Исторические миниатюры. Как отвага, скука и любовь сформировали мир - Даниэль Лопес Валье Страница 43

сам Сталин, его «последние теплые чувства к людям», но оставила ему сына, который в глазах Сталина был невероятно медлительным олухом. Якова поймают немцы и предложат русским обменять его на других пленных, однако Сталин откажется от предложения. В 1943 году Яков погибнет в одном из нацистских концентрационных лагерей и навсегда исчезнет с семейной картины, но это могло случиться и пятнадцатью годами раньше, когда он обручился с дочерью священника и, не получив одобрения со стороны своего отца, попытался застрелиться: поскольку покончить с собой ему не удалось, Сталин назвал Якова шантажистом и смеялся над ним из-за того, что он «даже не умел хорошо стрелять». К своему другому сыну, Василию, Сталин тоже не проявлял особой нежности: ленивый, упрямый и плохой ученик, средний ребенок Сталиных закончит свои дни, спившись до смерти, чуть-чуть не дожив до своего 41-го дня рождения. Впрочем, в 1932 году они все еще были живы, включая их мать, вторую жену Сталина, Надю Аллилуеву, страдающую мигренями и биполярным расстройством. И все же именно в том году семейная картина начала потихоньку пустеть. В ноябре пара отправилась на ужин и поссорилась у всех на глазах, по всей видимости, из-за того, что Надя отказалась выпивать за уничтожение сопротивлявшихся коллективизации крестьян. После этой ссоры, которая была одной из многих, она закрылась в своей комнате. Больше им было не суждено свидеться: на следующий день обнаружили ее труп с огнестрельным ранением в груди. Сталин сошел с ума. В течение нескольких недель он метался, испытывая боль от утраты и ярость от мысли о том, что таким образом Надя его наказала. Он подал в отставку и даже грозился покончить жизнь самоубийством. Тем не менее правда заключалась в том, что Сталин не только не собирался все бросить, но и именно с этого момента ускорил процессы, которые помогут ему захватить весь Советский Союз. О самоубийстве жены он сказал своей дочери то же самое, что и всей стране: ее мать умерла от аппендицита. Светлана узнает правду лишь десять лет спустя, листая страницы журнала Illustrated London News, который она взяла, чтобы попрактиковать английский.

* * *

Того самого Сталина? Ее детство и так всегда было привилегированным, но после смерти матери Светлана, словно принцесса викторианского Кремля, стала расти среди прислуги, нянек и частных преподавателей. Сталин был слишком занят зачисткой СССР от воображаемых и реальных врагов и не мог заботиться о дочери. И тем не менее, если он когда-то и проявил к кому-то привязанность, так это к дочери, которую звал «воробышком» и которую одаривал долгими поцелуями с запахом табачной трубки.

Когда Светлане исполнилось шестнадцать лет, эти нежные отношения испортились навсегда. С одной стороны, потому что именно тогда она узнала о самоубийстве матери. С другой, потому что в этом возрасте стала обретать независимость от отца и лидера СССР, и всемогущему Вождю это ох как не нравилось. Более того, будучи тем, кем она была, Светлана влюбилась в неправильного мужчину, в льстивого, ушлого кинорежиссера-еврея, который был старше ее на двадцать лет и, что еще хуже, вздумал хвастаться своими любовными похождениями в статье в «Правде», посвященной анонимной девушке, живущей в Кремле. Сталин, разумеется, стал прослушивать телефоны, перехватывать переписку и когда роман подтвердился, отправил кинорежиссера в исправительно-трудовой лагерь за полярным кругом. Следующему молодому человеку Светланы, тоже еврею, однокурснику из университета, Сталин разрешил жениться на своей дочери, хотя бы потому, что мог с ним не знакомиться под предлогом того, что был занят вторжением нацистов. Разумеется, когда через три года брака Светлана устала и захотела развестись, процесс прошел очень быстро: в один прекрасный день брат Светланы, Василий, забрал у ее мужа паспорт и вернул его без печати о браке. Сделано. Через некоторое время Светлана вновь выйдет замуж, на этот раз за сына большой шишки; тем не менее, к сожалению Сталина, и эти отношения продлились недолго. Впрочем, в 1953 году желания ее отца вдруг перестали быть проблемой, поскольку случилось то, к чему ни она, ни кто-либо другой в СССР, казалось, не был готов: Сталин умер. Несмотря на то, что новый советский лидер Никита Хрущев, бывший «мясник» ее отца, начал свое правление с осуждения преступлений сталинизма, он сжалился над Светланой и назначил ей пенсию. Мать двоих детей, посвятившая себя переводческой работе, бывшая принцесса Кремля сменила фамилию на материнскую и стала Аллилуевой. Она провела в тени последующие десять лет, пока, после еще одного неудачного брака, не познакомилась с очень обходительным и очень больным индийским коммунистом, скончавшимся в 1966 году. Светлане разрешили поехать в Индию, чтобы доставить его прах семье, но во время поездки она решила сделать кое-что еще: прожив с его родственниками несколько месяцев, за два дня до ее вынужденного возвращения в СССР она явилась в американское посольство в Нью-Дели и заявила, что была дочерью Сталина и хотела бежать. «Какого Сталина? – спросили ее с вполне логичным удивлением. – Того самого Сталина?»

* * *

Новая мать. Светлану Аллилуеву незамедлительно отправили в Рим, оттуда в Швейцарию, а затем уже в Нью-Йорк. Позади она оставила всю свою жизнь, включая детей, и все ради того, чтобы обрести в Северной Америке свободу говорить о том, о чем ей хотелось, а также занять свою нишу в обществе развлечений. Результатом стала автобиография, которая сделала миллионершей дочь правителя страны, упразднившей деньги. Кроме того, в 1970 году Светлана получила загадочное приглашение на ужин от вдовы знаменитого архитектора Фрэнка Ллойда Райта. Женщина возглавляла своего рода секту, хранившую память о ее муже. Они проживали в резиденции в Аризоне. Там, за огромным блестящим полированным столом красного цвета, они и приняли Светлану. Тогда-то она поняла, зачем ее пригласили: вдова была уверена, что Светлана – это реинкарнация ее мертвой дочери, носившей то же имя, и поэтому хотела, чтобы Светлана вышла замуж за ее зятя и ученика, который сотрудничал с покойным архитектором над строительством музея Гуггенхайма. На нем был костюм песочного цвета, его посадили рядом со Светланой. И она сказала «да». Этот брак подарил ей третьего ребенка, дочь Ольгу; третье имя – «Лана Питерс» и повлек за собой огромную проблему: ее новая самопровозглашенная мать, женщина с диктаторскими замашками, считала, что раз дочь Сталина была послана ей таинственными космическими силами, значит, она могла делать с ней все, что пожелает. Светлане потребовалось три года на то, чтобы сбежать от вдовы и ее секты, и сразу после этого ее настиг финансовый крах. Миллионы исчезли вместе с долгами ее