Буры против англосаксов. Воспоминания Президента Южно-Африканской Республики - Пауль Крюгер Страница 27

— Очень хорошо, — сердито сказал Жубер. — Тогда иди, откопай их и притащи сюда.

С другой стороны, один капеллан из Ньюкастла в разговоре со мной выразил свое восхищение мужеством буров. Офицеры, стоявшие рядом, начали говорить, что англичане также очень храбро сражались и уничтожили многих буров, пока у них не закончились боеприпасы. После этого, конечно, они были вынуждены отказаться от дальнейшей борьбы:

— Наши ребята не позволили бы себя расстрелять, если бы у них остались патроны.

Я повернулся к капеллану и сказал:

— Когда вы увидите Ее Величество, передайте ей, что она должна особо наградить своих солдат за ту самоотверженность, с которой они оберегали свои боеприпасы; мы обнаружили их аккуратно погруженными на ослов!

Кое-какие вопросы были и у Вуда. Он спросил, среди прочего:

— Как вы могли отправить в Биггарсберг всего лишь двести человек, если у нас было там 12 тысяч?

Я ответил:

— Да, нам больше некого было отправлять, но и тех двухсот оказалось вполне достаточно…

По соглашению, которое было подписано от имени народа мной и Жубером, предусматривалась широкая бурская автономия под британским сюзеренитетом, назначение британского представителя в Преторию и возвращение английской собственности, изъятой во время войны. То, что чуть не привело к прекращению переговоров, а именно вопрос об утрате некоторых территорий, было оставлено на решение королевской комиссии (до этого сэр Ивлин Вуд обязался не занимать Лэйнгс-Нек и не отправлять войска в Трансвааль, если буры откажуться от этих земель). Королевская комиссия должна была решить все спорные вопросы в течение шести месяцев, подтвердить мирный договор и вернуть страну бурам. В состав этой комиссии вошли недавно назначенный новый Верховный комиссар сэр Геркулес Робинсон[85], верховный судья Капской колонии сэр Генри де Вильерс и сэр Ивлин Вуд. Они подготовили проект договора, который стал известен под названием Преторийской конвенции 1881 года. В фольксраде, который был специально созван для ратификации этого документа, разгорелись длительные и жесткие дискуссии.

Англичане в Претории

Поначалу для того, чтобы успокоить бюргеров, я высоко оценивал великодушие Англии, выражал полную уверенность в успешной деятельности комиссии и указывал на примирение с Великобританией, как на основу для нашего дальнейшего национального существования. Но теперь я также был вынужден протестовать против некоторых статей конвенции. Я безуспешно направил Гладстону телеграмму с жалобой на то, что некоторые пункты договора содержат противоречия с предварительными устными договоренностями. В конечном итоге договор был принят с оговоркой, что мы уступаем силе, и надеемся, что с учетом этой вынужденной ратификации британское правительство найдет возможность урегулировать те пункты, которые делали его неприемлемым для фольксрада, в частности, введение сюзеренитета и несправедливые ограничения территории.

Один из пунктов, который оскорблял чувства бюргеров, заключался в том, что государство отныне официально должно было называться не «Южно-Африканская Республика», а «Трансвааль» (страна сумела восстановить свое наименование только в 1884 году, в результате Лондонской конвенции). В своей официальной переписке с британским представителем Хадсоном я всегда использовал привычное мне наименование — «Южно-Африканская Республика». В один прекрасный день последний пришел ко мне, чтобы выразить свое неудовольствие.

— В чем причины ваших претензий? — спросил я.

— В том, — ответил Хадсон, — что в конвенции четко указано: «Государство Трансвааль».

— Хорошо, — возразил я, — допустим, я продаю вам ферму и в купчей указываю: «Я, Пауль Крюгер, в дальнейшем именуемый “продавец”…». По-вашему, отныне меня будут звать не Пауль Крюгер, а Продавец? Конечно, в конвенции наша страна упоминается, как «государство Трансвааль», но это само по себе еще не означает, что с этого момента она так и будет называться. Ее правильное наименование — Южно-Африканская Республика.

Хадсон рассмеялся и сказал:

— Хорошо, делайте, как вам заблагорассудится, только не возражайте, когда я буду придерживаться названия «Трансвааль».

8 августа собрался фольксрад, который провозгласил восстановление республики. Наш национальный флаг вновь был торжественно поднят.

Глава IХ

Первый президентский срок: 1883–1888 ГГ

Выборы. — Война с кафрами в округе Линденбург. — Провокации кафров на юго-западной границе республики. — Бурские добровольцы. — Поддержка кафрских вождей Мошета и Манкороана. — Кафры против кафров. — Бурские республики Стеллаленд и Гошен. — Награда за услуги. — Вожди Монтсиоа и Мошет принимают протекторат Трансвааля. — Протесты британцев. — Переговоры о западных границах между Крюгером, Сесилем Родсом и Чарльзом Уореном. — Третий визит Крюгера в Лондон. — Сэр Геркулес Робинсон. — Лондонская конвенция 1884 года. — Отмена протектората. — Европейские официальные визиты. — Доктор Лейдс. — Внутренняя ситуация в республике в 1885 году. — Железная дорога к заливу Делагоа. — Плачевное финансовое положение республики. — Тяжелая ситуация на западной границе. — Открытие золотоносных месторождений. — Уитлендеры. — Переговоры с Оранжевым Свободным Государством о более тесном сотрудничестве. — Присоединение Новой Республики.

В 1882 году фольксрад по предложению Жубера единогласно провозгласил начало президентской избирательной кампании. В качестве кандидатов было предложено выступить мне и Жуберу. Мы оба согласились. В своем обращении я заявил о тех принципах, которыми я буду руководствоваться в случае моего избрания.

Слово Божье будет моим мерилом в политике и той основой, на которой должно строиться государство. Содействие сельскому хозяйству; открытие новых ресурсов страны и их разработка, создание новых отраслей производства; строительство железной дороги к морскому порту; ограничение иммиграции (за исключением выходцев из Голландии), с тем чтобы не допустить, чтобы идентичность бурской нации была уничтожена; благожелательное отношение к Великобритании и более тесный союз южноафриканских государств; поддержание авторитета правительства в отношениях с туземцами и дружеское отношение к послушным коренным племенам; содействие всем усилиям, которые привели бы жизнь народа под влияние Евангелия, и, прежде всего, соответствующее воспитание молодежи — вот те вопросы, которые я считал жизненно важными для республики. Я получил две трети голосов на выборах и был избран президентом государства на следующие пять лет.

В концентрационном лагере для буров

Прежде чем окончились президентские выборы, республика была вынуждена начать боевые действия против вождя Мапоча на востоке республики, на землях, где ранее действовал Секукуни. Надо сказать, что сразу после восстановления республики Секукуни стал ее надежным партнером. Однако последний был убит неким Мампуром и новый вождь, Матоф, стал укрывать убийцу, отказываясь выдать его. Поэтому война стала неизбежной. Она продолжалась девять месяцев, и для того, чтобы довести ее до победного конца, нам потребовалось мобилизовать четыре тысячи бюргеров.

Я лично посетил несколько отрядов, чтобы обратиться к бурам и призвать их приложить все усилия для быстрого и успешного завершения войны. В составе одного из отрядов сражался иностранец по имени Неллмапиус[86]. Он взорвал пещеры, где засели кафры, с помощью динамита.

Война продолжалась до июля 1883 года. В итоге, Мампура повесили, а Матоф был осужден на пожизненное заключение. Но незадолго до начала последней войны он был освобожден и поселился вместе с несколькими своими соплеменниками в окрестностях Претории. После войны республика обрела уверенность. Даже ее враги