Евгений Дырин - Дело, которому служишь Страница 101

Музыка смолкла.

По легким ступеням на трибуну взошел человек в пальто, припорошенном снежной крупкой, снял шапку, обнажив седую голову, и взволнованно начал:

- Я горжусь тем, что был учителем Ивана Семеновича Полбина. Но не об этой своей гордости хочу я сказать. Взгляните вокруг, дорогие товарищи, жители колхозного села Ртищево-Каменки. Перенеситесь мысленно в прошлое, отстоящее от нас почти на полстолетие. Здесь в январе памятного тысяча девятьсот пятого года, вот в такой же морозный день, выступала на сходке крестьянка Ксения Полбина. Под сердцем своим она носила сына и родила его в Симбирской тюрьме. Не знала Ксения, кем будет он, даст ли судьба ему счастье. Счастье дала ему советская власть, великая Родина, которой он служил, и мы теперь благодарно склоняем головы перед его памятью...

Проведя рукой по глазам, учитель сошел с трибуны, а его место занял молодой офицер авиации с погонами подполковника. Крепко держась за перила, устремившись вперед, он говорил звонким голосом:

- ...Плоть от плоти народа, он был взращен и воспитан комсомолом, великой партией коммунистов. Деревенский подпасок, батрак, он стал генералом нашей авиационной гвардии, замечательным летчиком-новатором. Его товарищ по оружию Александр Покрышкин сказал, что Полбин во всей нашей бомбардировочной авиации считался непревзойденным мастером пикирующего удара. Мы помним, как часто, объясняя задание, он заключал его словами: "Ведущий я". Да, он был ведущим в самом высоком и прекрасном смысле этого слова, ведущим и передовым во всем и всю свою жизнь... Отважный летчик, обучивший советских пилотов групповому бомбометанию с пикирования; офицер-воспитатель, подготовивший преданных Родине, храбрых, умелых, упорно идущих к победе крылатых воинов; талантливый командир, сокрушавший врага в самых трудных условиях современного боя; воин-коммунист, человек ясного ума и горячего сердца - таким был Иван Семенович Полбин.

Солнце уже повернуло к западу, когда митинг закончился, и площадь постепенно опустела.

А на рассвете следующего дня над Ртищево-Каменкой показался самолет. Он вышел из облаков, плавно снизился и сделал над селом широкий круг. Потом, прощально покачав крыльями, снова встал на курс и улетел.

Неизвестно, кто сидел за штурвалом самолета. Но это был человек, который прилетел отдать честь своему боевому товарищу и учителю, недвижно стоящему на взгорье с орлиным взглядом, устремленным навстречу утреннему солнцу...