Родион Малиновский - Солдаты России Страница 140

А ведь так думают и большевики, и Ленин. Ванюша знал из газет, что большевики Украины при выборах в Советы получили большинство в Горловском, Краматорском, Макеевском Советах. Вслед за ними большевистскую резолюцию принял Киевский Совет. На выборах в Луганский Совет большевики получили абсолютное большинство, а в Харькове — в четыре раза больше мест, чем имели до выборов. Этот сдвиг в сторону большевиков произошел еще до Великой Октябрьской революции. Даже крестьянская беднота двинулась против помещиков, особенно в Киевской, Каменец-Подольской и Волынской губерниях. Рабочий класс и беднейшее крестьянство Украины восторженно встретили Октябрьскую социалистическую революцию.

Но пока рабочие и революционные солдаты боролись с войсками Временного правительства, буржуазно-националистическая Центральная рада укрепила свою власть, захватила правительственные учреждения, телеграф, телефон и стала на путь открытой контрреволюции. Пришлось рабочим и солдатам драться за восстановление Советской власти на Украине. Трудно было одолеть буржуазно-националистическую нечисть, и только с подходом Красной Армии удалось изгнать Центральную раду, создать наконец свое национальное Украинское советское государство в тесном единстве с Россией.

Не хотелось Ванюше выписываться из госпиталя, тем более одному. Хольнов еще оставался — у него лечение шло медленно, сказывалось штыковое ранение, при котором в организм заносится больше инфекции, чем при пулевой ране. Но ничего не поделаешь, пришлось примириться. И вот Ванюша уже на пути в лагерь Курно...

Одно название лагеря вызывало в душе Ванюши чувство протеста, и он успокаивал себя лишь тем, что обстановка в Курно теперь резко отличается от той, которая была накануне Октябрьской социалистической революции; тогда еще власть офицерства сохранялась и куртинцы жестоко преследовались. Теперь в лагере было вообще мало русских солдат. Многих отправили на работы во Францию, большой отряд — в Северную Африку на принудительные работы, а небольшая группа — человек около двухсот — послужила ядром для создания русского легиона, который был также куда-то отправлен на формирование. В Курно находились в основном солдаты, прибывшие из госпиталей и составившие нечто вроде выздоравливающей команды, были и случайные люди. У всех было одно желание — подольше задержаться в лагере, остаться в стороне от всего, что затевали французские военные власти и представители Временного правительства...

Но удавалось это не всем. Несмотря на то что юрисдикция над русскими солдатами во Франции принадлежала французским властям, русская следственная комиссия, возглавляемая полковником Ивановым, продолжала дела по преследованию наиболее активных куртинцев, к которым принадлежали и бывшие члены ротных комитетов... Эхо карательных залпов по Ля-Куртину еще не улеглось.

Не успел Иван Гринько освоиться с жизнью в лагере, как и его вызвали в следственную комиссию. Разговор был не из приятных. А через несколько дней Ванюша был арестован и в предварительном порядке посажен на гауптвахту как подследственный.

Дело для Ванюши оборачивалось плохо. Нужно было искать какой-то выход. Прослышав, что в лагерном лазарете работает русский врач, очень хорошо относящийся к куртинцам и многим из них помогший уйти от преследования ивановской комиссии, Ванюша решил во что бы то ни стало попасть в лазарет.

Помог случай.

Ванюша вместе с другими арестованными каждый день выходил на работы. В основном занимались уборкой лагеря, иногда разгружали вагоны, прибывавшие в лагерь то с углем, то с дровами, то с продовольствием и фуражом. Попал как-то Ванюша на разгрузку прессованного сена и решил «испытать» силу своей перебитой руки. На то, чтобы как-то разбередить рану на груди, рассчитывать не приходилось — и грудь, и пробитое пулей легкое хорошо заросли и действовали, как здоровые. А вот рука — другое дело, ее можно «испытать». Схватив огромный тюк сена, Ванюша поднатужился и поднял его рывком. И конечно, тут же присел от сильной боли в перебитой руке. В голове помутилось. Ванюша чуть не потерял сознание...

От работы его освободили, и вот он в сопровождении конвоиру шествует в лагерный лазарет. О, счастье: его осматривает врач Мамашин, как раз тот, о котором ходили добрые слухи. Он долго прощупывал руку, так, что Ванюша ерзал на табуретке, а потом сказал:

— Рука у вас, молодой человек, повреждена. Правда, кость как будто цела, но посмотрим, что покажет рентген.

Рентген подтвердил: кость цела. Но рука все же опухла и требовала лечения.

— Надо соленые ванны делать, массаж, лечебную гимнастику. Это займет около месяца. — И, хитро улыбаясь, врач добавил: — Придется вас, молодой человек, отправить в госпиталь в Сен-Серван; наш лазарет предназначен только для экстренной помощи и лечения легких болезней, а для длительного лечения не приспособлен.

Через день Ванюша, поддерживая, словно ребенка, свою опухшую левую руку, ехал в Сен-Серван, в «родной» госпиталь.

Зимнее солнце ласково освещало группу курортных городков — Сен-Мало, Динан и Сен-Серван, а Атлантический океан обдавал их своим мягким дыханием. Хотя конец января не баловал курортников теплом, однако небо было чистое, голубое, разлитая вокруг свежесть бодрила, вливала новые силы. Океанские волны равномерно набегали на берег и снова отходили от него, а в часы полного отлива обнажали желтое песчаное дно на многие километры. Впрочем, большие торговые суда спокойно стояли в гавани, наполненной «запертой» водой, и продолжали погрузочно-разгрузочные работы.

Ванюша, подбодренный тем, что у него теперь есть около месяца для размышлений, направился в госпиталь. Вот высокая каменная монастырская стена, а за ней сад и знакомое здание, в котором он провел не один месяц. Ванюша подходит к воротам, узнает привратника, предъявляет ему направление и проходит внутрь. Знакомые лица, радостная встреча с дядей Жаком. Все рады, довольны встречей. Но где же Андрюша Хольнов?

— Камарад Хольнов уехал, — говорит дядя Жак, — он выписался, прошло уже больше недели.

— Жаль, очень жаль, — только и смог проговорить Ванюша, медленно снимая с плеч свой солдатский ранец.

Начались процедуры: соленые ванночки, мягкий массаж, лечебная гимнастика. Возобновились занятия в почти распавшемся кружке дяди Жака. Эти занятия больше протекали в беседах на политические темы, чем в изучении французского языка.

А Ванюшу одолевали думы, и все об одном: надо бить немцев. Ведь чего захотели: требуют отторжения от России всех оккупированных земель. Значит, дорогая сердцу Ванюши Украина тоже попадет к немцам. Не бывать этому!