Детектив Киёси Митараи - Содзи Симада Страница 114

Кодзабуро пребывал в хорошем расположении духа и с удовольствием демонстрировал не искушенному в бильярде Анану технику ударов. Усикоси с удивлением смотрел, как ловко Кодзабуро раскладывает шары по лузам. Но когда хозяин дома предложил следователю присоединиться к нему, тот со смехом отказался. Ему ни разу не доводилось играть в бильярд.

– Анан-сан, между прочим, имеет способности к бильярду, – сказал Кодзабуро, обращаясь к Эйко и Ёсихико. – Надо бы вам его потренировать. – Вы можете хоть всю ночь играть, – сказал он Анану. – Соседей у нас нет, да и мне как-то спокойнее, если вы тут будете бодрствовать. А мы завтра посмотрим, каких успехов вы добьетесь. Может, еще и сыграем с вами… Но если вдруг увидите убийцу, тренировку, конечно, придется прервать. Ёсихико! Эйко! Позанимайтесь с ним как следует. Мне кажется, ему ночь потренироваться – и он будет играть вполне прилично. Да вам будет неплохо, наверное, этой ночью побыть рядом с полицейским.

Что касается Усикоси, то он не видел в Анане никаких скрытых талантов, позволявших ему рассчитывать на успехи в бильярде, поэтому предложение Кодзабуро показалось ему необычным.

– Ну что, Усикоси-сан? Может, зайдете ко мне? Поговорим. Я бутылку коньяка припас… Не для какого-нибудь важного гостя, а для человека, с которым есть о чем поговорить. Все-таки после этого убийства чувствуешь себя не в своей тарелке. В такой вечер и коньяк вкуснее, если пьешь с офицером полиции.

– Не возражаю, – сказал Усикоси.

Тогаю, видимо, не хотелось одному подниматься в свою комнату, и он, не зная, куда себя деть, подсел к Кусаке.

Кодзабуро в сопровождении Усикоси уже сделал первый шаг по лестнице, устроенной в углу салона, но остановился, будто передумал, и сказал:

– Эх! Мне надо кое-что сказать Кикуоке-сан. Спит он уже или нет? Вы уж меня извините. Вместе со мной не сходите?

– Не вопрос.

Они пересекли салон и, спустившись по лестнице в цокольный этаж, остановились у двери с табличкой, на которой была выгравирована цифра четырнадцать.

– Не хотелось бы его будить… – пробормотал Кодзабуро и деликатно постучал в дверь. Ответа не последовало.

– Кикуока-сан! Это я – Хамамото. Ты уже спишь? – позвал он негромко. В цокольном этаже особенно хорошо было слышно завывание вьюги. – Не отвечает. Уже спит, наверное.

Кодзабуро покрутил дверную ручку. Дверь была закрыта.

– Ладно, пошли. Спит.

– А ничего? – спросил Усикоси.

– Нормально. Это не срочно, до завтра подождет.

Они покинули цокольный этаж. В салоне Кодзабуро отдал распоряжение Хаякаве: «Ночью будет холодно, так что прибавь отопление».

Затем Кодзабуро и Усикоси поднялись по лестнице, которая вела к «перекидному мосту» в башню. Немного погодя до салона донеслось скрежетание опускавшейся лестницы, смешанное с гулом ветра.

Куми Аикура утратила всякий интерес к бильярду, когда к игре подключилась Эйко, и, как только Кодзабуро ушел, она решила удалиться к себе.

В салоне остались Тогай, рассматривавший свой рисунок клумбы, сидевший за учебниками Кусака и собравшиеся у бильярдного стола Эйко, Ёсихико и Анан. Плюс супруги Хаякава и Кадзивара.

Сцена 5. Башня. В комнате Кодзабуро

– Да-а. Дом ваш, конечно, необычный, но интересный. Чудесная комната.

[Рис. 6]

– В самый раз для старика, желающего как-то убить время за грешными удовольствиями. Сижу здесь и ломаю голову: а зачем я всю эту глупость построил? Глядишь – и день прошел… А вам уж, верно, здесь надоело?

– Очень много сюрпризов. Буквально сюрприз на сюрпризе… Подождите, я вижу, что и в этой комнате пол устроен под наклоном?

– Я хотел построить башню, напоминающую ту, что стоит в Пизе. То есть сначала только башня должна была быть наклонной. У Пизанской башни угол наклона – пять градусов одиннадцать минут двадцать секунд. У моей башни то же самое.

– Ага…

– Сейчас я что-нибудь закусить организую. Подождите минутку.

– Пожалуйста, пожалуйста. У вас тут и кухня?

– Ну, кухней это не назовешь. Так… мойка, холодильник, микроволновка. Хотите посмотреть?

– Пожалуй. Я в первый раз в таком необычном доме. В будущем пригодится…

Кодзабуро открыл дверь в кухню и включил свет.

– Ого! Сколько окон! И так по всему кругу?

– Точно. В комнате одна дверь и девять окон, из них четыре – в кухне.

– Вид, наверное, отсюда…

– Да, вид, чего уж говорить, замечательный. Сейчас темно и ничего не видно, но утром вон там видно море. Хотите здесь переночевать? Утром картина отсюда открывается самая живописная. Как вам такая идея? Я хотел вам признаться под коньячок, что мне немного не по себе. Так уж получилось, что до того, как здесь обосноваться, я умудрился завести себе врага. Не обошлось без этого. Если убийца кроется где-то здесь, его следующей целью вполне может быть ваш покорный слуга. Я буду чувствовать себя увереннее, зная, что всю ночь со мной в одной комнате будет полицейский.

– Я, в общем-то, не возражаю, только спать на чем? Кровать-то, насколько я вижу, всего одна.

– А вот и нет. Смотрите!

Кодзабуро сунул руку под кровать и что-то выдвинул оттуда. Там оказалась еще одна кровать.

– Вот, пожалуйста. Кровать выдвижного типа. – Хозяин снял подушки со стоявшего у окна дивана и разложил их на кровати. – Матраса у нее нет, иначе под кровать не задвинешь. На все про все пара минут.

– Ха-ха! Еще один сюрприз… Очень рациональная конструкция.

Они уселись на диван и открыли бутылку «Луи XIII». Ветер за окнами бушевал все сильнее, его порывы заглушали позвякивание льда в стаканах.

– А не рухнет ваша падающая башня при такой буре?

– Хе-хе! Не беспокойтесь.

– И дом не развалится?

– Ничего с ним не случится.

– Верю. Но если он все-таки не устоит, плюс тоже будет – преступник погибнет под обломками. – Усикоси рассмеялся собственной шутке.

– Хм-м… А если он где-то там, снаружи, то, верно, уже в ледышку превратился.

– Да уж. Может, выйдем и отогреем его коньяком? Это и есть «Луи Тринадцатый»? Слышать-то слышал, но видеть не доводилось… Тем более пить. Очень вкусно.

– От него нет похмелья. Кстати, Усикоси-сан, вы кого-нибудь подозреваете в этом убийстве?

– Вот вы о чем! Хм-м… Есть ли кто на примете?.. Как сказать… Если откровенно, то пока нет. Дело и в самом деле мутное. Крайне непонятное дело. На моей памяти еще не было случая, когда жертва издает крик спустя полчаса после того, как ее убили.

– Да еще танцует уже в виде трупа…

– Именно. А подозреваемый – лунатик с усами, темной кожей и шрамами на щеках, который то ли существует,