Я буду любить тебя всю зиму, посыпанную вечностью - Кристина Грицик Страница 49

я подумал: "Раз единственное, на что она реагирует, это мои саркастичные и неуважительные высказывания, то я засыплю её ими, чтобы хоть на какое-то время насладиться её вниманием". Я одновременно хотел довести тебя до нервного срыва и поцеловать. Тогда я ещё не осознавал силу своих чувств, а потому они сводили меня с ума вдвойне быстрее. Очень скоро этому пришёл конец, ты его положила. Во время нашей перепалки за столом ты сказала всё то, что, по моему мнению, сказала бы уверенная, умная и уважающая себя девушка. Ты сказала это не так, как обычно… Ни на тон не повысив голос и даже не взглянув мне в лицо, ты не только заставила меня почувствовать вину за своё поведение, но и осознать, что на долгое время станешь предметом обожания. После того вечера я прекратил нарочно провоцировать тебя, но благосклонней ты от этого не стала. Я решил открыто говорить о своих чувствах и намерениях, но на это ты ответила ударом по моему самолюбию и снова ушла. Ты всегда уходила, но самое ужасное – это осознание того, что я сам, собственными действиями заставил тебя сложить о себе такое низкое мнение. Меня приводили в ярость твои слова, что мне не стоит извиняться за то, что я был собой, или, что иногда своими изменениями в поведении я напоминаю тебе Чака, но я прекрасно понимал, что винить в этом мог только себя одного. Я влюбился, и с тех пор, как осознал это, ни одна минута времени с тобой не была фальшивой. Прошу, запомни это навсегда. Как и то, что ты самая невероятная девушка из всех, кого я встречал.

Помнишь тот благотворительный бал? До того вечера я думал, что ненавижу танцевать, но всё изменилось, когда я танцевал с тобой. Стыдно признаться, но я даже скачал песню, которая тогда играла. А на дне рождении Меган, когда ты рассказала мне о своём дяде, вдобавок к и без того пылким чувствам добавилось строгое уважение и бесконечное восхищение. Я становился всё ближе и ближе к той любви, которую невозможно описать словами. И вот я здесь. Сижу в машине на парковке и чувствую себя самым счастливым человеком на земле, потому что знаю, что совсем скоро увижу тебя.

Я никогда не говорил, как сильно люблю просто наблюдать за тобой: за тем, как ты напеваешь себе под нос рождественские песни, как прячешь волосы за ухо, как встревоженно смотришь фильмы, как морщишь лоб, когда чихаешь и вытираешь нос от муки. Не думал, что когда-то буду обращать внимание на такие детали в чьём-то поведении. По правде говоря, их настолько много, что, если я упомяну все, ты будешь читать это письмо до утра. А мне так не терпится тебя увидеть, что, пожалуй, на этом я остановлюсь и поскорее пойду домой. Я ведь дал обещание – сделать это Рождество лучшим в твоей жизни.

Я люблю тебя, Скай. За 24 года я встречал сотню людей, но общения ни с одним из них не вызывало во мне таких сильных чувств, какие я испытываю при одной только мысли о тебе. Ты навсегда изменила мои представления о жизни и любви.

Твой Стив

P.S. Зови меня, когда тебя угодно,

       А до того я буду терпелив.

Удел мой – ждать, пока ты не готова,

И сдерживать упрек или порыв."

Молниеносные мысли словно витают в воздухе, но я быстро хватаюсь за самую важную. Я больше ни на секунду не сомневаюсь и хочу, чтобы он это знал. Смахнув слёзы счастья, я встаю на ноги и кладу письмо на стол. От переизбытка чувств даже слегка кружится голова, но я не обращаю на это внимание. Единственное, что я хочу, это увидеть этого парня. Парня, который одним письмом заставил меня чувствовать безграничное счастье.

– Через пару минут можем садиться за стол! – объявляет Кортни, но до меня эти слова доходят лишь туманным эхом, а об их восприятии нет и речи. Картина перед глазами слишком расплывчатая от проступающих слёз, а по телу чувствуется тяжёлая пульсация от предвкушения встречи. В попытка узнать, где он, я ещё раз беру в руки письмо и обращаю внимание на постскриптум. Вспомнив, что эти слова принадлежат Шекспиру, и мысленно поблагодарив своих родителей за то, что с детство привили мне огромную любовь к литературе, я продолжаю развязывать клубок. В памяти всплывает история Стива о том, как ещё в детстве он перечитал все труды Шекспира, когда в качестве наказания неделю убирался в семейной библиотеке. "Удел мой ждать…"

– Я всё поняла! – радостно восклицаю я, но, к счастью, остаюсь неуслышанная другими в комнате. Не теряя ни секунды более, я торопливыми шагами пересекаю гостиную и подхожу к месту, в котором, как меня заверяет моя интуиция и логика, меня ждёт Стив.

Глава 53

Вмиг открыв дверь, я захожу в комнату, где, когда-то подслушав разговор Стива с друзьями, впервые осознала серьёзность его чувств ко мне. С того момента прошло много времени, учитывая то, насколько сильно изменились наши отношения.

Вид при входе по-прежнему загораживает длинный шкаф, но я уверенно иду прямо по узкому проходу в большую комнату с высоким потолком и стенами, доверху забитыми книгами, где разливается тусклый свет от настольной лампы.

– Стив. – Я трепетно улыбаюсь, когда встречаю его взглядом. Подойдя ближе к письменному столу, возле которого он стоит, я замечаю, как, то ли от освещения, то ли от сильных эмоций его глаза сверкают блестящими огнями, а на губах появляется улыбка, увековеченная в моей памяти как самая прекрасная.

– Стив, я…

– Если позволишь, я первый, – перебивает меня он и вручает маленькую прямоугольную коробку.

– Что это?

– Твой подарок на Рождество, – отвечает он. Взяв его в руки, я бережно поднимаю крышку и заглядываю внутрь. На дне лежат несколько авиабилетов, и я, наклонив голову набок, поднимаю взгляд на Стива в ожидании объяснений.

– Я говорил с твоими родителями. В общем, это было сложно, но они приедут сюда на Новый год вместе с Чарльзом.

Вмиг у меня перехватило дыхание, а от восторга я закрываю рот рукой.

– Стив, спасибо! Это лучший подарок в моей жизни… – с восторгом начинаю я, но останавливаюсь в недоумении: поставив коробку на стол, Стив разворачивается обратно ко мне, только вот смотрит он куда-то наверх. Я тоже поднимаю голову, чтобы увидеть, что его так отвлекло,