История Саудовской Аравии - Алексей Михайлович Васильев Страница 193

группах более 30 % (по меньшей мере по одному человеку от каждой семьи) находилось на государственной службе – в полиции, армии, Национальной гвардии, пограничной страже. В то же время среди торговцев и администрации бывшие кочевники встречались редко. Факт племенного происхождения по инерции играл роль в обществе, но социальный статус современных кочевников снизился.

Большинство отраслей сельского хозяйства стремительно развивалось на рыночной основе. Уже в 70-е гг. все хозяйства феллахов были ориентированы на рынок, появилось значительное число новых фермеров и десятки крупных хозяйств индустриально-аграрного типа.

К середине 80-х гг. правительство передало 560 тыс. га земли 38 тыс. фермеров, создало более 1,5 тыс. сельскохозяйственных ферм и 10 кооперативов43. Теоретически любой подданный короля мог получить землю в специально отведенных районах, но при ее распределении имели значение и связи с племенем, издавна контролирующим ту или иную территорию44.

Займы и техническая помощь со стороны государства нередко принимались как должное и тратились не столько на производственные цели, сколько на потребления, либо вовсе не реализовались. Английские авторы Дж. Бирке и С. Синклер считают, что помощь государства и экономически не обоснованные высокие доходы служили сильным стимулом для сохранения привычного образа жизни и убыточного кочевого хозяйства в сельской местности45.

Количественно и качественно выросла национальная буржуазия. В стране действовали семь специальных фондов, предоставляющих финансовую помощь и кредиты для создания объектов промышленности и инфраструктуры и для жилищного строительства на весьма льготных условиях. К закону 1972 г., обязывающему иностранцев передать все свои торговые предприятия саудовцам, в 1978–1979 гг. добавились законы об обязательном участии саудовского компаньона (или агента) во всех вновь создаваемых на саудовской территории иностранных компаниях46.

В январе 1981 г. министр планирования Хишам Назир заявил: «Важнейшая цель процесса развития состоит в поддержке создания, организации и финансирования частного сектора»47. Весной того же года заместитель министра торговли Размай аз-Замиль отметил, что в стратегическом плане экономическая деятельность государства «будет ограничена общенациональными проектами и нефтехимией, и оно никогда не вступит в сферу малых и средних проектов или в любую другую, где действует частный сектор…»48 Пока что эти планы в значительной степени оставались благими пожеланиями.

Казалось бы, столь щедрая финансовая помощь наряду с необходимостью для западных компаний сотрудничать с местными предпринимателями должна была способствовать формированию национальной буржуазии. Однако в действительности существовали препятствия для быстрого и свободного развития нового класса. Среди объективных трудностей – высокий технический уровень и капиталоемкость современного производства. У большинства представителей местного капитала не хватало знаний, опыта и средств. Кроме того, ощутимо было и нежелание местного капитала обращаться к сложным видам предпринимательства, в то время как торговля, финансовые сделки и спекуляция земельными участками давали ему вполне приемлемую прибыль.

Одной из главных черт крупной саудовской буржуазии был семейный характер ее предприятий. Некоторые семьи превращались в монополистов в избранных ими сферах деятельности49.

Степень личного участия в управлении компаниями была различной. Для торговых и посреднических операций в 70-80-е гг. хватало знаний и опыта традиционного аравийского торговца. В тех случаях, когда компания подключалась к промышленному производству, к сферам финансов и обслуживания, в качестве управляющих действовали американцы, западноевропейцы, а также египтяне, иорданцы, палестинцы. Создавались смешанные компании, в которых саудовская сторона обеспечивала капитал, материалы и рабочую силу, а западные компании организовывали производство и налаживали сбыт. Большая часть саудовских предпринимателей (поколение 40-60-х гг. рождения) чем дальше, тем больше брали на себя функции управляющих.

Предприятия крупной буржуазии по форме организации представляли собой многоотраслевые финансово-промышленные и торгово-промышленные корпорации. Их основой служили, как правило, несколько крупных компаний, полностью принадлежавших одной семье или одной держательской фирме.

Почти для всех крупных аравийских предпринимателей торговля оставалась важной сферой деятельности с гарантированно высокими прибылями. Популярным в 70-80-е гг. стал гостиничный бизнес. По-прежнему большую роль играла возможность представлять западные компании.

Финансовая деятельность крупной саудовской буржуазии привлекла внимание и исследователей, и средств массовой информации. Для многих представителей старой и новой буржуазии саудовский и аравийский рынок уже стал тесен.

Например, Халид ибн Салих и Саид ибн Салих аль-Махфуз – выходцы из Хадрамаута, ставшие во главе саудовской торговой семьи аль-Махфуз, – сохранили позиции в торговле, посреднических операциях, в агентских услугах для иностранных фирм, основали несколько новых торговых компаний, типографий, приняли участие в создании нефтехимических и других промышленных объектов в Королевстве и Египте. К началу 80-х гг. интересы семьи аль-Махфуз сосредоточились в финансовой сфере. Расширил свою деятельность старейший в стране Национальный коммерческий банк, созданный в 1938 г. семьями аль-Махфуз (51,5 %) и аль-Кааки. Различные ветви семьи участвовали в деятельности многих финансовых институтов на Западе – в Брюсселе, Париже, Франкфурте-на-Майне, Люксембурге, Хьюстоне50. Аль-Махфузы внедрились в международный нефтяной бизнес, получив концессии даже в России.

В годы правления короля Фейсала началось формирование «современного» государственного аппарата. В соответствии с рекомендациями западных специалистов были созданы новые министерства и административная система в масштабах страны. Численность государственных служащих быстро росла. В 1958/59 г. их было 22,2 тыс., в 1970 г. в стране было 10 министерств со 120 тыс. служащих, спустя десятилетие – 20 министерств и столько же других правительственных учреждений, в которых в общей сложности было занято более 300 тыс. человек51.

Правда, эффективность госаппарата была крайне низкой из-за нехватки квалифицированных кадров, халатности, коррупции. В начале 80-х гг. доля лиц, имевших среднее или высшее образование, среди конторских служащих составляла около 20 % у саудовцев и более 60 % у иностранцев52. По свидетельству западных авторов, производительность труда саудовских служащих была в пять раз ниже, чем их иорданских и сирийских коллег. Наиболее неудовлетворительным считался труд низшего звена, которое комплектовалось по политическим соображениям из переселившихся в города бедуинов53.

Социальная политика.

Создание современной системы образования и здравоохранения было в числе приоритетов правительства с 60-х гг.

Доля детей, посещавших школы, составляла в 1970 и 1979 гг. соответственно 31 и 49 %. Выросло число начальных школ, общее число учащихся и число преподавателей всех уровней. Заметно выросла доля учебных заведений всех уровней для девочек54.

Учащимся бесплатно предоставлялись учебники, форменная одежда, питание, школьные автобусы. В вузах также было бесплатное обучение, студентам выплачивалась стипендия, предоставлялась возможность получить или продолжить образование за границей.

Скачкообразно расширялась система высшего образования. К началу 90-х гг. в стране имелось 82 колледжа, в которых обучалось 115 тыс. студентов, и 7 университетов: Университет имени короля Сауда в Эр-Рияде, Исламский университет в Медине, Университет нефти и минералов в Дахране, Университет имени короля Абд аль-Азиза в Джидде, Исламский университет имени имама Мухаммеда ибн Сауда в Эр-Рияде, Университет имени короля Фейсала в Восточной провинции и Университет Умм аль-Кура в Мекке. Доля девушек