Жертва и другие - Николай Иванович Леонов Страница 15

— Просят, — подтвердил генерал.

— Что ж, теперь понятно. Нам с Гуровым нужно ехать в Новореченск?

— Думаю, что пока нет. Для начала хватит и того, о чем коллеги из Новореченска нас попросили.

— И о чем же?

— Ускорить процесс, — сказал генерал. — Убедить всех этих академиков, докторов и кандидатов, чтобы они дали свое заключение о той фантастике, которая на флеш-карте. Чтобы они не откладывали дело на завтра, а тем более на послезавтра.

— Что ж, задачу я понял, — отчеканил Крячко. — И готов вступить в контакты с ученым миром. В научные пререкания, так сказать. Убедить их, дать, образно выражаясь, пенделя, дабы они не затягивали с этим делом. Я правильно говорю?

— В общем, да, — сказал генерал. — Но только, конечно, без грубостей. Все-таки кандидаты, профессора, академики… Это тебе не какая-нибудь шпана замоскворецкая…

— Ясное дело, — согласился Крячко, поднимаясь. — Ну так где она, та драгоценная флешка?

— Осталась в Новореченске, — сказал генерал. — А вот то, что на ней изображено, на нашем компьютере. Вернее сказать, на Верочкином компьютере. Ступай к ней, она все организует. И — мигом в академии и прочие университеты. Желательно, чтобы сегодня же к вечеру мы с этим делом покончили. И сообщили результат в Новореченск. Сам понимаешь, там с нетерпением ждут, что мы им скажем. Надеются на нашу помощь.

— Все понял, — кивнул Крячко и вышел из генеральского кабинета.

Секретарша Верочка с кем-то говорила по телефону. Должно быть, о чем-то личном, никак к делу не относящемуся, — это Крячко определил сразу же, по выражению лица Верочки. Станислав подошел к секретарше почти вплотную и уставился на нее пристальным, немигающим взглядом. Настолько пристальным, что Верочке сразу же перехотелось общаться со своим абонентом, кем бы он ни был. Скомкав разговор, она с некоторым неудовольствием спросила:

— Ну, что вам? Что вы хотите?

— Пообщаться с вами — что же еще я могу хотеть? — игривым гусарским тоном произнес Крячко. — И ничего-то больше мне в этой жизни не надо. Тем более что генерал мне так и сказал: ступай, мол, и пообщайся с Верочкой. Даже, можно сказать, приказал. Ну вот — я здесь. У ваших, можно сказать, ног.

Услышав о генерале, Верочка напустила на себя официальный вид.

— Я вас слушаю, — сказала она. — Но только без ваших комплиментов…

— Какие уж тут комплименты? — вздохнул Станислав. — Не до комплиментов, когда труба зовет в поход.

И он коротко и доходчиво объяснил секретарше, что ему нужно. Спустя буквально несколько минут информация, поступившая из далекого Новореченска, Верочкой была найдена и даже бегло изучена.

— Что это такое? — с удивлением спросила она. — Какие-то чертежи, непонятные надписи…

— А вы прочитайте внимательнее, — посоветовал Крячко. — И желательно вслух. А то ведь и я почти незнаком с этими чертежами и надписями.

— Ничего не понимаю… — сказала Верочка. — Все какие-то непонятные слова… А, вот! Прибор для уловления мыслей! Это как же? — И Верочка растерянно взглянула на Крячко.

— А что вам непонятно? — самым невинным тоном произнес Крячко. — Сказано же — прибор для уловления мыслей. Все тут ясно и понятно.

— Каких мыслей? — все так же растерянно произнесла Верочка. — Чьих?

— Всяких разных, — сказал Крячко. — И моих, и генерала Орлова, и даже, наверное, ваших. Вот разживемся мы этим прибором и будем в точности знать, кто о чем думает. Например, что вы думаете о моем друге Льве Гурове. Ведь вы о нем думаете, не так ли? Ну вот мы и будем знать…

— Да ну вас! — отмахнулась Верочка. — Ни о чем таком я не думаю! Но все равно… Прибор для уловления мыслей… А что, и вправду такой существует?

— Вот чего пока не знаю — того не знаю. — Крячко развел руками. — Но очень хотел бы знать. Вот что, скопируйте-ка мне на флешку всю эту хиромантию, ладно? А саму хиромантию пока с компьютера не удаляйте. И никому ничего на эту тему не сообщайте. А то мало ли что…

Через пять минут все было готово. Крячко сунул флеш-карту в карман и отправился на поиски академиков, профессоров и прочего научного люда. Он пока что слабо представлял, где ему искать этот научный люд: кажется, никогда раньше он не имел контактов с ученым миром. Во всяком случае, с таким ученым миром, где хоть что-то могли знать о всяческих хитроумных приборах. Скажем, о приборе по улавливанию чужих мыслей. Хм, прибор… Ерунда, конечно, фантастика или, может, бред какого-нибудь безумца. Но тем не менее нужно с этим делом разобраться. И как можно скорее. Там, в неизвестном Новореченске, ждут результатов. Там — нераскрытое убийство… Значит, Крячко найдет тех академиков и профессоров. И убедит их выдать компетентное заключение как можно скорее. В конце концов, на то он и сыщик, чтобы искать и убеждать.

Крячко решил до поры до времени не тревожить своего друга и напарника Льва Гурова. Конечно, при желании он мог его найти в считаные минуты, но стоит ли сейчас Гурова беспокоить? Мало ли чем он занят… Да и что им делать вдвоем? В контакт с научным миром Крячко вступит и без Гурова. А там будет видно…

* * *

Поиски заняли немного времени. Гораздо больше времени Станиславу потребовалось, чтобы объяснить ученому народу, что именно он от этого самого народа хочет.

— Вы сказали, что это нужно для уголовного розыска? — уточнили у Крячко.

— Да, — ответил Крячко.

— Что ж… Постараемся сделать как можно быстрее. Но скажите точнее, что на флеш-карте?

— С тем-то я к вам и пришел, — вздохнул Крячко. — Это вы мне должны сказать, что там.

— И все-таки?

— Там чертежи, — сказал Крячко.

— Чертежи чего?

— Прибора по отгадыванию чужих мыслей, — с самым невинным видом пояснил Крячко.

Само собой, после таких слов в помещении воцарилась тишина. Все пятеро ученых, которые слышали эти слова, уставились на Крячко недоуменными взглядами.

— Виноват, — наконец сказал один из ученых. — Как вы сказали? Мы не ослышались?

— Не ослышались, — сказал Крячко.

— Это что же, такая шутка?

— Ну да, шутка, — сказал Крячко и криво усмехнулся. — Я, видите ли, большой шутник. Просто-таки неисправимый шутник! С тем я к вам и прибыл, чтобы пошутить. Ну а что еще мне, полковнику полиции, в этой жизни делать? Только шутить…

— Давайте вашу флеш-карту, — сказал один из ученых. — Посмотрим на ваш прибор. Любопытно, знаете ли…

— А уж как мне любопытно — вы того не представляете! — сказал Крячко.

С этими словами он уселся на стул, а все пятеро ученых столпились у монитора. Какое-то время они безмолвно изучали содержимое флеш-карты, лишь изредка издавали задумчивые, нечленораздельные звуки. Молчание,