Большая книга ужасов – 92 - Ксения Андреевна Левонесова Страница 16

Позвоночником почувствовал жар. Шипящий звук донесся непривычно громко, прямо в мозг ударил! Вода нагрелась. Течение усилилось волной. Демон на поверхности бесился, бил воду, шипел, столкнувшись с рекой, но продолжал бить.

В нос влетели пузырьки воздуха – Васька выдыхает понемногу. Скоро у нас закончится дыхание, но всплывать нельзя, до последнего нельзя!

Я считал. Десять, пятнадцать, двадцать… На двадцать третьей секунде Васька начала рваться вверх, всплыть, но я крепко зажал ее руками. Рано. Не знаю, чего жду, но пока рано!

У меня почти не осталось воздуха. Сознание отдаляется. Лишь бы не пускать ее на поверхность – сгорит, дура! Сгорит…

Демон перестал беситься. Шипящие удары по воде сменились тихим постукиванием. Будто капельки. Почти не осталось сил. Васька вырвалась из объятий и всплыла. Я за ней.

Воздух! Жадно глотаю воздух, откидывая мокрые волосы со лба. На поверхности еще холоднее! И еще – противное ощущение воды в носу.

Васька дрожащей рукой ткнула в сторону берега.

– С-смотри!

Демон погибал. Погибал, извиваясь струйками пламени под каплями воды.

– Дождь! – поразился я. – Дождь убивает его!

– Да! И тушит поле с деревьями!

Мы выбрались на сушу на противоположный берег. Холодный ветер обдувает со всех сторон. Вода с нас ручьями льется. Я еле переборол желание подойти к огненному демону и погреться у его подыхающего тела.

Монстр с шипением тух, распластавшись на земле. Теперь он больше походил на остатки большого костра. Дождь перерос в ливень и покончил с ним за полминуты. Васька кашляла, отплевывая воду. Я тоже не смог радоваться и только бесконечно вдыхал и выдыхал, вспоминая заново, что могу дышать.

– Победили! – сказала Василиса полминуты спустя. Я только кивнул – зубы от холода стучат, тело сводит судорогой. В ответственный момент оно не подвело, зато сейчас руки и ноги едва меня слушаются. Отжимать одежду бесполезно – мы уже промокли до нитки, а ливень и не думает прекращаться.

– Еще нет, – все-таки произнес я. – Подохнем тут, если не высушимся. Давай быстрее к твоему драндулету.

Сюда мы бежали долго, обратно добираться оказалось сложнее. Победа не радовала. Я едва шевелю ногами – они словно превратились в ледяные глыбы. Идем, как два мокрых котенка, которым чудом удалось спастись из тонущего мешка. И вроде бы хорошо, живы. Но что делать дальше? До города ехать на мопеде. Под дождем в промокшей одежде. С ледяным встречным ветром. Самоубийство, не иначе!

– Мы т-так не доберемся, – озвучила Васька мои мысли.

– Ч-что предлагаешь?

– Идем до трассы. Ловим машину. Двух детей на дороге они не бросят.

– А твой мопед?

– Мне сейчас важнее не помереть от холода.

План нормальный. Идея ехать в машине нравится мне больше, чем катиться под проливным дождем.

В какой-то момент я понял, что уже не чувствую капель, хотя ливень не прекратился. Просто кожа от холода совсем перестала реагировать. Может, нервные окончания могут не только сгорать, но и замораживаться?

Чтобы не отключиться, надо говорить!

– Васька, мы с тобой пережили больше, чем я со всеми своими знакомыми вместе взятыми.

– Ага. Еще бы до компа добраться живыми.

– А потом?

– Игра лечит раны, которые мы получаем. Может, и сейчас получится? У тебя волдыри на всю руку.

Я покосился на плечо. Вздувшаяся кожа почти не болит, но выглядит жутко. Как у зомбаков во всяких страшилках.

– Вылечимся, – согласился я. – Мы квест прошли. Игра должна закончиться.

– Может быть, – кивнула Васька.

Мы добрались до дороги. Пусто здесь по ночам. Мимо проехала только одна машина, но резко затормозила и сдала назад.

С водительской стороны вылетела обеспокоенная женщина в очках. Похожа на типичную училку, а у них чувствительность к детям особенная. Мы в эту категорию тоже попадаем. Она бросилась ко мне, видимо, как к наиболее жалко выглядящему. Ощупала, осмотрела.

– Бог мой! Что ты тут делаешь в такое время? Да ты же до нитки промок! – запричитала учительница. Она без лишних слов открыла заднюю дверцу машины, и мы заползли в старенький «мерс». Женщина врубила печку на полную и рванула в сторону города. Нам ничего и объяснять не пришлось, только адрес назвали – мой.

Тепло приятно разлилось по салону. Только насквозь мокрая одежда мешает. Как нам повезло с этой теткой – я бы ни за что в свою машину насквозь мокрых людей не посадил. Сиденьям же теперь капец!

Учительница продолжала возмущаться всю дорогу. Про родителей, что отпускают детей на ночь глядя. Про ужасную погоду, про то, что в такую погоду надо ходить минимум в пальто и сапогах. Как-то незаметно перешла на вопросы воспитания. Тут я устал ее слушать, привалился к спинке сидушки и уставился на болтающуюся фигурку елочки на зеркале заднего вида. Отец называет такие штуки «вонючками», хотя мне их запах всегда нравился. В салоне, где есть «вонючки», всегда становится уютней. Я смотрел какое-то время на мерно покачивающуюся елку, а потом закрыл глаза. Васька устало положила мокрую холодную щеку мне на плечо. Пусть отдыхает. У меня вот, например, только одно желание – прийти домой и упасть без сил на диван.

– Приехали! – голос учительницы ворвался в сознание, и я вздрогнул от неожиданности. Казалось, мы ехали всего секунд десять. Наверное, меня вырубило по дороге. Васька подняла голову. – Адрес правильный? Может, до квартиры помочь дойти?

– Нет, не надо, – ответил я. – Большое спасибо! Даже не знаю, что бы мы без вас делали!

Учительница удивленно посмотрела на меня через зеркало заднего вида. Что ее удивило?

Она подсветила нам дорогу до подъезда, и только когда я открыл дверь, поехала дальше. Васька попыталась повернуть к своему дому, но я легонько щелкнул ее по лбу.

– Куда собралась на ночь глядя? Сегодня спишь у меня!

– Но дома…

– Ничего такого, чего нет здесь! Заходи, не выпендривайся.

Когда мы зашли в квартиру, нас никто не встретил. Да это и не важно – от моих родителей мало, что осталось. Только передвигающиеся тела. Они точно не станут ругать меня за нежданную гостью. Даже не заметят, наверное.

В комнате я тут же выделил Ваське вещи, чтобы переодеться. Большеватые, конечно. На ее худых плечах кофта как мешок смотрится, зато сухая. И еще дал ей полотенце, чтоб длиннющие волосы сушила. Сколько у девчонок на это времени уходит?

Переодеваясь, я вытащил мобилу – промокшую насквозь. Ее, наверное, уже не спасти, слишком долго находилась в воде. Я только симку вытащил – может быть, получится ее восстановить. Погибший телефон и обожженное плечо – не самая большая потеря для такой опасной битвы. Да, все было не так эпично, как в игровых сражениях. Но зато насколько жутко!

Василиса укуталась в одеяло, присев на край дивана. Я через силу подошел к компу. Я устал. Бесконечно устал. Но если не узнаю, чем закончился квест – не усну.

– Забавно, этот Огненный демон должен был сжигать