Женщины лорда Байрона - Борис Тимофеевич Грибанов Страница 30

часа говорил только о ее привлекательных качествах и о том, как он любит ее… Я должна испытывать сожаление по поводу их обоих, одновременно я испытываю уважение к тому, какими мотивами ты руководствовался, предоставляя ей убежище… ты говоришь о необходимости мер, к которым ты прибегаешь».

Определенные силы в правящих кругах Англии были заинтересованы в том, чтобы поэт с его опасными политическими идеями уехал из страны, где он явно представлял опасность, привлекая к себе оппозиционно настроенных людей.

Лорда Байрона посетил августейший посланник и предложил ему изменить свои политические воззрения. Байрон отказался.

Что же касается леди Мельбурн, то Байрон был слишком преданным ее поклонником, чтобы критиковать ее. Вскоре он оказался в изгнании, а леди Мельбурн умирала.

Глава восьмая

Аннабелла – проклятый брак

Это определение Байрона – «проклятый брак» – взято из письма Байрона к Мэри Чаворт, написанного через пять лет после того, как он окончательно расстался со своей первой серьезной любовью. В этих двух словах сфокусирована трагедия, определившая судьбу поэта.

А началось все с достопамятного бала у леди Мельбурн 25 марта 1812 года. Именно этот утренний бал, посвященный вальсу, стал началом бурного романа лорда Байрона с леди Каролиной Лэм. Именно тогда Каро начала «военные» действия с целью завоевать лорда Байрона.

Но этот бал оказался примечателен и другим событием. Среди знатных гостей, таких, как леди Джерси, лорд и леди Киннерт, мисс Маргарет Элпинсон, рыжая красавица, готовая флиртовать со всяким заслуживающим внимания мужчиной, многообещающий лорд Пальмерстон, где-то на заднем плане Байрон, как говорится, боковым зрением заприметил не совсем обычную для подобного рода балов фигуру. Девушка укрывалась в дальнем углу зала, с явным неодобрением рассматривая нарядную толпу и его в том числе.

Байрон не привык к такому пренебрежению со стороны женщин. Он метнул в ее сторону многократно испытанный и всегда действовавший безотказно взгляд исподлобья и с удивлением обнаружил, что выстрел не возымел никакого действия. Он обернулся к своему другу Муру, сопровождавшему его, и спросил, что это за холодная особа, наверное, компаньонка.

– Вовсе нет, – ответил Мур. – Она богатая наследница. Ты должен жениться на ней и восстановить Ньюстед.

Байрон повнимательнее присмотрелся к этой богатой невесте. Фигура у нее была безусловно хороша, округлая и завлекательная, волосы темные, глаза тоже, щеки румяные, носик чуть вздернутый. Выражение лица пренебрежительное и чопорное. Весь ее вид говорил о том, что перед вами молодая женщина, отличающаяся умом и сильным характером.

Аннабелла Милбэнк действительно была девушкой незаурядной. Она родилась в семье джентри, сельских дворян, владевших землей в деревне около Стоктон-на-Ти в графстве Дарем. Ей было всего два года, когда ее отец получил звание сэра.

Семья жила, как все окрестные джентри – мужчины увлекались охотой и политикой, их жены занимались домашним хозяйством, угощали друг друга блюдами собственного приготовления.

Аннабелла в детстве. Художник Дж. Хопнер

Аннабелла была единственным ребенком в семье, к тому же поздним – родители ее были уже весьма немолоды, когда она появилась на свет. Нужно ли говорить, что семья в девочке души не чаяла.

Впрочем, девочка этого заслуживала. Она была всесторонне одаренным ребенком – умным, с твердым характером, увлекалась математикой и не без успеха, серьезно интересовалась богословскими вопросами, намеревалась стать писательницей, переводила на английский язык Горация.

Теперь она была девицей на выданье, ее второй сезон вывозили в Лондон на ярмарку невест, она послушно выезжала на балы и приемы, но удовольствия от этого Аннабелла Милбэнк не получала. Она считала – и не без основания – себя в интеллектуальном отношении намного выше окружающих ее девушек и дам, ее не интересовали туалеты, сплетни. В то же время она реалистически оценивала привлекательность своей внешности и еще более – своего приданого. В адрес одного из соискателей ее руки Аннабелла Милбэнк бросила такую характерную реплику: «Одна из моих улыбок поощрит его, но я скупа на свои взгляды».

Пройдет шесть лет, позади останется брак Байрона с Аннабеллой Милбэнк, их разрыв, вынужденная эмиграция Байрона за границу, и в 1818 году в Венеции поэт напишет первую песнь своей знаменитой поэмы «Дон Жуан». В ней под именем Инесы выведен образ мисс Аннабеллы Милбэнк:

Она имела ум математический,

Держалась величаво до жеманности,

Шутила редко, но всегда аттически,

Была высокопарна до туманности.

………………………………………

В ее речах царила полумгла,

Ее сужденья на любые темы

Являли теоремы и проблемы…

……………………………………

Она была живое поученье,

Мораль и притча с головы до ног.

……………………………………

Она была моральна и жеманна.

Едва ли в ней черту предосудительную

Нашла бы даже зависть. Как ни странно,

Она была вот тем-то и страшна,

Что всех пороков женских лишена.

Пер. Т. Гнедича

Под именем Хосе в «Дон Жуане» Байрон безусловно изобразил самого себя и свое положение в свете в тот момент:

Хосе, беспечный смертный, не любил

Речей мудреных и людей ученых,

Куда хотел и с кем хотел ходил,

Не замечая взоров возмущенных;

Но за его поступками следил

Синклит ханжей, клеймить пороки склонных,

И двух его любовниц называл,

Хотя одна – и то уже скандал!

Пер. Т. Гнедича

Несмотря на успех, который Аннабелла имела в обществе, она критически отнеслась к своим новым аристократическим знакомым. О Каролине Лэм, жене ее кузена Уильяма Лэма, она отозвалась в письме, написанном после приема в Мельбурн Хаузе, где Каролина выступала в роли тщеславной хозяйки, с сарказмом: «Леди Каролина чирикала, пока меня не начало тошнить от нее». Она ощущала себя в умственном плане на несколько голов выше всех этих светских красавиц и в глубине души презирала их, хотя как женщина умная скрывала свое истинное отношение к ним.

Могла ли она предположить, что ее высокомерию и самоуверенности предстоит жестокое испытание, которое наложит мрачный отпечаток на всю ее последующую жизнь.

Тот светский сезон 1812 года проходил в лондонских салонах под знаком лорда Байрона. Он оказался общепризнанным литературным львом, его общества искали, добивались, дамы щебетали вокруг него, стремясь обратить на себя его внимание. Все цитировали строчки из «Чайльд Гарольда», шумно восторгались ими, повторяли остроты Байрона, восхищались мраморной красотой его лица.

А он купался в этом море