Славные парни по-русски. Нерассказанная история. Книга 1 - Сергей Юрьевич Буторин Страница 33

действительно было на что. Ночной клуб занимал три этажа здания Киноцентра. В холле на первом этаже, как раз там, где проходили переговоры, размещался гардероб (не только театр начинается с вешалки), небольшой бар, стояли игровые, в смысле развлекательные, автоматы, мягкая мебель, сидя на которой можно было с удобством пообщаться-покурить.

Холл украшали живые цветы, пальмы и фикусы в кадках.

Из холла широкая мраморная лестница вела на второй этаж, который был, по сути, центром ночного клуба. Он представлял собой огромное пространство. По его периметру располагалось несколько баров, а прилегающая к ним территория была плотно уставлена столиками.

С одной стороны зала находилась сцена. Обычно на ней в первой половине вечера (ночи) проходили выступления наших и зарубежных звёзд эстрады, музыкальных коллективов, показ моделей и другие шоу.

За происходящим на сцене можно было наблюдать практически из любой точки огромного зала.

Ночной клуб «Арлекино»

Пространство между сценой и барными столиками использовалось как танцпол.

На третьем этаже находился бар, тот самый, с которого и начался проект ночного клуба.

Подобного заведения в Москве ещё не было, и даже несмотря на то, что казино в «Арлекино» пока ещё не открылось, каждый вечер посетители заполняли его до предела.

Причём гостями клуба были сливки различных социальных групп: криминальные авторитеты, успешные коммерсанты, мажоры, люди искусства, чиновники, светские дамы, гламурная молодёжь и пр.

Мы были воодушевлены результатами «стрелки». Ну ещё бы – полная победа. Но Бороде, видимо, этого показалось недостаточно. Он вообще не любил спокойствие, предпочитая ему напряжение борьбы, противостояния, конфликты. «А он, мятежный, ищет бури, как будто в буре есть покой».

Одним из тех, кто приехал с Глобусом и после «стрелки» остался в «Арлекино», был некто Плут, человек, тесно общавшийся с ворами в законе и сам стремившийся им стать.

Некоторое время назад Антон Малевский приехал на встречу по вопросу, связанному с его коммерсантом. На этой встрече, со стороны оппонентов, присутствовал кто-то из воров и разговор, вместо делового, принял совсем иное направление. Блатные наехали на Антона, предъявив ему то, что он приехал на встречу с ворами с оружием, что противоречит понятиям. Называли его «автоматной рожей» и беспредельщиком и чуть было не нахлестали ему по щекам. В общем, разговор не получился.

Антон, естественно, сообщил об инциденте Бороде. Борода пояснил, что истинная причина такого поведения блатных кроется не в их отношении к Антону, а в противостоянии между находившимися в СИЗО вором в законе Шакро Молодым (Захарием Балашовым) и Аксёном (Сергеем Аксёновым), который не питал особой любви к кавказским ворам. Постепенно это противостояние переросло в серьёзный конфликт.

Я в интерьерах «Арлекино»

Плут тоже присутствовал на той встрече Антона с блатными, и был одним из тех, кто рьяно наезжал на него. Борода решил, что сейчас самое время наказать Плута за проявленное им и блатными неуважение к Малевскому, а в его лице и ко всем нам.

Тут же, посреди зала, Плут и несколько человек, пришедших с ним, были жестоко избиты, а в довесок истыканы – не смертельно, в ягодицы – ножом.

Кровь заиграла. Борода кинул клич: «Бить всех, кто приехал с Глобусом!» Наши стаи рыскали по клубу в поисках очередной жертвы. Дело принимало серьёзный оборот. Попахивало конкретным беспределом, да и репутация «Арлекино» стояла под угрозой.

Ко мне подошёл Культик и сказал, что надо увести отсюда «бауманских», чтобы наши разгорячённые друзья не набросились на них. Пока «борцы» пытались урезонить Бороду, мы с Сергеем отыскали Гарика Махачкалу и Бобона и вывели их на улицу через чёрную лестницу.

А потом, не дожидаясь прибытия милиции или прилёта какой-нибудь ответки, мы покинули «Арлекино», и я отвёз Бороду к себе домой. Он потом ещё долго сокрушался, что «бауманским» удалось как-то уйти.

Думаю, что именно эту «стрелку за “Арлекино”» можно считать точкой отсчёта в конфликте между «курганскими» и «бауманскими», в который были втянуты и «сильвестровские», и «измайловские», и другие группировки.

«Гольяновские»

Изначально костяк «измайловской» группировки, возглавляемой Сергеем Аксёновым по прозвищу «Аксён», составляли Антон Малевский (Антон), Дима Павлов (Павлуха, Павлик), Лёха Шухат (Еврей), Саня Афанасьев (Афоня), Илья – человек Аксёна. Чуть позже туда вошёл Дима Сидоров (Сидор).

Примерно в 1991 году к ним присоединилась молодая «гольяновская» бригада Бычка. Когда-то эта бригада была самостоятельной структурой и являлась полноправным партнёром «измайловских» по рынку в районе Сиреневого бульвара.

Со временем «гольяновская» бригада всё больше попадала под влияние «измайловской» группировки и постепенно становилась её частью, теряя самостоятельность.

В экономическом отношении и с позиции «карьерного» роста это, скорее, был прогресс. Но не все «гольяновские» парни, молодые и амбициозные, готовы были признать чьё-то главенство, и бригада, оставаясь внешне единой, разделилась на два лагеря. Одни поддерживали Бычка, ратующего о большей самостоятельности и автономности. Вторые поддерживали Мишу Доцента, считавшего, что выгоднее быть частью «измайловских».

В октябре 1991 года был арестован Сергей Аксёнов. Бычок, видимо, решив, что настал подходящий момент, вознамерился пересмотреть отношения с «измайловскими», но был убит при загадочных обстоятельствах. Причём история его кончины получилась чуть ли не мистической. (М-да, кто бы говорил…)

Киллер подстерёг Бычка во дворе или подъезде собственного дома и нашпиговал его пулями.

Но Бычок каким-то чудом остался жив (оплошал исполнитель, не сделал контрольку), и, несмотря на тяжелые ранения, сам добрался до квартиры.

Кое-кто попытался свалить вину за покушение на каких-то несуществующих врагов из противоборствующих бригад, но большинство понимало, что это внутренние разборки. И пока Бычок находился между жизнью и смертью, «гольяновские» напряглись в ожидании развязки, полагая, что он видел стрелка и знает, кто за этим стоит.

Но как только Бычок чуток оклемался, его не стало. В смысле он исчез. Бесследно. Говорят, его повезли к врачуй…

А потом были убиты и несколько его сторонников. В результате передела к осени 1992 года бригаду возглавил Миша Доцент.

Правда, потом он тоже был убит. Своими ли, чужими, осталось загадкой. Но это случилось позже.

Эти события проходили у нас на глазах, но мы с Культиком, хотя и дружили с «гольяновскими», в них не вмешивались. Это было не принято. Так же как не вмешались бы и они, случись нечто подобное у нас.

В 1993 году «гольяновские» вместе с «измайловскими» открыли ночной клуб в ДК «Строитель» на Сиреневом бульваре, где мы были желанными гостями.

На открытие ночного клуба они, через Инну и Диму Маликовых, с которыми были