Снежная ловушка мистера Куина - Бенедикт Браун Страница 54

Мисс Пенелопа Олкотт определенно убила Сесила Синклера, чтобы унаследовать поместье Эверхэм-холл и значительное денежное состояние. Нам оставалось только выяснить, кем на самом деле была эта Пенелопа Олкотт.

– Какая пустая трата времени. – Я не мог перестать качать головой и проклинать Гилберта за глупость, пока мы спускались по лестнице. И даже не замечал, идут ли за мной Белла с инспектором, а постоянно проигрывал в голове последнее предложение. – Просто хочу уточнить, – спросил я свою подругу, когда мы дошли до второй лестницы. – Жену Сесила звали Гортензия Олкотт?

– Да. Так что Пенелопа, должно быть, ее дочь, с которой они не общались.

Я еще покачал головой для верности.

– Вы расскажете полиции подробности того, что здесь произошло, или предпочтете сохранить все в тайне? – спросил инспектор своим привычным веселым тоном с легким намеком на сарказм.

– Вы узнаете всю историю, когда я соберу все кусочки вместе, – ответил я. – Я так понимаю, у вас есть пара или даже две пары наручников?

Это его оживило, смею вас уверить.

– Конечно есть, мистер Куин. И я всегда рад использовать их на нужном человеке. – Лавбрук откашлялся, как будто обнаружил в своем плане брешь. – Хотя дайте-ка подумать, они у меня в машине.

– Отлично. Думаю, вам лучше за ними сходить. Нам они понадобятся очень скоро. И если вам повезло, снег уже растаял и вы сможете подъехать немного ближе. – Даже пока мы разговаривали, солнечный свет лился сквозь открытые двери по коридору.

– Прекрасно. Вернусь через минуту. – Хотя голос у инспектора был бодрым, выражение лица казалось менее оптимистичным. Вероятно, он понял, что придется снова намочить брюки, носки и ботинки в снегу.

– Ты в самом деле знаешь, кто убийца? – спросила Белла, когда мы остались одни. Она положила ладонь на мою руку, и, как и в прошлый раз, меня ударило электрическим разрядом.

– Ну, мы наверняка недалеки от истины. – Я хотел это сказать с тех пор, как убили Сесила. – Если предположить, что Пенелопа – это не ужасное мужское имя, мы можем сократить круг подозреваемых до трех человек, и я знаю, на кого поставлю.

В мгновение ока серьезное выражение лица Беллы посветлело, глаза засияли. Она и была как солнечный лучик. Мой солнечный лучик.

И если, покинув Эверхэм-холл, мы больше никогда не встретимся, я бы хотел запомнить ее такой – не сидящей в домике на дереве со слезами на глазах, после того как я разбил ей сердце. С этого момента я и хочу ее видеть именно так каждый раз, как буду думать о ней: образ девушки в золотистом платье, сверкающем на утреннем солнце. Изящную женщину с глазами лани, фарфоровой кожей и темными волосами.

– Чем я могу тебе помочь?

Сколько раз Белла задавала этот вопрос в своей жизни, задумался я. Она всегда ставила других превыше себя, и мне хотелось сказать ей, чтобы она нашла спокойную комнату и хорошо отдохнула, но наша работа еще не была закончена.

– Ты могла бы собрать всех, кого сможешь найти? Всех подозреваемых, а также Филиппа и Мэтью, на случай если инспектор Лавбрук не успеет со своими наручниками.

– Конечно. – Белла развернулась даже до того, как я договорил. – И наверное, когда все закончится, я наконец переоденусь. Я люблю это платье, но оно больше подходит для какого-то особенного мероприятия, чем для целого вечера, ночи и следующего дня.

– Попроси всех прийти в бальный зал через полчаса! – крикнул я ей вслед.

Она не обернулась, но помахала рукой через плечо, показывая, что услышала. Белла была не из тех, кто оглядывается. Она всегда смотрела прямо перед собой. В отличие от меня, она была сосредоточена на будущем, а не на прошлом.

В доме на краткое время воцарилась тишина, и даже показалось, будто этот старинный элегантный дворец принадлежит мне. Уже через минуту я услышал звук шагов в коридоре наверху, но этот миг спокойствия пошел мне на пользу. Интересно, когда Сесил только переехал сюда и остался в этом огромном здании один, наслаждался ли он этим необыкновенным ощущением?

Двигаясь по холлу, я снова обратил внимание на то, каким оригинальным был этот дом. Его отличал не только герб Корнуоллисов, но и красивая лепнина на потолке, и ниши со скульптурами, которые изображали херувимов, ангелов и странных, едва узнаваемых мифических существ. Как и у Сесила Синклера, Пенелопы Олкотт и Мариуса Куина, у этого дома была история, которую можно было рассказать, и я гадал, когда она началась и чем может закончиться.

Я вошел в бальный зал, который обнаружил утром.

Он был огромен и сверкал так, что напомнил мне зал в Блэкпульской башне[18]. Потолок был закругленным, напоминая железнодорожную арку, которая почему-то была расписана романтическими изображениями женщин в платьях с оборками, летающих на облаках. Последние лучи утреннего солнца отражались от снега, падая на золотые листики, нанесенные практически на каждую деревянную поверхность, кроме полированного пола. Все сверкало так ярко, что я прикрыл глаза рукой, проходя к центру этой роскошной комнаты, надеясь собрать воедино фрагменты загадки, рассыпанные в мыслях.

Видите ли, я думаю не совсем так, как большинство. Не могу точно сказать почему, но когда я пишу, то представляю себя в коридоре со множеством дверей и целым миром за каждой из них. Я путешествую по разным мирам, знакомлюсь с обитателями, изучаю флору и фауну как можно тщательнее. Закрываю глаза и оказываюсь там, в величественном доме в лунном свете, или, если перейду в следующую дверь, могу оказаться в лондонском театре в день премьеры пьесы в тот самый момент, когда кто-то стреляет в актера на сцене.

Я совсем по-другому смотрю на вещи, но для Эверхэм-холла я не создал отдельной двери – до этого момента. Пока не встал один посреди сверкающего бального зала и не закрыл глаза, думая обо всем, что мы с Беллой обнаружили.

Взявшись за дверную ручку, я толкнул дверь.

Не знаю, как долго я простоял там, но, когда появился Лавбрук, оставляя мокрые следы на полу, я понял, как кусочки головоломки соединяются вместе, и смог увидеть связи между всеми казалось бы разрозненными фактами.

– Рад, что вы здесь, Лавбрук, – сказал я и подошел пожать ему руку – то, что следовало сделать, когда он впервые представился. – Мне есть что вам рассказать.

Инспектор стоял и слушал очень внимательно, пока я разворачивал перед ним свою историю, а когда закончил, еще несколько секунд молчал, прикусив нижнюю губу, все обдумывая.

– Знаете что,