Передовой отряд смерти - Вилли Кубек Страница 10

Вынуждены 2 часа отсиживаться там — что-то уж слишком активизировалась авиация противника.

В полукилометре от нас вдруг появляется русская легковушка и едет прямиком на наш бронетранспортер с личным составом. Мы уже собрались захватить ее пассажиров в плен, но тут машина, круто развернувшись, уносится на полном газу прочь. Мы открываем огонь, но ни 7 выпущенных мною 2-см снарядов, ни пулеметные очереди машины Ревершона результатов не дали. Русские благополучно улизнули.

В километре от нас падает подбитый русский самолет-разведчик.

Сразу же после полудня снимаемся с места. Тем временем подоспели и наши обозные.

Сначала путь наш лежит через поля, потом минуем растянутую на несколько километров деревню.

За деревней батальон, свернув вправо, следует вдоль железнодорожной линии, а наша разведгруппа направляется налево и едет через поля. Сверху нас предупреждают: «Опасность прорыва танков противника!»

Проезжаем 10 километров, затем мимо еще одного городка, мы даже въезжаем в него, добираемся до хранилища ГСМ, там останавливаемся и обеспечиваем оборону с фронта. 14 часов. Бензина хоть залейся, заправляем полные баки.

Русские зенитчики остервенело палят по нашим самолетам.

Возвращается из города наш батальон, с ним разведгруппа унтер-офицера Штихерта, вышедшая из окружения русских.

У нас от голода животы свело, вот мы и решаем хотя бы картошки испечь. Потом находим нашу полевую кухню, нас кормят супом с морковью и поят кофе. Суп этот — водичка, с него толку мало. Тут же мы снова трогаемся и следуем дальше.

Возглавляет колонну наш батальон, нас отправляют к обозным — во избежание недавних сюрпризов русских. Ждем Райхе, водителя грузовика, перевозящего горючее, — тот решил заправиться, как говорится, «под крышку».

Дивизия в полном составе снимается с места. Позади тянутся остальные дивизии, в том числе и горнопехотные. Как только Райхе заправился, мы едем, тащимся еле-еле через небольшой городок Курбаная на реке Лабе. Техника не успевает протолкнуться по узким улицам, приходится пропускать движущиеся в два ряда колонны.

У реки Лабы мы продвигаемся по застроенной однообразными хатенками улице. Местное население в страхе выбирается из подвалов. Наверное, думают, что мы приехали их расстреливать. Но мы с гражданскими не воюем!

Кого-кого, а нас им нечего бояться.

Мой водитель и двое человек из технической службы сменяют шарнир, я занимаюсь чисткой оружия.

Водитель ухитрился раздобыть 45 штук яиц.

Люди явно заискивают перед нами, по-видимому, из-за боязни, нажарили нам картошки целую груду, залили ее 6 яйцами, нарезали огурцов и помидоров.

Но мы садимся за стол только после того, как устранена неисправность, то есть только к 22 часам.

Полевая кухня выдала нам мед по целому котелку на брата. Русские тоже угощают нас медом, так что мы решили запастись им впрок — залили 4 полные бутыли.

7 августа 1942 г

Примерно в 6 утра, час спустя после подъема, мы умываемся и сытно, совсем по-домашнему, завтракаем. Вестфельд и Лангхаммер уезжают к полевой кухне забрать поросенка. Я пока что пишу дневник, потом срываю с веток спелые яблоки.

Когда наша бронемашина вернулась, поступает приказ: «Подготовиться к разведывательному рейду!» Но выезд тут же переносят на полдень. Около 11 часов едим сладкий фруктовый суп, а сразу же после 11 выезжаем в разведрейд.

Наша задача — продвинуться примерно на 20 километров вдоль берега Лабы. До нас разведотряд унтер-офицера Клюзенера доложил о наличии там 4 русских танков и артиллерийской батареи. Мы следуем по берегу протекающей вдоль лесополосы реки. Ехать приходится лугами и полями. Очень красиво выглядят огромные поля, засеянные подсолнухами и кукурузой. Незабываемое зрелище!

Кукуруза высокая, выше нашей антенны. Мы осторожно пробираемся мимо крестьянских хат небольшого села.

Через 20 километров видим большое село. К сожалению, оно окружено кукурузными полями, что существенно осложняет наблюдение. Делать нечего, решаем нанести визит в село.

Неторопливо пробираясь через кукурузу, проезжаем вплотную к хатам. И тут же встречаем двоих русских, безоружных, они нам ни к чему, пусть себе убираются на все четыре стороны. Потом едем по лабиринту улочек, вокруг сплошная зелень, высокие деревья. Отчего-то все это как-то необычно и неприятно. Очень уж петляем по бесчисленным крутым поворотам, то вверх, то вниз. Но все же этот серпантин кончается.

К счастью, видим двоих наших водителей и две машины. И вдобавок нашего радиста. Русских всегда поражало, как это наши бронемашины обходятся без разворотов, чтобы изменить направление движения.

Надо сказать, наши оба двигателя здорово перегрелись, а машина Ваака вообще не хочет трогаться с места. В общем, мы пережили незабываемую нервотрепку. Атакуй нас сейчас противник, мы были бы вынуждены тут же дать стрекача, оставив ему нашу технику.

Но, слава богу, ни одного русского в форме нет и в помине, вероятно, противник побаивается наших внушительных бронемашин.

В конце концов протаскиваем нашу командирскую бронемашину через все огромное село.

Мы были готовы петь от счастья, выехав за пределы села и оказавшись в гуще зарослей двухметровой кукурузы.

На какое-то время пришлось там остаться — дать двигателям остыть. Русские женщины принесли нам молока и домашних пирогов.

Час спустя поехали назад, на сей раз по дороге. По правую руку лежит сбитый русский самолет.

Примерно в 17 часов добрались туда, где разместились наши. И вовремя — как раз раздавали довольствие.

Сегодня у нас на столе: бутыль меда, сливочное масло, 2 десятка вареных яиц, 15 поджаренных кусочков свинины — мяса того самого поросенка, которого мы раздобыли для полевой кухни. Одним словом, наедаемся до отвала. Хозяйка отварила нам картошки, но ее было решено оставить на потом.

Спать, правда, пришлось в машине.

8 августа 1942 г

Сегодня суббота. Однако поспать подольше не удается. Нас подняли уже в 2.30 утра: «Подготовиться к маршу!»

В спешке упаковываемся и съедаем, наконец, наш пудинг.

Но марш снова отложили, мы ложимся и спим до 6 часов, потом получаем у полевой кухни положенный кофе и завтракаем.

Как и вчера, в воздухе царит небывалая активность. Один раз пролетели аж 27 пикирующих, обычно мы видим не больше девяти.

Проехав метров 100 вперед к какой-то хате, останавливаемся и ждем команды выступить. Я приношу табурет и сажусь почитать. Тем временем привозят почту.

Около 10 часов решаю умыться, едва заканчиваю, как раздается команда, и мы отправляемся.

Жара невыносимая, градусов под 40 в тени, если не больше.

Вскоре добираемся до Лабы и переезжаем ее по понтонному мосту длиной около 100 метров. На берегу дежурят наши зенитчики. Вокруг полно