Школа клоунов - Эдуард Николаевич Успенский Страница 3

«КАЖДОМУ РЕБЁНКУ – РАБОЧЕЕ МЕСТО»,

«НЕ ХОЧУ БЫТЬ БЕЗДЕЛЬНИКОМ, ХОЧУ БЫТЬ АКАДЕМИКОМ!»

«С ЗАВТРАШНЕГО ДНЯ ВЫ НЕ УЗНАЕТЕ МЕНЯ».

И такой самый опасный для родителей призыв:

«КАЖДОМУ РЕБЁНКУ ДАЙТЕ ПО КОТЁНКУ!»

Котёнка вам так сразу не дадут, а рабочее место вы наверняка получите.

Второй день занятий

Сначала Василиса Потаповна решила немного повоспитывать клоунов. Она сказала:

– Дорогие учащиеся! Если человек культурный, он просто обязан уметь писать и читать.

– И неправда! – моментально возразила Наташа. – Я, например, культурная. Не дерусь. Не плююсь, где не надо. А писать не умею.

– И я культурный! – закричал клоун Саня. – У меня есть целых два носовых платка. Один мой. Один для Полкана. А читать я не могу.

– Но культурный человек должен знать всё, – настаивала Василиса Потаповна. – Поэтому он читает газеты!

– А я радио слушаю, – возразил скромный Шура. – И тоже всё знаю. Сколько градусов в Подмосковье. Какие события сейчас в Африке.

– А какие события сейчас в Африке? – спросила Наташа. – Айболит ещё там?

– Значит, выходит, что учиться не обязательно? – растерялась Василиса Потаповна.

– Выходит, что так выходит, – ответил Шура.

Раздался треск мотоцикла. Это приехала Ирина Вадимовна. За ней возник Помидоров с портфелем под мышкой.

– Чем вы тут занимались?

– Нам Василиса Потаповна объясняла, что учиться совсем не обязательно! – закричала радостная Наташа. – Можно радио слушать и всё знать.

– А если вам надо написать письмо товарищу?

– Мы ему по телефону позвоним.

– А если телефона нет?

– Мы это письмо нарисуем, – не унималась Наташа. – При помощи картинок.

– О’кей! – сказала Ирина Вадимовна. – В таком случае, мы проведём опыт. Мы с клоуном Саней уйдём в живой уголок. Он нарисует письмо. А вы будете его читать.

Клоуны обрадовались и стали ждать. А товарищ Помидоров читал газету.

В живом уголке Ирина Вадимовна сказала Сане:

– Помнишь телеграмму, которую ты прислал нам из тайги?

– Конечно.

– Вот её и нарисуй.

Саня крепко задумался. Потом взял карандаш и нарисовал такой рисунок:

Директриса глянула и сказала:

– Что-то я не понимаю. Ведь телеграмма была такая: «Встречайте меня. Я уже вылетел. Клоун Саня из тайги и его верный Полкан». И никаких мух.

– И здесь мух нет. Это пчела. Она жужжит. Значит надо читать: ж-ж-ж. А это – дитя. Вместе получается: ж-ж-ж-ждитя. Дальше нарисован я.

– А ты что делаешь?

– Я ужа лечу.

– При чём тут уж?

– А при том, что получается: ж-ж-ж-ждитя. Я ужа лечу. То есть – я уже лечу в самолёте. В смысле – вылетел.

– Что же. Логично, – согласилась начальница. – Только ты и самолёт нарисуй… И ещё в телеграмме про Полкана было.

Саня согласился и дорисовал. Вот что у него вышло:

Иными словами:

– Ж-дитя самолёт я уже лечу вместе с Полканом.

Потом Саня свистнул, и со двора примчался Полкан, стуча высокими каблуками по паркету. Саня запихнул ему в рот письмо и велел отнести клоунам.

И вот Полкан ввалился в класс с посланием в зубах. Все к нему бросились. Первой, как обычно, успела Наташа. Она стала читать:

– Ой, это всё очень просто. Когда Саня был маленький, его укусила муха. Так что он даже подлетел. Он долго болел и страдал. И решил, когда вырастет, он станет врачом и будет лечить зверей.

– А что? – сказала Василиса Потаповна. – Очень трогательная история. Может, всё так и было.

– Нет, – возразил Шура. – Это надо по-другому читать. Смотрите: Полкан, уж, доктор… Это ж стихотворение получается.

Полкан уж заболел,

Как малое дитя.

Летите все ко мне,

Он болен не шутя.

– Высокая поэзия, – сказал товарищ Помидоров. А потом добавил: – И температура высокая – что-нибудь под сорок… – Но тут его осенило: – Как же Полкан заболел, когда он сам сюда пришёл. Нос у него холодный, язык красный. Хвостом так и крутит. И при чём тут муха?

– Внесём поправки, – сказал поэтический Шура. – Учтём муху.

– И хвост надо учесть, – вставила Наташа.

– И хвост учтём. Вот что будет:

Полкан уж весь здоров,

Как малое дитя.

Он мухой к нам летит,

Своим хвостом крутя.

Василиса Потаповна была поражена. Как из такого маленького письма столько поэзии вышло? Только что Полкан был больной с высокой температурой, и вот он уже здоров, «своим хвостом крутя». Сама Василиса Потаповна только головой крутила.

В это время в живом уголке Ирина Вадимовна беседовала с клоуном Саней.

– Жил ты раньше, Саня, в тайге. Коза твоя охотничья белок выслеживала. Кругом просторы, поля, мотоциклы. А теперь ты должен работать. Учиться писать и считать.

– Только писать! – возразил Саня. – Мне считать необязательно. Я очень хочу с одной девушкой переписываться. Я её в «Огоньке» увидел. И решил с ней дружить. – Он вытащил из-под рубашки журнал, завёрнутый в целлофан, и показал портрет. – Она строгая и серьёзная.

– Очень хорошая девушка! – похвалила Ирина Вадимовна. – Мы обязательно познакомимся с ней поближе. Мне кажется, я даже знаю, где она живёт.

Тут прибежали клоуны и стали читать Сане его загадочные стихи:

Полкан уж весь здоров,

Как малое дитя.

Он мухой к нам летит,

Своим хвостом крутя.

– Во дают! – рассмеялась Ирина Вадимовна. – Ты им телеграмму послал, а они целую поэму сочинили.

Тогда Саня всё рассказал про своё письмо.

– Такое письмо надо посылать вместе с сочинителем, – сказал товарищ Помидоров. – Чтобы он сам и разгадывал. Откуда я знаю, что это жж-дитя, а не ж-же-ребёнок?

– Может, ещё один опыт проведём? – сказала Ирина Вадимовна.

– Давайте!

– Есть такой призыв всенародный: «Прячьте спички от детей». Напишите его при помощи рисунков.

Клоуны долго совещались в углу с товарищем Помидоровым. Потом принесли рисунок. В углу была женщина. Она стирала что-то в корыте. А вокруг было много-много спичек.

– Как это понимать? – спросила Ирина Вадимовна.

А Василиса Потаповна только глазами хлопала из-под очков.

– Это прачка, – сказала Наташа. – Это спички. Вот и выходит: ПРАЧКА СПИЧКИ. То есть ПРЯЧЬ-КА СПИЧКИ. Это ясно любому, даже слаборазвитому.

– Нет, – не согласилась Ирина Вадимовна. – Тут и сильноразвитый ничего не поймёт. То ли это «Прячь-ка спички», то ли это «Стирайте дрова». Не получается у вас с рисунками… А как быть с фамилиями? Товарищу Помидорову в паспорте надо помидор рисовать?

Клоуны опечалились. Действительно, на рисунках далеко не уедешь.

– А