Созвездие рязанских маршалов - Александр Фёдорович Агарев Страница 109

Лётные экипажи входили в строй и облётывали боевую технику, на старт выводили не более 2–3 самолётов. Во время полётов вооружение на самолёты не подвешивалось. Советские самолёты не имели опознавательных знаков, в воздухе сохранялось радиомолчание. Взлёт и посадка производились по сигнальным ракетам. На земле бомбардировщики тщательно маскировали сетками, ветками деревьев.

23 октября Н.С. Хрущев направил Джону Кеннеди письмо, в котором доказывал законность действий двух суверенных государств – СССР и Кубы, вынужденных в ответ на «неприкрытые агрессивные действия США» принять меры для обеспечения безопасности Кубы. На Кубе была объявлена всеобщая мобилизация. В тот же день в повышенную боевую готовность были переведены Ракетные войска стратегического назначения, Дальняя авиация, войска ПВО страны, пограничные войска, группы войск, дислоцированные за пределами СССР, и вооружённые силы стран Варшавского договора.

В историческом формуляре 759-го МТАП отмечено: «23 октября частям, дислоцированным на аэродроме Сан-Хулиан, был отдан приказ о приведении в повышенную боевую готовность. В период с 23 по 30 октября личный состав полка, не прекращая сборки самолётов, находился на огневых позициях наземной обороны в готовности к отражению нападения противника.

В заявлении советского правительства от 28 октября не были упомянуты бомбардировщики Ил-28, сборка которых продолжалась. 28 октября в 13 часов по Гаванскому времени командующий Группы советских войск на Кубе генерал И.А. Плев объявил командиру 51-й ракетной дивизии генерал-майору И.Д. Стаценко директиву Министра обороны СССР демонтировать стартовые позиции ракет средней дальности Р-12, а соединению передислоцироваться в Советский Союз.

29 октября в Нью-Йорке под эгидой ООН начались советско-американские переговоры о мирном урегулировании конфликта. В ходе переговоров возникла проблема адекватной трактовки термина «наступательное оружие», которое советское правительство обязалось вывезти с Кубы. Американская сторона относила к «наступательному оружию» помимо ракет и находящиеся на территории острова бомбардировщики Ил-28 и требовала их вывода с острова. По мнению советской стороны эти бомбардировщики являлись устаревшими типами самолётов, не представляли угрозы для США и не подпадали под категорию «наступательного оружия».

К 31 октября стартовые позиции советских ракет были демонтированы, о чём генерал И.Д. Стеценко доложил прибывшему на Кубу Генеральному секретарю ООН У. Тану и послу СССР на Кубе А.И. Алексееву. 2 ноября советские ракеты Р-12 были сосредоточены в портах погрузки. В период с 5 по 9 ноября 1962 г. все 42 ракеты были погружены на суда и вывезены с острова на советских судах.

«9 ноября 1962 г. брат президента США министр юстиции Роберт Кеннеди заявил советскому представителю о «настоятельной необходимости решить скорейшим образом вопрос о вывозе самолётов Ил-28 с Кубы».

Конфликт по этому поводу грозил ликвидацией всех ранее достигнутых договорённостей.

11 ноября вопрос о вывозе Ил-28 был рассмотрен Президиумом ЦК КПСС. Было принято решение пойти навстречу американскому требованию, но «немного поторговавшись».

12 ноября командир 759-го МТАП получил приказ прекратить сборку самолётов Ил-28. 14 ноября Роберт Кеннеди в очередной раз встретился с послом СССР в США А.Ф. Добрыниным и сказал, что «президент Кеннеди будет разочарован полученным ответом относительно самолётов Ил-28, если он не будет безусловно положительным». Советская сторона настаивала на том, чтобы вывоз Ил-28 был увязан с отменой карантина и прекращением полётов американских самолётов над Кубой.

20 ноября советская сторона сообщила о том, что СССР обязуется вывезти Ил-28 в течение 30 дней. Президент Кеннеди заявил, что споры вокруг советских вооружений на Кубе исчерпаны, и поэтому он отдал приказ об отмене в вооружённых силах США готовности № 1.

21 ноября в войсках ПВО ВС СССР, ракетных войсках стратегического назначения, дальней авиации, в группах советских войск за границей была снята боевая готовность. Прямая угроза мировой войны миновала…[340]

Американский патрульный самолёт P2V Neptune пролетает над советским грузовым судном во время кубинского ракетного кризиса в 1962 году

Не упуская реальных возможностей

Возможно, выделению дальних самолётов морской авиации препятствовало и ещё одно обстоятельство: авиация флотов в оперативном отношении находилась в подчинении командующих флотами, а командующему авиацией ВМФ она подчинялась только в специальном отношении (комплектование личным составом, поставки топлива, оружия и т. п.). При таком положении авиация ВМФ фактически не являлась единым целым с централизованным подчинением и не могла выработать самостоятельную взвешенную и эффективную политику по многим вопросам.

В тоже время некоторые документы косвенно свидетельствовали, что руководство морской авиации иногда явно упускало реальную возможность оказывать содействие и поддерживать разработку более совершенных самолётов в своих интересах. Этому имеются подтверждения. Так Постановлением ЦК КПСС и Совмина СССР от 31.07.1958 г. Госкомитету СССР по авиационной технике и ОКБ-23 (Мясищев) предписывалось создать систему дальнего действия М-52К для поражения площадных и морских целей противника крылатыми ракетами типа Х-22, запускаемыми со сверхзвуковых самолётов-носителей.

Первоначально ракеты Х-22 поступили на вооружение самолётов Ту-22К. Лётные испытания Х-22 были начаты 1 июля 1961 г. на двух бомбардировщиках Ту-22К. Но закончились они лишь в 1967 году. В 1975 году носителем Х-22 стал Ту-95К-22. Во второй половине 1970-х годов – Ту-22М и Ту-22М3.

Советское руководство считало самолёты Ту-95-22 и Ту-ЗЗМ с ракетами Х-22 наиболее эффективным средством для борьбы с авианосцами. Поэтому советские тяжёлые самолёты систематически приближались к американским авианосным соединениям и фиксировали действие радиоэлектронных помех американцев. По свидетельству штурманов, эффективность этих средств была колоссальной: метки цели на экранах буквально тонули в облаке помех, целиться становилось невозможно. Поэтому был разработан вариант атаки, согласно которому в первую очередь запускалось восемь ракет Х-22 с ядерными боевыми частями не по некоторым целям, а по площади, где должно было находиться американское авиационное соединение. Считалось что после этого действие радиоэлектронных средств противодействия существенно уменьшится, и вторая волна Х-22 найдет уцелевшие цели. В середине 1990-х годов Х-22 послужила основой для создания гиперзвуковой летающей лаборатории «Радуга Д2».

На смотре авиатехники ВМФ. В первом ряду, первый слева – И.И. Борзов – командующий авиацией ВМФ, четвёртый – Г.А. Кузнецов – командующий авиацией СФ, конец 1960-х гг.

Самолёт Ил-38 предназначен для самостоятельного или совместного с противолодочными кораблями поиска и уничтожения подводных лодок противника, для морской разведки, поисково-спасательных операций, постановки минных заграждений. 28.09.1961 г., почти на год раньше срока заданного Постановлением правительства, экипаж в составе командира корабля ведущего лётчика-испытателя В.К. Коккинаки, второго пилота Э.И. Кузнецова, штурмана-испытателя В.Ф. Воскресенского, бортрадиста И.С. Силиминова выполнил первый полёт на Ил-38.

Ведущим инженером по лётным