Зовите Василису Никитичну! - Анна Анинибуд Страница 16

потому что у него был бражник. И ещё под усиками он нарисовал светло-жёлтый череп. Когда Лиза спросила, какой именно у него будет бражник, глазчатый или «мёртвая голова», он, не раздумывая, выбрал последнего. А про себя подумал, что Лиза прикольная девчонка. Возможно, как-нибудь они вместе в пиратов поиграют. Только народу надо побольше.

– А почему ты с Да… почему мы вместе на улице не гуляем? – поинтересовался он, в очередной раз чуть себя не выдав. «Сложно притворяться с чужими. Ужиков справляется, кстати. Как, интересно, у него это получается? Даже толкаться научился».

– Почему не гуляем? Редко просто. Мы с девчонками ходим в основном.

Они снова сосредоточились на бабочках. Теперь у Серёги получилось обычное тельце, и он раскрасил рисунок нежно-голубым цветом, потому что Лиза сказала, что это будет голубянка. А сама она нарисовала белую, с чёрными полосками – боярышницу. Бражник «мёртвая голова» всё равно самым крутым оказался.

– У меня нет энциклопедии про бабочек, – вздохнул Серёга.

– У меня есть. Та, которую ты мне на день рождения подарил. Хочешь, принесу посмотреть?

– Хочу!

– Завтра после школы принесу.

Они ещё немного порисовали, а потом Лиза вдруг спросила:

– Тебе не кажется, что Козырев изменился?

Внутри у Серёги вмиг похолодело. Он слегка отодвинулся:

– С чего бы это? Ничего мне такого не кажется! Козырев как Козырев. Козырь.

– А мне кажется, он какой-то тихий. И учиться стал лучше.

– Это плохо? – спросил Серёга и почувствовал, что щёки почему-то горят.

– Что учится лучше – наверное, хорошо, а что меньше всех смешит – плохо. С ним веселее раньше в классе было.

Серёга притих. Ну что тут ответить? Не правду же?!

– Я тебе секрет один скажу, ты же всё равно никому не расскажешь?

Он помотал головой в знак согласия.

– Мне кажется, что Козырев мне нравится. – И уши у неё порозовели. – Но когда он тихий, то не очень нравится.

И тут Серёга испугался.

Надо срочно заставить Ужика вести себя похуже, иначе… Что иначе? Иначе Лиза догадается об их превращении. На самом деле он совсем другого испугался, но что он тут про это рассказывать будет. Что он, девчонка, что ли?

«Люблю грозу в начале мая»

Данька и не подозревал, что хулиганить так сложно. Федька с Пашкой опрокидывали мусорные урны, раскачавшись на качелях, радостно спрыгивали прямо в весеннюю грязь, гоняли голубей, которые кучковались сбоку от детской площадки. А Даня всё время боялся, что не успеет выучить уроки, и очень радовался, когда тётя Света, забрав из сада Машу, звала его домой.

Даня всё чаще слышал от Серёгиных друзей, что он стал душный. Это было немного обидно. Он же не виноват, что хорошо учится. Как-то они не звали его гулять два вечера подряд, и Серёга заволновался.

– Это плохой знак! Что они обо мне подумают? Вдруг догадаются? А ну иди гуляй с ними!

– Не пойду! – возмутился Данька. – Мне неинтересно вот это всё: ломать, пачкаться, выслушивать от мамы, что я как поросёнок.

– Когда это моя мама говорила, что я поросёнок?! – Серёга сжал кулаки.

Это заставило Даньку сосредоточиться и немного подумать. А ведь и правда. Он пару раз приходил грязный благодаря ненормальным играм Пашки и Федьки, но тётя Света ни разу его не отругала. Она говорила: «Вижу, что отлично погуляли». И просто закидывала грязную одежду в стирку.

– Всё равно не пойду! – Ужиков стоял на своём. – Ну вот что ты мне сделаешь, что сделаешь?

Он, как и Козырь, тоже сжал кулаки и выставил одну ногу вперёд. И, наверное, он точно бы врезал Серёге разочек, но тот вдруг прошептал:

– Не будешь гулять с моими друзьями, я не буду учить уроки. Все про нас догадаются, и начнётся эта твоя паника в мире. И вдруг ты навсегда останешься мной?

Вот это «навсегда», сказанное Серёгой как-то растянуто и зловеще, заставило Даньку сдать позиции.

– Ладно, – прошептал он в ответ. – Я что-нибудь придумаю.

Конечно, Козырев был прав. Он общался с Лизой на переменах, иногда они ходили в гости друг к другу. Она учила его рисовать бабочек. Серёга поддерживал с ней дружбу вместо Дани, как мог. А Даня отсиживался дома, пока Федька с Пашкой гуляли без Серёгиного присмотра. Андрей Андреич сказал бы, что «игра в одни ворота» ни к чему не приведёт.

В ночь на воскресенье была гроза. Данькин папа в такую погоду всегда цитировал Тютчева: «Люблю грозу в начале мая», а затем делал многозначительную паузу и ждал маминой реакции. Мама закатывала глаза и подхватывала: «Как шибанёт, и нет сарая».

Так вот, ночью была гроза и выл ветер. Даня с Машей представляли, что это волки, и немного визжали, а потом смеялись. Утром он выглянул в окно и увидел, что весь двор усыпан поломанными ветками. Они лежали на газонах, на скамейках, даже на клумбе. Вот так удача! Данька придумал, как поиграть с Серёгиными друзьями. Главное, успеть до того, пока дворники ветки не убрали.

Ужиков быстро позавтракал, оделся и побежал звать Федьку и Пашку.

– Здравствуйте! Федя дома? Он выйдет гулять? Это Серёжа! – Он, видимо, так истошно кричал в домофон, что Федина мама моментально отпустила сына, и Федька был внизу уже через десять минут.

– Скорее! – Данька схватил Федьку за плечи. – Побежали за Пашкой!

Тот тоже спустился быстро.

– Давайте строить шалаш! – размахивал Данька руками, показывая на лежащие повсюду ветки.

Пашка нахмурился:

– Давайте лучше что-нибудь сломаем.

У Дани аж дыхание перехватило, но тут вмешался Федька:

– А давайте сначала построим, а потом сломаем.

Так и решили.

Веток они набрали много, разных размеров. Самые длинные и толстые воткнули в землю, наклонив друг к другу. Теперь их нужно было связать, а затем накинуть поверх этих веток те, что поменьше. И тоже связать. А вот чем связать, Данька заранее и не подумал.

Тут Федька хихикнул и сказал:

– Вчера сосед коробку со старыми ботинками выкинул. Можно шнурки из ботинок вынуть и использовать вместо верёвки.

– Надо тогда быстрее их достать, скоро мусоровоз приедет, – почесал нос Пашка. – Бегите, я посторожу.

И Даня с Федькой помчались к мусорному баку.

– Не сломает? – спросил Даня на бегу у Федьки.

– Не сломает, – ответил Федька.

Бак был высокий, выше Серёгиного роста.

– А ну подсади, – скомандовал Федька и уцепился руками за край мусорного бака.

Даня подхватил Федьку за ноги и приподнял. Тот подтянулся и повис животом на краю бака.

– Нашёл! – крикнул он.

Они вынули из коробки