Туманная радуга. Том 1 - Ксения Бугрим Страница 44

Не успела она занести ногу для удара, как сзади кто-то стал тянуть ее за футболку, сбивая атаку. А дальше подоспели остальные и вовсе стали нагло бить ее по ногам и отпихивать от ворот, делая вид, что просто пытаются отобрать мяч. В конце концов, они добились своего. Вероника потеряла равновесие и упала перед самыми воротами. Левое колено пронзила острая боль. «Скорее всего, скоро там будет огромный синяк» – промелькнуло у нее в голове.

Нина Политова дала «пять» Лене Карелиной. Очевидно, они были довольны своей так называемой командной работой.

– Семен Семеныч, это вообще нормально?! – возмущенно заорала Оля, и к ней сразу присоединились остальные девчонки из команды Вероники.

Тимур подошел к учителю и потребовал назначить пенальти, но на этот раз Жаба и сам заметил нарушение.

– Не галдите, – громко сказал он. – Без вас вижу, что нарушают. Сначала хотел назначить обычный штрафной, но тут уже явно напрашивается шестиметровый. Ханин, кто будет выполнять удар?

– Каспранская, – ответил тот и обратился непосредственно к Веронике: – Бить сможешь?

– Даже не сомневайся, – бросила она, даже не глядя на него.

Внутри нее плескалась ярость. Больше всего на свете она хотела забить этот гол и посмотреть, как ее соперницы будут орать друг на друга после досадного поражения. Поставив мяч на шестиметровую отметку, она приготовилась к удару. Все остальные по команде учителя отошли на пять метров назад. В этот момент прозвенел звонок на перемену. Учитель жестом велел всем оставаться на местах и дунул в свисток.

Вероника видела перед собой только мяч и ворота, которые в тот момент казались ей пустыми. Нина Политова, вот-вот готовая отразить удар, просто перестала существовать. Ее ворота уже все равно были обречены. Вероника разогналась и ударила по мячу пыром. В этот удар она вложила всю свою злость, все негодование. Мяч, бешено вращаясь вокруг своей оси, летел в левый верхний угол. Зал притих.

– В девятку, охренеть! – крикнул кто-то, и все вокруг загудели.

Обернувшись назад, Вероника окинула тех, кто бил ее по ногам, взглядом, полным торжества. Вся ее злость сразу куда-то испарилась, как будто ее и не было.

В зале стало очень шумно. В сторону Вероники летели одобрительные возгласы, которые перемешивались между собой, и было невозможно понять, кто что кричит. Прихрамывая на левую ногу, она взяла курс на раздевалку, но союзницы по команде подбежали к ней и оцепили ее большим коллективным объятьем. Вскоре к ним присоединился Тимур. Вклинившись в круг, он оглядел девчонок и сказал:

– Никогда не видел, чтобы бабы сходу секли, что к чему. Вы все молодцы. Серьезно. – Уходя в раздевалку, он ненадолго задержал взгляд на Веронике. – Нормально раздаешь, Каспранская.

На перемене Росомаха сообщила, что урок МХК, который должен идти сразу после физкультуры, отменяется, и десятый «Б» может идти домой. Вероника позвонила Зинаиде, чтобы справиться о ее самочувствии и заодно сообщить об отмене урока. К счастью, таблетки подействовали быстро, и с подругой был полный порядок. Договорившись созвониться вечером, чтобы обсудить прошедшую игру, девушки попрощались, и Вероника отправилась домой.

Она шла до остановки медленным шагом, наслаждаясь солнцем и осенними пейзажами. Погода полностью соответствовала ее настроению. Было тихо и спокойно, только опавшие разноцветные листья мерно шелестели под ногами, создавая неповторимый осенний уют. Эту идиллию испортил звук стремительно приближающихся шагов.

Щурясь от солнца, Вероника обернулась и, к своему удивлению, увидела Тимура. Его дом находился где-то во дворах на противоположной стороне улицы, но он почему-то решил пропустить свой поворот.

«Неужто из-за меня? Да не может такого быть…»

Тимур помахал ей рукой, и она остановилась. Убегать было как-то глупо, поэтому ей ничего не оставалось, кроме как ждать его приближения, неловко переминаясь с ноги на ногу.

Тимур не переоделся после урока, и на нем по-прежнему были черные, зауженные к низу спортивные штаны, которые ему безумно шли. Когда он наконец поравнялся с ней, она продолжала по инерции смотреть на его ноги.

– Каспранская, мне придется проводить тебя до дома, – сказал он. – Половина нашего класса хочет на тебе жениться, а другая половина – убить. Так что у меня, как у тренера, серьезные опасения по поводу твоего благосостояния.

Вероника хотела сказать, что до ее остановки идти всего минут десять, но вместо этого, к своему стыду промычала нечто невразумительное. Тимур схватил ее под локоть и скомандовал:

– Пошли, Лионель Андрес.

– Кто такой Лионель Андрес?

– Месси. Знаешь такого? Почти так же хорош в игре, как и ты.

– Ну это вряд ли, – попыталась пошутить она, но Тимур ожидаемо не засмеялся.

– Как нога?

– Порядок.

Они шли вперед медленным шагом, причем явно не по ее инициативе. Тимур еле переставлял ноги, нарочно замедляя движение. Впрочем, Вероника ничуть не возражала.

– Ты же где-то занимаешься футболом? – поинтересовался он. – Записалась в секцию или вроде того?

Вероника мгновенно разозлилась. Виду она не подала, но на деле была глубоко возмущена его самоуверенностью. «Ты, что, всерьез считаешь, что ради тебя я поперлась заниматься в футбольную секцию?? Чтобы произвести на тебя впечатление, да? Ага, щас, размечтался!» Где-то в глубине души она понимала, что ради него была способна еще не на такое, и это злило еще больше.

– Нет, но когда мне было лет десять, я пару раз играла в футбол в нашем дворе.

– В вашем дворе жил Жозе Моуринью?

– В смысле?

– Ну кто-то же научил тебя бить в девятку.

– Меня тренировал парень, который где-то потерял фалангу от мизинца, и поэтому все называли его «Девять и три четверти». Он был очень хорош в игре. Не помню, как его настоящее имя, но, скорее всего, не Жозе.

Вероника немного слукавила. Она действительно играла в футбол во дворе, но это было не пару раз, а все лето. В то время ее родители целыми днями трудились над важным проектом в своем НИИ, а подруги как назло разъехались кто куда. С неделю просидев дома, Вероника решила выйти во двор. Она села на лавочку перед импровизированным футбольным полем и стала наблюдать за игрой мальчишек. Потом снедающая скука придала ей мужества, и она решилась попроситься в игру. К ее удивлению, никто не стал возражать. Так началась ее скромная «карьера» в дворовом футболе.

Воспоминания вихрем пронеслись в голове, вызывая на лице легкую ностальгическую улыбку. Но рассказывать обо всем этом Тимуру у девушки не было никакого желания. Он все равно считает ее ни на что не способной идиоткой, так что пускай думает, что хочет. Но втайне ей все же хотелось, чтобы теперь в его глазах она стала немного лучше. Возможно, он даже решит, что у нее природный дар к