Сказки бабушки про чужие странушки. Арабские, английские, немецкие, испанские, бельгийские, итальянские, исландские, египетские, турецкие, китайские, финские, венгерские, индийские, шведские и другие сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки Страница 77

– Ни за что на свете мы не хотим больше меняться с вами местами…

– А мы даже не могли бы сделать этого, – закричали морские мальчики и бросились в море.

Они нырнули в глубину, потом снова подплыли к берегу, чтобы еще поговорить со своими знакомыми. Побыв в море, они повеселели, и старший из них сказал:

– Только подумать, вы, бедняги, должны ходить на каких-то двух смешных штуках, а потом вам приходится сидеть на стульях! Как это неудобно, как трудно.

В ответ один из мальчиков с земли сказал:

– Вы, может быть, думаете, что мы веселились? Моя кровать была коротка для меня, кроме того, мне пришлось лежать на мокрых морских растениях. Все ваши над нами смеялись, потому что у нас по две ноги и мы не умеем плавать, как вы. Потом, когда я лежал на каком-то обломке, один из ваших разбудил меня. Он хотел навязать мне на шею ус акулы. Я этого не мог вынести, и мы с братом сели на двух дельфинов и выехали на них на берег. Довольно с нас моря! Для нас хороша только земля.

Не знаю, случилось ли все это в самом деле или обоим мальчикам приснился один и тот же странный сон.

Одно я могу сказать наверняка: оба брата никогда больше не ворчали. Игра в мяч, плавание, гулянье с этого дня сделались для них только наслаждением.

Джек и золотая табакерка

Джозеф Джекобс

Давно-давно в одном очень большом лесу жил старик со своей старухой и с единственным сыном Джеком, который никогда в жизни не видал никого, кроме отца и матери, но знал, что в мире есть другие люди. Когда ему случалось читать об очаровательных принцессах, ему до безумия хотелось видеть их, и вот однажды, когда его отец рубил дрова в лесу, он сказал матери, что отправится странствовать, постарается найти себе счастье, и прибавил:

– Здесь я вижу только громадные деревья и, если останусь с вами, я, кажется, сойду с ума раньше, чем узнаю что-нибудь новое.

Во время этого разговора старика не было дома.

Бедная старуха сказала сыну:

– Что ж, мой бедный мальчик, если тебе уж так хочется уйти – уходи, и пусть Бог будет с тобой.

Старуха сделала большой пирог и отдала его сыну. Он ушел.

Вскоре он встретился с отцом, и старик спросил его:

– Куда идешь ты, мой мальчик?

Джек сказал ему то же самое, что и матери.

– Что ж, – ответил старик, – мне очень жаль, что ты уходишь, но если ты решил уйти – уходи!

Не отошел Джек еще далеко, как отец позвал его назад, вынул из кармана золотую нюхательную табакерку и сказал:

– Возьми вот эту табакерку, положи ее в карман и не открывай, пока не почувствуешь, что подходит твой смертный час.

Джек пошел дальше, наконец устал, проголодался. Свой пирог он уже съел раньше. Стемнело. Он с трудом различал перед собой дорогу. Далеко-далеко впереди мерцал свет. Джек пошел на огонек и, подойдя к дому, стал стучать в дверь. Дверь отворилась, из нее выглянула служанка и спросила, что ему нужно. Джек ответил, что ночь застала его в дороге и что ему нужно где-нибудь переночевать. Служанка ввела его в дом, усадила возле очага и подала ему хорошее мясное кушанье, хлеб и пиво. Когда он ел, в комнату вошла молодая красивая девушка и посмотрела на него. Он понравился ей, а она понравилась ему. Молодая девушка побежала к отцу и сказала, что в кухне сидит славный молодой человек с добрым лицом. Ее отец тоже пришел в кухню и спросил Джека, какую работу может он исполнять. В ответ Джек, глупый малый, объявил, что он может сделать все, что угодно. (Он хотел сказать, что он готов работать и исполнять все, что понадобится в доме.)

– Хорошо, – сказал ему хозяин дома, – если ты можешь делать все, что угодно, я желаю, чтобы к восьми часам утра у меня перед домом было огромное озеро, а по нему плавали большие военные корабли. Один из этих кораблей должен сделать мне королевский салют из пушек… И пусть от последнего выстрела сломаются ножки кровати, на которой спит моя дочка. Если ты не сделаешь всего этого, ты поплатишься жизнью!

– Хорошо, – сказал Джек.

Он пошел в свою комнату, спокойно прочитал молитву и проспал почти до восьми часов утра. Проснувшись, он увидел, что у него остается очень мало времени на то, чтобы решить, как спастись. В эту минуту Джек вспомнил о маленькой золотой табакерке, которую дал ему отец.

Он подумал: «Кажется, я еще никогда не был так близок к смерти, как теперь».

Джек нашел в кармане табакерку, вынул ее и открыл. В ту же минуту из нее выскочили три красных человечка и спросили:

– Что вам угодно от нас?

Джек сказал:

– Я желаю, чтобы тут перед домом было огромное озеро, чтобы по нему плавали самые большие в мире военные корабли, чтобы один из них салютовал и чтобы от последнего выстрела сломались ножки кровати, на которой спит молодая девушка – дочь хозяина дома.

– Отлично, – сказали человечки.

Едва Джек успел сказать все это, как пробило восемь часов. В ту же минуту раздалось: «паф, паф», да так громко, что Джек соскочил с кровати и выглянул из окна. Молодой человек, долго проживший в лесу с отцом и матерью, увидел такую чудную картину, какая ему и не снилась: в озере блестела вода и по нему плавали большие корабли.

Джек оделся, прочел молитвы и с улыбкой сошел вниз. Он гордился тем, что так хорошо исполнил желание хозяина дома.

Тот подошел к нему и сказал:

– Должен сознаться, молодой человек, что ты действительно очень умен и ловок. Пойдем позавтракаем.

За столом хозяин дома прибавил:

– Тебе придется исполнить еще два моих желания, и тогда я отдам тебе в жены мою дочь.

Хозяин дома велел Джеку повалить все большие деревья в его лесу к восьми часам следующего утра. Чтобы не удлинять слишком моего рассказа, скажу вам, что это было исполнено и хозяин дома остался доволен.

На третий день он сказал Джеку:

– Сделай для меня большой замок, стоящий на двенадцати золотых столбах. К нему должен прийти полк солдат и учиться перед ним. Пусть в восемь часов утра командир скажет: «Направо кругом».

– Отлично, – ответил Джек.

Когда наступило последнее утро, Джек исполнил третью задачу, и хозяин дома обвенчал