Тайна (ЛП) - Чайлд Ли Страница 41

* * *

Кристофер Баглин открыл утреннее совещание очередным заявлением.

Он сказал:

— Слушайте. Агенты, участвовавшие во вчерашнем провале в доме Невилла Притчарда, наконец завершили свои отчёты после того, как всех выписали из больницы. Появилась одна дополнительная полезная информация. Убийца работает не одна. У неё был сообщник или напарница. Другая женщина. Она вела угнанный грузовик UPS, который высадил убийцу у дома. Затем она заблокировала обзор соответствующему наблюдателю, пока убийца проникала внутрь. Мы предполагаем, что она также участвовала в побеге убийцы. На данный момент неясно, участвовала ли она в других убийствах, но лично я удивлюсь, если нет. У этих двоих явно налажена связь. Точные отношения или динамика между ними неизвестны. Это всё равно важная информация, поэтому вам нужно снова обновить параметры поиска. Это должно значительно сузить поле.

Ричер сказал:

— В случае с армией, к сожалению, нет. За соответствующий период не было ни одной женщины-солдата в самоволке, так что не имеет значения, ищем мы одну или двух. И я не нашёл записей о женщинах-ветеранах с соответствующим опытом или подготовкой, которые были бы связаны с кем-либо из участников Проекта 192 в шестидесятых, будь то кровно или через брак.

Найлсен сказал:

— То же самое. С точки зрения Агентства, мы зашли в тупик.

Больше никто не высказался.

Баглин сказал:

— Агент Смит?

— Никто из тех, кто сейчас в наших списках, не подходит, — сказала Смит. — Возможно, существует спящий агент — или пара спящих, — о которых мы ранее не знали, и которых теперь активировали. Или пара «чистых» недавно внедрённых. Но оба этих сценария, на мой взгляд, крайне маловероятны.

Баглин кивнул и сказал:

— Уолш, есть смысл спрашивать вас?

Уолш оторвал взгляд от окна. Он сказал:

— Никакого. — Затем снова отвернулся и продолжил смотреть вдаль.

Баглин сказал:

— Ладно. Вы все знаете, что мы пытаемся найти. Ищите. Усердно.

* * *

Время, которое Вероника Сэнсон провела у телефона, оказалось плодотворным. Она исходила из предпосылки, что Невилл Притчард захочет проводить за рулём как можно меньше времени. Основной принцип побега и уклонения: минимизировать риск обнаружения. Она также предположила, что, учитывая готовность Притчарда, он заранее подготовил безопасное убежище. Поэтому она обзвонила все кемпинги для автодомов в радиусе пятидесяти миль от его дома. Задачу облегчало то, что он жил так близко к побережью. Почти половина потенциальной площади отсекалась океаном. Каждому, с кем она говорила, она объясняла, что недавно переехала в Аннаполис с мужем и очень хочет найти место, где они могли бы регулярно проводить выходные. У них нет детей или собак, поэтому они предпочли бы место без большого количества молодых семей. Чем уединённее, тем лучше. Они опытные путешественники на автодоме, поэтому им не нужна куча удобств. И они не любят перемены, поэтому, если им понравится, они захотят забронировать тот же участок на длительный срок. Два места подходили по всем параметрам. Они решили сначала попробовать то, что ближе.

* * *

Ричер вернулся в свой кабинет и не прошло и десяти минут после утреннего совещания, как в дверь постучали. Дверь открылась до того, как он что-то сказал, и вошла Смит. Вблизи она выглядела бледной, а под глазами залегли тёмные круги.

Она сказала:

— Ричер, можно поговорить?

Он сказал:

— О чём?

— Я думаю, нам нужно рассказать Баглину то, что мы узнали. То, что узнали от Флемминга прошлой ночью.

— Думаешь? Почему?

— Как я это вижу, наша цель не изменилась. Мы должны остановить убийцу. Спасти Притчарда. Сохранить Проект 192 в тайне. Нет причин полагать, что мотив убийцы изменился. Это всё ещё месть, разоблачение, может, и то и другое. Но вот что изменилось — так это круг подозреваемых. Он преобразился до неузнаваемости. Мы больше не говорим о горстке бывших кагэбэшников. Не о нескольких солдатах или шпионах, чьи родственники пострадали от проекта. Нет. Мы говорим о родственниках тысячи осиротевших семей. Это может быть, сколько? Пять тысяч человек? Десять тысяч?

— Может быть.

— Это слишком много. И подумай о логистике. Нам нужно будет связаться с гражданской компанией, Mason Chemical, если она ещё существует и если у неё сохранились записи за столько лет. Нам нужно будет сотрудничество с правительством Индии. С индийской армией тоже, если мы правы насчёт военной подготовки. А мы, вероятно, правы.

— В чём ещё одна проблема. Индийская армия только недавно начала принимать женщин. У наших подозреваемых не было времени пройти подготовку.

— Значит, нам придётся искать семьи или отдельных лиц, которые эмигрировали в страны, где армии принимают женщин как минимум, скажем, пять лет? Ещё больше сложностей. А потом нам понадобится помощь Иммиграционной службы, чтобы подтвердить, кто из них находился в Штатах в соответствующее время. Трое человек не справятся со всем этим. Это просто невозможно. Особенно находясь за тысячи миль. И когда мы не можем работать обычными методами. Семьям заплатили, верно? Мы не можем проследить деньги, потому что их платило ЦРУ, в чужой стране, и их, без сомнения, прогнали через кучу подставных компаний и посредников. У нас больше шансов найти снежного человека.

— Мы могли бы искать следы, которые оставили деньги. Семьи, которые вдруг купили большие новые дома. Которые открыли бизнес, имея кучу наличных. Или покинули деревню и переехали в город. Или за границу.

— Всё хорошие предложения. Но опять же, мы не можем найти это сами. Поэтому нам следует передать это Баглину. Мы должны ввести его в курс дела, а затем он сможет наладить все контакты и выделить ресурсы.

— Логично. Но есть ещё одна проблема. Нет никакой возможности сделать это, не раскрыв, что мы знаем о Тифоне. О тысяче погибших. А для Флемминга это плохо кончилось.

— Верно. И я не горю желанием жить в тёмной камере или в руинах, как крыса. Но есть моральное обязательство. На кону жизнь человека. И репутация страны, потенциально.

Раздался ещё один стук в дверь. Вошёл Найлсен. Увидев, что Смит уже здесь, он прищурился. Он сказал:

— О чём вы, ребята, говорите?

Ричер сказал:

— О прошлой ночи. О том, что мы узнали. И что нам с этим делать.

Найлсен сказал:

— Что нам делать? Очевидно. Передать эстафету Баглину. Пусть он отрабатывает свои деньги. Слушайте, если мы продолжим делать то, что делаем, мы продолжим получать то, что получаем. Другими словами, ничего. Невилл Притчард рано или поздно окажется мёртв, или информация о 192 просочится, или и то и другое, и мы останемся здесь сидеть с татуировкой *Обвините нас* на лбу. Не знаю, как вы, но я этого не хочу.