Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 1 - Татьяна Юрьевна Степанова Страница 156

Зачем же он так, господи, — Дмитрий говорил сбивчиво, она плохо понимала его. — Папа позвонил мне, просил приехать.

Ваньке тоже позвонил. Словно чувствовал — собрал нас всех.

За ужином сидели с ними, все было хорошо. Потом… вечер был уже, темно… Катя, мы через два часа только его хватились! Отца нигде нет. Дядя Валера наверху искал, а я заглянул в ванную и… Катя, он был там в воде, черный, страшный, я его даже не узнал в первую секунду! Он уронил бритву в воду — бриться хотел, наверное… Ночью бриться — на кой дьявол?! Электробритва, она же под током, дерьмо пластмассовое, ну и… Позвонил в «Скорую», я позвонил в Центральную клиническую — он там наблюдается, приехали две бригады — искусственное дыхание, массаж, но он же уже труп был, все бесполезно, поздно. — Базаров откинулся к стене, закрыл глаза. Несчастный случай, сказали, — все под ним ходим… неосторожное обращение с электроприборами и…

Врач милицию вызвал, приехали какие-то… А отца потом увезли в ЦКБ. В час ночи увезли. А мне утром надо в фирме быть, поставить всех в известность, проинформировать, все подготовить к… Катя, я не могу, чтобы он умер, понимаете?

Не могу. Я поехал и… Не могу один быть сейчас. Квартира пустая… Простите меня, пожалуйста, что я к вам ввалился…

Она молча прижала его голову к своей груди. Волосы у него были густыми, жесткими, эта седина на висках… А кожа молодая, ухоженная, гладкая, наверное, массажист есть свои, парикмахер, эти молодые «яппи» сейчас за собой старательно следят…

— Ваш брат остался там? — спросила она.

— Я его не нашел. Он после ужина в Отрадное умотал, как всегда. Его черти постоянно где-то по ночам носят. Я по дороге туда заехал, разбудил этих его полудурков… Его не было Они не знают, где он.

— Дима, а к вам на дачу, значит, и милиция приезжала? — осторожно поинтересовалась Катя.

— Врач «Скорой» вызвал, говорит, так полагается при несчастных случаях. Сначала приехали какие-то в форме — человек пять на «канарейке» своей. Потом парень на белых «Жигулях». С ними дядя Валера говорил, Ванька, бабушка Я не мог. Мне врач укол какой-то сделал. Потом цэкабэшники отца забрали. Будет вскрытие — тоже, говорят, обязательно при несчастных…

— Димочка, чем я могу помочь? — Катя заглянула ему в глаза. — Очень, очень жаль вашего отца. Надо быть мужественным, Дима. Вы сильный, надо перетерпеть, подумать о своих близких, о братьях, бабушке. Вы теперь глава семьи. Вы и Степан. На вас…

— Степку семья с некоторых пор не интересует. Его ничего с некоторых пор не интересует, — Дмитрий наклонился к самым ее губам. — А вы со мной как с пацаном говорите, Катя… как с маленьким мальчиком добрая заботливая мама. — Он провел ладонью по ее волосам, бережно убрал со лба упавшую прядь.

— Чем я могу помочь, Дима? — тихо спросила она.

Хотя что было спрашивать? Все и так было ясно. О нет, маленьким мальчиком тут вряд ли кого можно было вообразить, скорее даже… Катя прикинула в уме: в любовных романах в подобной ситуации герой и героиня находили утешение в самых разнообразных вещах: медленно и со скорбью, медленно и печально… Все устраивалось словно само собой, изящно вниз соскальзывало платье, белье, расстегивались кнопки, крючочки, пряжки на поясе, «молнии» на брюках…

Секс со слезами на глазах, душевная рана излечивается силой внезапно вспыхнувшего чувства… Сплошные «Девять с половиной недель», классический Залман Кинг и… Он был чертовски похож на своего брата! И вправду, одно лицо, точнее, две половины одного лица, два зеркальных отражения…

— В постель я вас не потащу, не бойтесь!

Он разжал объятия. Отстранился. Весь снова как-то потух, точно свечу задули. Спросил:

— Вы вся дрожите, холодно вам?

— Да, наверное… Утро свежее, надо окно на кухне закрыть. — Катя чувствовала: надо двигаться, ходить, разговаривать. Не надо молчать!

— Врете вы, Катя. Меня боитесь. Да я ж не спать сюда с тобой приехал! Не скотина же я…

— Я знаю, знаю. — Она чувствовала: в нем снова зреет тот ком воспоминаний пережитого, невыплаканных слез, жалоб. — Я все знаю, Димочка. Я вас не боюсь, это вы напрасно, просто я… Это хорошо, что вы ко мне приехали, Дима, хорошо. Когда на душе такое — одному нельзя, я это знаю, знаю…

Нам о многом надо поговорить с вами… с тобой… я чувствую, догадываюсь. И мы обязательно поговорим об этом. Позже, когда… когда горе будет позади. У нас еще будет время. А сейчас успокойтесь. Все хорошо, все правильно, я тут, рядом с вами. Я никуда не уйду. Вы немножко отдохните, я буду рядом и…

Он поцеловал ее в губы. Этот поцелуй впоследствии она помнила долго. Дольше, чем ей бы того хотелось. Во рту остался привкус его слез, солоновато-горьких…

Он уехал в половине шестого. Она снова спустилась во двор, проводила его до машины. На прощание он сказал, что после обеда должен будет вернуться на дачу — его просили заехать в местную милицию: «Какие-то формальности… Какие? Просили быть…» Катя предложила поехать с ним: возможно, понадобится ее помощь в качестве «официального лица», она ведь сотрудница ГУВД, если возникнут сложности, то…

— Сколько смертей, Дима, сколько, — вздохнула она горестно. — В вашей семье повторный траур и там, в окрестностях вашей Уваровки, несчастье за несчастьем. Убийства, слыхали уже, наверное, — весь район слухами полон.

Он кивнул, но по его виду она поняла, насколько далек он сейчас от чужих бед.

— Я совсем не так представлял нашу встречу, — повторил он на прощание, — ну да… видно, не судьба.

— Ваш отец был хорошим человеком. Быть может, не таким знаменитым, как дед, но… Его будут помнить, Дима, — заверила Катя. — А насчет нашей с вами судьбы… Никто своей судьбы не знает. Она сама выбирает, как с нами поступать.

Катя вернулась домой, перемыла чашки и начала потихоньку собираться на работу. Она знала: какие-то пока неясные, но насторожившие ее подробности случившегося она узнает из утренней сводки происшествий. А другие… «Нет, наверное, придется переселяться в этот чертов Раздольск. — подумала она, набирая номер Мещерского, чтобы сообщить ему новость. — В этих местах определенно происходит что-то странное. Упавшая в воду электробритва… несчастный случай… Надо же…»

Глава 15

НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ?

То, что и это дело ему чрезвычайно не понравилось с самого начала, Колосов не пытался даже скрыть. Он знал: теперь, что бы ни случилось в Раздольске — травма ли на