Большая книга ужасов – 92 - Ксения Андреевна Левонесова Страница 45

Юлианна вздохнула и положила тонкую ладонь на громадную руку мужа. Тот словно очнулся от чтения и посмотрел на нее.

– Валера, мальчики подрались из-за воскресной охоты. Сергей притащил в школу эту гадость… где же она… – Юлианна встала из-за стола, начала копаться в сумочке и через пару секунд вытащила ожерелье из клыков. Марс тут же уткнулся в чай, стараясь даже случайно не взглянуть на трофей. – Вот, посмотри!

Егерь взял ожерелье и нахмурился.

– Волчьи. Детские, – сказал он. – Даже кровь не стерли…

– Я за это его и ударил, – сознался Марс. – Не выдержал. Он так хвалился этим, так хвастал!

– Возьми. – Валерий передал ожерелье Марселю. – Пусть будет напоминанием о человеческой жестокости. Охота с наслаждением – это все равно что убийство. Правильно сделал, что ударил.

– Валера! – возмутилась Юлианна.

– Кто это принес?

– Серега Пятаков, – ответил Марс.

– Пухлый такой, взрослый?

– Да.

Егерь кивнул.

– Помню его. Он приходил вчера вечером. Хвастал, что отлично стреляет, что ему понравилось на охоте. Сказал, хочет быть моим учеником, защищать поселок от хищников. А у самого рукава в крови.

– Что вы ему ответили? – спросил Марс.

– Послал к черту. Не такие люди должны защищать.

– Наверное, он озлобился, потому и притащил эту дрянь, – задумчиво произнесла Юлианна. – Это ведь надо же было так постараться, проделать отверстия в зубах, чтобы нитка прошла…

– Волки ведь правда нападают на деревню, – сказал Марс.

– Не считая тебя, всего один раз, на псов Пятаковых, – отозвался Валерий. – Да и там непонятно. Трупов собак мне не показали, вроде как похоронили сразу. Но их семейство славится любовью к охоте. Я уже ловил их на несколько штрафов. Казалось бы, после такого не должны выдавать разрешения на охоту, но у нас все так устроено… – Валерий покачал головой, словно осуждая систему. – Если бы не зафиксировали нападение на тебя, то и охоты бы не было.

– Так ведь еще курицу стащили, – напомнил Марс. – Из дома математички… то есть Ирины Сергеевны.

Юлианна посмотрела на него удивленно.

– С чего ты взял?

– Я… – Марсель поерзал на стуле. – Слышал что-то такое. А разве нет?

– У Иры всего десяток куриц, и она бы все уши прожужжала, если бы у нее кто-то пропал.

«Но я видел! Я сам показал волку дыру в заборе!» – хотел закричать Марс, и психолог будто ответила на его мысли.

– К тому же он бы никак не пробрался к ней в огород. После нападения на собак Пятаковых Ира в тот же день починила забор. Ха, Валер, представляешь! Полтора года там была дыра, и только когда прижало – вставила она эти несчастные несколько досок. Марсель, что ты пьешь?

Марс посмотрел на собственные руки. Они сжимали те витамины, которые дала мама. Рассасывал драже, даже не задумываясь, к тому же противопоказаний у них вроде бы никаких не было. Но почему-то сладкий вкус позволял мыслям ходить стройными рядами, а не метаться беспорядочно, как раньше.

– Да так, ерунда. Это мне от сотрясения дали.

– От сотрясения? – Юлианна задумалась. – Хм. Травма головы… В этом может быть причина твоей агрессии. По крайней мере, я смогу сказать директору именно так, чтобы к драке отнеслись не столь строго. Дай-ка перепроверю…

Она достала телефон и что-то быстро набрала.

– Ну да, все верно. Последствия сотрясения самые разнообразные: психологические и эмоциональные реакции – вот тебе и причина драки. А еще светобоязнь, головная боль, обостренная чувствительность, возможны галлюцинации… Марсель?

Марс коснулся ушей. Он слышал нарастающий гул, а вместе с ним и детские крики, будто бы плач.

– Вы слышите?

– Что?

Он подошел к двери и открыл ее. Теперь звук стал громче, разборчивей.

– Волк воет. И будто бы плачет. Вы правда не слышите?

– Может быть, это все последствия… – начала Юлианна, но Валерий тут же ее прервал:

– Слышу. Похоже, кто-то попался. Нужно ехать!

Он вытащил из одного из шкафов охотничье ружье, картонную пачку с патронами и направился к двери.

– Я с вами! – Марс бросился за ним, боясь, что его прогонят. Но егерь, будто не услышал его, сел в уазик и бросил ружье на заднее сиденье. Марсель, не дождавшись возражений, забрался на переднее и пристегнулся.

Они поехали быстро, перепрыгивая кочки, трясясь на кривой сельской дороге. Окна Валерий открыл, чтобы ехать на звук.

Шум двигателя и тряска все равно не могли заглушить крик боли. Марсель едва сдерживался, чтобы не заткнуть уши – вой пробирал до костей, заставлял тело сжиматься.

– Охотники расставили капканы вокруг поселка, – сказал Валерий. – Похоже, волк попался.

– Что с ним будет?

– Посмотрим…

Они остановились внезапно. Вой стих. Марсель даже не сразу заметил, как свет фар выхватил среди стволов и голых веток тело волка. Он стоял, вздыбив шерсть, выпятив лопатки, готовый напасть.

– Не выходи, – предупредил егерь и потянулся назад, за ружьем.

Марс вгляделся в хищника: нет, он не готовится к атаке. Он парализован и не может сдвинуться. На передней лапе сомкнулись зубья капкана, вокруг ошметки шерсти, крови и мяса. Сам волк, отойдя от шока, начал поскуливать, как побитая собака, и кусать лапу.

– Что с ним?

– Пытается отгрызть лапу, чтобы сбежать, – ответил егерь.

– А что мы будем делать? – Марс спросил и тут же понял, что не хочет слышать ответ.

– Он подошел слишком близко к поселку. Не выходи, рядом могут быть другие. И лучше не смотри.

Валерий медленно вышел из машины. Волк пригнулся, насколько позволяла ловушка, прижал уши, оскалился. Даже перед лицом смерти он оставался бесстрашным.

«Почему в сказках волки трусливые? – подумал Марсель. – Этот готов биться до конца».

Лапа кровоточила. Показалось, что среди ошметков мяса видна кость. Егерь направил ружье на волка, и Марс едва успел отвернуться.

Выстрел.

Марсель старался не смотреть, подозревая, что Валерий сейчас осматривает волка и, возможно, решит похоронить.

«Нет. Нельзя так. Будет нечестно и неправильно избегать этого», – подумал Марс и заставил себя поднять голову.

Егерь уже освободил лапу мертвого волка из капкана, взвалил его тушу, как серый меховой мешок, на плечи и понес к машине. Марсель выскочил, чтобы помочь.

– Открой заднюю дверь, – сказал егерь.

– Что вы с ним сделаете?

– Он уже мертв. Глупо будет не содрать его шкуру – продам. Остальное закопаю.

– Это волк? В смысле, мужского пола?

– Да. Возможно, это просто отбившиеся от стаи. У волков иногда образовываются пары отшельников, они уходят от остальных и живут отдельно. Я подстрелил волчицу, которая на тебя напала, охотники убили волчат. Сейчас я добил волка. Не осуждай. Даже если бы я его освободил, с перебитой лапой он бы только доживал свои дни впроголодь. Без стаи ему не прожить. – Валерий скинул тушу в багажник. Марсель невольно взглянул в волчьи глаза, будто остекленевшие, безжизненные. Сердце защемило.

– Вам же тоже не нравится убивать, правда? Почему вы не бросите эту профессию?

Сзади уазика из освещения были только красные огни заднего хода, которые почему-то горели. И все же Марсель поймал взгляд егеря, направленный в лес.

– В первые годы –