехватить «бауманских», часть машин я отправил по улице Казакова, а часть через Земляной вал по Старой Басманной, но тех уже и след простыл, они словно растворились во дворах и переулках. Телефоны Культика и Грини были отключены.

Вот так лоханулись! Минут двадцать мы безрезультатно бороздили район. Надежды отыскать друзей становится всё меньше. В голове крутится мысль: «Что я скажу Серёгиной маме?»

Вдруг звонок. Культик! Сказал, где они находятся, я подъехал и забрал их с Гриней, живых и невредимых.

Как потом поведал Культик, когда они с Гриней подошли к «бауманским» и поздоровались, Бобон предложил, чтобы не мёрзнуть и не привлекать лишнего внимания, поговорить у него в машине. Серёга и Гриня согласились. Отличительная черта «Форд Бронко» в том, что у него имеются только передние двери (как у «Нивы»), и расположившиеся на заднем сидении Культик и Гриня оказались заблокированными там. К тому же в багажном отделении внедорожника укрылись ещё двое вооружённых «бауманских», невидимых снаружи из-за сильно тонированных стёкол.

Парни попали в капкан. Их разоружили, забрали телефоны. Попетляв по переулкам, остановились в каком-то глухом дворе. Гарик повернулся к Культику и сказал:

– Видишь, мы могли бы сейчас просто убить вас, но не хотим этого делать, потому что мы враждуем не с вами, а с «курганскими», и будем их уничтожать.

После этого вернули Культику и Грине оружие, телефоны и отпустили.

Наверное, стоило бы прислушаться к Гарику, задуматься… Но этот инцидент только разозлил нас, а Культик к тому же почувствовал себя оскорблённым, и мы пёрли дальше без оглядки.

* * *

Сразу после встречи Нового года я на несколько дней полетел в Израиль. Антон Малевский в это время тоже находился там. Я позвонил ему и предложил вместе пообедать, но он отказался, сославшись на занятость.

Однако буквально через пару минут перезвонил и сказал:

– Тут один человек хочет переговорить с тобой, – и передал трубку.

– Привет! – услышал я незнакомый голос. – Это Коша. Как поживаешь?

Я обалдел. Уж кого-кого, а Кошу точно не ожидал услышать.

– Привет, – отвечаю, – нормально, вашими молитвами.

– Мы у Антона дома, не хочешь ли подъехать поговорить?

– Нет, спасибо, – говорю, – как-нибудь в другой раз.

Вот так оборот! Я растерялся, не понимая происходящего. Мы же с «измайловскими», с Антоном вроде как на одной стороне баррикады, а Коша – на другой. И он вдруг в гостях у Антона?

Связался с Сергеем Ивановичем и рассказал о Коше, Антоне и нашем разговоре. Спросил, не стоит ли и правда встретиться с Кошей, но Сильвестр сказал, что пока не надо.

«Бессмертный» Коша (Хамид Кошев) и вор в законе Шишкин

Когда я поведал об этом казусе Культику, тот сильно негодовал: «Что это ещё за шашни у нас за спиной!». А перезвонив мне через несколько часов, уже ночью, сказал:

– Срочно возвращайся, есть дело!

Убийство Бобона

На следующий день я вылетел в Москву. Мы встретились на квартире у Культика. Туда же подъехали Андрей Колегов, Олег Нелюбин и Виталий Игнатов. Оказывается, появились данные о том, что Бобон бывает в тире на Волоколамском шоссе, недалеко от станции метро «Тушинская».

Информация эта поступила от Андрея Чибирёва (Старшого), одного из лидеров «коптевской» группировки, который случайно упомянул об этом в разговоре в кругу общих знакомых.

Женя Поликарпов

Операцию по ликвидации Бобона было решено провести совместно группой из числа «сильвестровских» и «курганских». Со стороны «курганских» в неё вошли Александр Солоник, Лёха Монин, Женя Поликарпов; от «сильвестровских» – я.

Выехали на место. Нашли этот тир. Место для работы неудобное. Само здание тира находилось на территории, огороженной высоким бетонным забором. Въезд с Волоколамки на территорию тира перекрывают глухие металлические ворота, и без специального пропуска туда не попасть. (Да если и попадёшь, то как потом уходить?) Стоять, не привлекая внимания, или где-то укрыться на подъезде к тиру тоже невозможно. По соседству с тиром находился небольшой стадион. Незаметно попасть туда можно было без труда, воспользовавшись техническим проездом (для вывоза мусора и пр.), выходящим на небольшую дорожку, идущую в сторону станции метро «Тушинская».

Стадион от территории тира был отделён бетонным забором. Пробив в нём несколько дырок размером с кулак, через которые можно было наблюдать за площадкой перед входом в тир, и, соответственно, вести прицельный огонь, мы получили отличную позицию, закрытую со стороны Волоколамского шоссе глухой стеной, тянувшейся вдоль стадиона, а со спины – огромным сугробом.

На противоположной от нас стороне занесённого снегом футбольного поля находилось какое-то строение, возможно, административный корпус. Чтобы не попадаться на глаза работникам стадиона и редким посетителям, нам приходилось занимать позицию рано утром, пока ещё не рассвело, и покидать её только вечером, когда тир уже закрывался и на улице смеркалось.

Чтобы не мёрзнуть, сидя целый день в снегу почти без движения, мы использовали тёплые горнолыжные комбинезоны и сапоги-дутики. Брали с собой термосы с чаем и кофе и несколько шоколадок для перекуса.

В качестве оружия использовали два автомата Калашникова и пистолет «Таурус» калибра 9 мм (бразильская копия итальянской «Беретты 92»).

Роли были распределены следующим образом. Солоник работал первым номером и был вооружён АК с оптическим прицелом. Его целью являлся Бобон.