Пушкин в квадрате - Мария Добрая Страница 3

– Ну что ж, – громко начала учительница, – если наш собственный Пушкин не может рассказать нам о поэте, придётся мне это сделать за него. Итак, Александр Сергеевич написал свои первые стихи уже в семь лет. Да, да. Многие дети в этом возрасте ещё в игрушки играют, а поэт уже вовсю трудился, чтобы у вас было домашнее задание.

Рядом с Сашкой что-то хмыкнуло. Он повернул голову и вскрикнул на весь класс:

– Пушкин?!

– Спасибо, Александр, мы все помним твою фамилию, – произнесла Ольга Дантесовна. – Просто замечательная фамилия, которую надо носить достойно, да?

Ученики захихикали и зашептались, но Сашка ничего не слышал. Он замер. Рядом с ним за партой собственной персоной сидел не кто-нибудь, а великий поэт Александр Сергеевич Пушкин и выглядел он так же, как на портрете, который висел в классе. Поэт был одет в чёрный костюм, а у шеи торчали белые уголки рубашки, приподнятые атласным платком. Растрёпанные волосы, словно две дорожки, спускались по щекам, сужаясь, до самого подбородка. Точно так, как на портрете. Сашка зажмурился.

«Скорее всего, он сейчас исчезнет, как пять минут назад растая-ла Ольга Дантесовна», – прошептал он и открыл глаза. Поэт всё ещё сидел рядом.

– Александр Сергеевич, – кивнул он Саше, дружелюбно улыбаясь.

– Здравствуйте, – ответил он. – А вы тут что, кино снимаете?

– Нет, – покачал головой сосед, – я тут стихи пишу. За столом гораздо удобнее, чем там, – добавил он и показал в сторону классной доски.

Саша увидел пустую рамку от портрета и не на шутку испугался! Получается, Александр Сергеевич – это, это… настоящее привидение!

– Вы не могли бы пересесть за другую парту? Вон у Плюшкина свободно, – шёпотом попросил Саша, но поэт покачал головой.

– Нет, там занято.

Саша тоже покачал головой и прошипел:

– А я говорю, свободно.

– А я говорю, занято. Там новенькая сидит.

– Нет у нас новеньких в классе.

В эту же минуту дверь класса открылась, и на пороге появился директор школы. Он торжественно улыбался и держал за руку девчонку. Ученики с интересом стали разглядывать новенькую, а она от этого нервничала и всё время поправляла непослушный завиток, который то и дело выпрыгивал у неё из-за уха.

– Это новая ученица вашего класса – Наташа Рыбкина, прошу любить и жаловать.

«Любить и жаловать», – эхом пронеслось у Сашки в голове. Он стоял и смотрел на непослушный завиток Рыбкиной и даже на какое-то время забыл про встречу с поэтом.

– Пушкин, урок ещё не закончен, быстро сядь на место! – сказала Ольга Дантесовна особенно строго.

Особенно строго, потому что в классе всё ещё был директор школы, которому очень нравилось, что учительница умеет строго разговаривать с учениками третьего класса. Он осмотрел класс и почти незаметно улыбнулся Ольге Дантесовне, будто бы хотел сказать: «Да-да, вот так и надо с ними работать». Потом он быстро вышел, потому что у него были срочные дела.

Ученики посмотрели на Сашку и снова зашептались, а громче всех, конечно, девчонки. Наташа Рыбкина смущённо опустила глаза. Пушкин наконец сел и опять вспомнил про соседа по парте. Поэт улыбался. Сашке вдруг стало обидно – чего это он над ним смеётся? Он поднял руку и громко сказал:

– Ольга Дантесовна, а можно новенькую за мою парту посадить?

Девочки переглянулись, а Наташка Рыбкина стала ярко-розовой, словно клубничный леденец.

– Нет, Пушкин, – ответила учительница, – у Наташи плохое зрение. Она сядет за первую парту к Плюшкину.

Поэт пожал плечами и снова улыбнулся. Тогда Сашка взял и громко залаял. На весь класс.

– Пушкин, что с тобой?! – воскликнула учительница и от неожиданности подпрыгнула на стуле. Весь класс тоже подпрыгнул. За компанию.

– Извините, Ольга Дантесовна, – крикнул Сашка и побежал к двери. – Мне срочно надо домой! У меня это… Собачий насморк. Очень заразный!

О том, как попасть в Африку

В Африке Сашка оказался совершенно случайно. В Африку обычно именно так и попадают. А ещё туда надо довольно быстро бежать. А ведь у Сашки пятёрка по бегу. Единственная.

Бежал он, бежал, а потом смотрит – забор. Высокий забор и надпись: «Африка».

– Как же я сразу не догадался в Африку бежать? – обрадовался Сашка. – Ведь в Африке никаких тебе уроков, никакого Плюшкина, никакого Пушкина. Вернее, Пушкин есть, но один – я сам, а не какое-то привидение. Решено. В Африку! И может быть, навсегда! Только как туда попасть?

Видит Сашка, на одной доске гвоздя нет и написано: «Потайной ход». Пушкин сразу понял, что эта надпись была сделана специально для него. Потайные ходы случайно не попадаются. Он отодвинул дощечку, просунул голову в щель, а там – самая настоящая Африка! Пальмы растут, а на них, конечно, бананы – срывай бесплатно и ешь сколько хочешь! Везде гуляют слоны, носороги, зебры и другие животные. Они обрадовались, когда увидели Сашу, стали приветствовать его, махать ему хвостами, хоботами и ушами.

– Заходи скорее, мы тебя заждались!

– А откуда вы обо мне знаете? – удивился Саша.

– Как же, – удивились звери в ответ, – Пушкина все знают!

– Сейчас мы тебя к нашему царю отведём, – сказал один носорог.

– Ко льву? А он меня не съест? – испугался Пушкин.

– Нет, что ты, – звери дружно замотали головами, рогами и хвостами, – наш лев только овощами и фруктами питается. Не бойся. Пойдём!

– А, ну тогда я согласен, – успокоился Саша.

Уж очень ему хотелось посмотреть на льва, да ещё на такого льва, который ест только фрукты и овощи.

Лев сидел на троне и ел банан.

– О, – говорит он, – проходи, садись, угощайся. Знаешь, Александр, мне помощь твоя нужна.

Саша уселся рядом и взял из большой корзины банан.

– Я на днях книгу читал, – начал лев, – да вот несчастье – пошёл сильный тропический ливень, и буквы в книге размыло. Теперь я не могу узнать, чем дело кончилось. Расскажи-ка мне, будь другом. А то я спать не могу и бананы есть. Мучаюсь очень.

Саше очень понравилось предложение быть другом настоящему царю зверей, но книги он с детства не любил читать и ни одной сказки не знал. Разве что про Колобка.

– Я про Колобка знаю, – ответил Сашка, очищая уже десятый банан. – Могу рассказать. Жили-были дед и баба…

– Про Колобка я и сам знаю, – перебил лев. – Мне мама её много раз читала. А ты эту расскажи.

Смотрит Сашка, а на обложке написано: «А.