1991 - Франк Тилье Страница 2

Видишь? У тебя получилось. Теперь, когда ты понимаешь, что все это серьезно, что у тебя есть способность, которой нет у других, мне понадобится твоя помощь.

Последний конверт ждет тебя по моему адресу: Mme Escremieu, 26 bis, rue des Rosiers, Paris 4e. Код входа: 267954A. По причинам, которые ты скоро поймешь, я не могу забрать его сам, но тебе необходимо это сделать. Пойди к моему почтовому ящику. То, что ты только что совершил, ничто по сравнению с тем, что тебе предстоит там.

Филипп перечитал все, осмотрел упаковку, полистал сборник. Как ни невероятно это было, он угадал имя, упомянутое в одном из стихов на одной из страниц «Цветов зла. - И человек, обратившийся к нему, знал, что он способен на это. Невероятные интеллектуальные способности...

Это было предсказание? Телепатия? В любом случае, Эскремье точно угадала его характер. Она казалась хорошо знающей его, в то время как он ничего не знал о ней... Это было сбивающим с толку. Если она была в беде, зачем ей обращаться к нему?

Ему не нравилось, что письмо было напечатано на машинке, и тон последних строк — это пахло ловушкой, и он не хотел ввязываться в подобные истории, — но он не рисковал, заглянув туда. Он должен был раскрыть секрет ее мастерства.

Спрятав книгу и письма во внутренний карман куртки, он снова сел в общественный транспорт. Линия 5. Дельфи. Это имя повторялось в его голове, маня его, как песня сирены.

Дельфи смотрела на него горящими глазами,

Как хищное животное, наблюдающее за добычей,

Сначала отметив ее зубами.

Он чуть не пропустил остановку «Бастилия, - перешел на линию 1 и вышел из метро на станции «Сен-Поль. - Район Марэ находился менее чем в получасе ходьбы от его дома, но он никогда туда не ходил. Не особо подходящее место для одинокого мужчины, особенно с наступлением темноты. Однако с тех пор, как здесь поселилась гей-коммуна, район стал гораздо менее опасным, чем десять лет назад. Магазины оптовой торговли и грязные притоны сменились барами и ресторанами.

Филипп шел вдоль серых фасадов, уткнувшись носом в воротник куртки. Он шел быстро, но уже не был уверен, что хочет дойти до конца. Слишком поздно.

Улица Ру-де-Розье. Он нашел дом 26 бис и цифровой код для ввода кода. Убедившись, что поблизости нет прохожих, он набрал 267954A и услышал щелчок.

Внутри он нажал на таймер освещения. Консьержа не было видно. Напротив лестница, ступеньки которой были покрыты красным ковром. Слева несколько рядов деревянных почтовых ящиков. Он нашел тот, на котором было выгравировано «Дельфи Эскремье, № 13, 3-й этаж.

Дельфи... Ее звали Дельфи, как в стихотворении.

Прежде чем что-либо трогать, он решил подняться и постучать в ее дверь, просто чтобы проверить. Никто не открыл. В любом случае, он не ожидал, что она будет дома.

Он вернулся на первый этаж. Попробовал просунуть пальцы в щель почтового ящика, который его заинтересовал, но не смог достать содержимое. Он колебался, достал письмо, чтобы успокоить совесть: - Я не могу забрать его сам, но ты обязательно должен это сделать.

Он резко дернул металлическую ручку. Почувствовал себя неловко и помолился, чтобы в этот момент никто не вошел. В ячейке лежал только конверт, отправленный три дня назад из почтового отделения в 20-м округе.

Что это значило? Что Эскремье послала себе письмо с единственной целью, чтобы он его взял, после того как чудом нашел ее имя в книге?

В полном недоумении он вскрыл конверт. Внутри была черно-белая фотография.

В тот вторник, 10 декабря 1991 года, в 21:24, судьба Филиппа Васкеса, обычного сотрудника универмага, резко изменилась. У него было только одно желание: бросить все и убежать.

2

Ночью синяя неоновая вывеска «Криминальная полиция» придавала узкому пустому коридору на третьем этаже дома № 36 по улице Кей-де-Орфёвр вид заброшенного и мрачного корабля, из которого могли выскочить призраки самых жестоких убийц.

Неосторожный путешественник, ошибившись дверью, рисковал попасть в «сушилку, - помещение с запахом тухлого мяса, где хранилась окровавленная одежда жертв убийств. Однако без ключа было невозможно проникнуть в «музей ужасов, - как его здесь называли, где бригада по борьбе с наркотиками и проституцией складировала всевозможные незаконные или садомазохистские предметы, изъятые в ходе расследований — опиумные трубки, доски с шипами, орудия пыток, велосипед с красным фаллоимитатором вместо седла — и где криминалисты выставляли, среди прочего, фотоальбом японского каннибала Сагавы. Это был настоящий экземпляр: в 1981 году в течение трех дней он съел семь килограммов плоти своей молодой жертвы в квартире на улице Эрлангера и сделал тридцать девять фотографий, на которых запечатлел каждое свое действие.

Сегодня парни из уголовного розыска шутили об этом, но за улыбками росла невидимая плесень, разветвлялась, подкрадывалась и в конце концов пробивала даже самые прочные панцири. Большинство мужчин, шагающих по этому зданию, были живыми мертвецами.

Свет еще горел на три этажа ниже, в архиве, в глубине двора дома № 36, в помещении без окон, пахнущем чернилами. В течение трех недель после своего поступления в престижную криминальную полицию молодой инспектор Франк Шарко проводил там большую часть своего времени. Ему еще не выпадало случаться выйти на улицу, но ему не терпелось вступить в схватку. Он был как борзая, запертая в боксе перед забегом.

Пока что он был всего лишь новичком, номером 6 и последним в своей следственной группе, рядовым сотрудником отдела, занимавшимся «делом пропавших женщин из южного Парижа. - Дело было непростым: в период с 1986 по 1989 год три женщины около тридцати лет, Корин, Франс и Изабель, проживавшие соответственно в 15-м, 13-м и 12-м, были похищены в подземных парковках своих домов и найдены в полях в пригороде с одеждой, разрезанной по длине, изнасилованы и убиты ударами ножа. Первое убийство стало сенсацией: какой человек мог совершить такое? После третьего появился термин «серийные преступления, - как в Америке.

Шарко показали фотографии тел сразу по его прибытии, и его напарники стояли вокруг него, чтобы увидеть его лицо и сказать, что вся эта грязь станет его повседневной жизнью, бременем, которое он будет носить с собой везде, даже в туалет, когда будет выпивать дешевый алкоголь. Такова была судьба великого рода детективов криминальной полиции, и если ему суждено было уйти, то лучше