Подарок из прошлого - Екатерина Алексеевна Каретникова Страница 20

Отец вышел минут через десять. Гришке показалось, что он на что-то сердится.

– Ну что? – осторожно спросил Гришка.

– Что-что… – повторил отец. – Пойдёшь четвёртый класс заканчивать. С языком здесь, правда, беда, но деваться некуда. Ладно, дома наверстаешь. Я с тобой сам займусь. Пошли!

– Куда?

– На квартиру, к Лукьяновне.

– А мне что – в школу не надо?

– Почему? Очень даже надо. В понедельник. К девяти нуль-нуль. Так что шевели лапами. Дел по горло.

Гришка посмотрел на отца жалобно.

– Пап, а можно я тут ещё немножко побуду?

– Это зачем? – удивился отец.

– Я с ребятами познакомился, – объяснил Гришка. – Они меня позвали поговорить.

– Драться, что ли? – прищурился отец.

Гришка отчаянно замотал головой:

– Нет, пап! Просто.

– Ну если просто, – пожал плечами отец, – то сходи. Только без глупостей! А то всё равно узнаю.

– Конечно, пап! – обрадовался Гришка.

Он не верил, что отец так легко его отпустит.

– Но к обеду чтобы был! – велел отец.

Гришка кивнул и со всех ног рванул к развалинам. Пока отец не передумал.

Глава семнадцатая

Лис. 2021 год

Лис сунул ноги в огромные тапки-шлёпанцы с носами, загнутыми вверх, как у туфель Маленького Мука. Шагнул раз, стараясь не потерять тапку, шагнул другой. Это было непросто, но у входа в комнату Лис уже приловчился. Главное было – не отрывать ноги от пола.

В комнате Лис уселся на диван и начал осматриваться. А посмотреть было на что. На стене напротив висела вырезанная из дерева картинка с рыбаком. Подведённое гуашью лицо показалось Лису смутно знакомым. Лис подумал, что где-то его видел, но где – вспомнить не смог. Рыбак-старичок сидел на пеньке, в руках держал удочку с большим красно-белым поплавком и совсем уж огромным крючком-зазубренником. А к этому крючку со всех сторон тянулись рыбы. Лис никогда не видел столько! Плоские прозрачные рыбы-тарелки из цветного стекла, толстолапые монстры с выпученными глазами из нарочито грубо раскрашенной глины, пластмассовые рыбки-погремушки, полосатые рыбёхи из мутного оникса.

Лис подумал, что неплохо было бы в его норе устроить что-нибудь похожее. Жаль, он раньше не догадался.

– Понравилось?

Мама Василисы вкатила в комнату сервировочный столик.

– Красиво! – кивнул Лис.

– Это нашей бабушки работа.

– Той, которая в парадной дежурит?

– Нет, – покачала головой мама Василисы. – Другой. Той, которая знала твоего деда.

– А, понятно.

– Да ничего тебе непонятно!

Василиса влетела в комнату в сапогах, на ходу сбрасывая пальто.

– Это она твоего деда нарисовала! Понял?

– Василиса, может быть, ты сначала разденешься? – усмехнулась её мама. – А потом начнёшь выдавать семейные тайны?

– Да какие там тайны! – махнула рукой Василиса. – Что моя бабушка была в его деда влюблена? А ты в его отца?

Лис никогда не видел, чтобы взрослые люди так краснели. За одно мгновение мама Василисы стала тёмно-розового цвета, от верхушки лба до шеи, утопавшей в воротнике свитера.

– Ну что, неправда? – зло рассмеялась Василиса, будто продолжая давно начатую ссору. – «Первая любовь не забывается». От нас и отец ушёл, потому что она у тебя так сильно не забылась! А его…

Василиса кивнула на Лиса.

– Его ты позвала вовсе не из-за коллекции! Плевать тебе на неё! Ты решила меня с ним познакомить. Чтобы я про Андрея забыла. И чтоб как вы с бабушкой…

Дыхание у неё прервалось, она всхлипнула и выбежала из комнаты, хлопнув дверью.

Лис выдохнул. Он только сейчас заметил, что пока Василиса выкрикивала свои странные обвинения, задержал воздух на вдохе, а выдохнуть забыл.

– Извини её, пожалуйста! – медленно проговорила мама Василисы, забыв, что сначала обращалась к Лису на «вы». – У неё сейчас очень трудное время.

– Да ладно! – пожал плечами Лис. – У меня сестра ещё и не так может. Даже не поймёшь – почему. Я привычный.

– Спасибо. Ну, почему так себя ведёт Василиса, я знаю. И даже могу объяснить. А вот извинить её поведение или нет, можешь решить только ты сам.

– Да ладно! – повторил Лис и неловко улыбнулся.

У него как будто слова кончились. Но ему стало жалко и эту взрослую, покрасневшую перед ним, как девчонка, женщину и её совсем непонятную дочь. Наверное, проще всего было бы – попрощаться и уйти. И пусть они сами разбираются со своими первыми любовями. Или любвями? Но уходить Лису не хотелось. Даже не так. Уйти Лис не мог. После знакомства с Василисой в нём как будто что-то перевернулось и никак не хотело возвращаться на место.

Мама Василисы стояла молча, прикоснувшись спиной к стене, и теребила воротник. Она забыла и про сервировочный столик, и про остывший чай.

Лис неподвижно сидел на диване и не мог ничего придумать.

– Я вообще-то монеты привёз, – нашёлся он наконец.

Мама Василисы благодарно улыбнулась. Лису показалось, что она тоже не хочет, чтобы он сейчас ушёл.

– Давай посмотрим. А я тебе покажу те, которые у нас.

* * *

Дома Лис даже ужинать не стал. Улёгся на кровать, закрыл глаза и начал думать. Он думал о монетах, которые показала ему мама Василисы, о самой Василисе, которую так больше и не увидел, об отце, который, оказывается, учился с мамой Василисы в одном классе. Недолго – всего три года, но она, похоже, помнила о нём всегда. А он, кажется, забыл про неё сразу же, как только поступил в институт и переехал в другой район.

Лису было странно и удивительно. Отец всегда казался ему самым надёжным человеком на свете. Очень домашним, но вечно занятым какой-то срочной работой. И чего уж греха таить – Лис и представить себе не мог, что когда-то в него влюблялись девчонки. По крайней мере, одна – мама Василисы. То есть, нет, – две. Его-то собственная мама тоже, наверное, была в него влюблена.

Лиза на цыпочках вошла в комнату.

– Привет! Ты чего есть не идёшь? – тихо спросила она.

– Меня там чаем напоили, – соврал Лис.

– Ну и как всё прошло?

– Нормально.

– Показал монеты?

– Ага.

– И что она?

Лис сел, спустил ноги с кровати и потянулся.

– Да ничего. Ей понравилось. А вы ещё не всё съели?

Лиза хихикнула:

– Ну… Немного тебе оставили.

– А мама не ругалась, что меня нет?

– На меня – нет.

Лис многозначительно кивнул и нашарил тапки.

– Пошли проверим, что вы мне оставили. Если нормально – то поделюсь.

Лиза, подпрыгивая, помчалась за ним на кухню.

Мама стояла у раковины и мыла тарелки.

– Привет, мам!

Лис решил сразу брать