Современный российский детектив - Анна Майская Страница 66

— Проходите, Павел Игнатович, присаживайтесь. Рассказывайте, что привело вас ко мне?

— Господин генерал! Мне известны ваши отношения с моим отцом дружеские и неуставные.

— Что ты имеешь ввиду?

— Те пятнадцать процентов прибыли, что ежемесячно отдавал вам отец.

— И что?

— Я думаю, что огласка вам ни к чему, господин генерал. Рэкет в сердце правоохранительной системы области. А сейчас и половину наследства вам предстоит присвоить из семейного бюджета.

— Присвоить говоришь? Мне твоя мама об этом рассказала. Я принял решение.

— Какое?

— Перед тобой отчитываться не буду.

— Может тогда перед Генпрокуратурой?

— А ты не в отца пошел. С гнильцой парень. Далеко пойдёшь с такой философией. Даже Магадан можешь увидеть.

— Вы меня пугаете?

— Жалею, что по просьбе отца не дал раскрутить тебя местным Пинкертонам.

— Я чист перед Законом.

— Глубоко сомневаюсь.

Генерал встал, нажал кнопку вызова и в кабинет вошел полковник с бумагами в руках.

— Заберите этого господина и разъясните всё по интересующему его вопросу.

— Идёмте.

Павел посмотрел на генерала, отвернувшегося от него и пошел вслед за полковником. Бешенство начинало охватывать его. Пришли в кабинет. Полковник стоял и поэтому Павел тоже не присаживался.

— Подойдите к окну, — приказал полковник.

Удивленный Павел, не спрашивая причины, подошёл и посмотрел туда, куда был обращён взор полковника.

— Видите милицейские машины последней модификации и их количество?

— Вижу. И что из этого следует?

— Генерал открыл спецсчёт помощи милиции сразу же после предложения вашего отца, когда на него наехала мафия. Состоялся договор с вашим отцом. Никогда, ни разу не было наличных денег. Деньги поступали в банк и оттуда спонсорская помощь распределялась на приобретение техники и оснащение компьютерной системой все правоохранительные органы нашей области. Вы, вероятно, заметили, что у сотрудников мобильная связь. Семьи погибших милиционеров ежемесячно получают дотации к пенсии в десятикратном размере.

— Но всё это незаконно. Не может милиция принимать от частных лиц пожертвования.

— Может быть мы что-то и нарушили, но о нашей системе знают все в вышестоящих органах. Да, вместо криминала деньги ушли на оснащение милиции.

— Я понятия не имел…

— Если бы ваш отец был связан с криминалом, или вёл двойную жизнь бизнесмена, несомненно такого эксперимента мы бы не допустили. Кстати, ваши бумаги для нотариуса готовы. А также в суд.

Секретарь принесла бумагу, где начальник областного управления милиции от лица управления отказывался от наследства, подаренного частным лицом коллективу, так как были замешаны интересы семьи. Павел прочитал бумагу, посмотрел на полковника и спросил:

— Мне можно извиниться перед генералом?

— Нет, он уже уехал. Этот документ для вас, в суд и нотариусу высланы такие же.

— И всё-таки скажите мне, то, что отец переводил деньги пусть в качестве спонсорских на счет милиции, есть нарушение?

— Нарушение то, что криминал получает миллиарды и в придачу бьёт, убивает своих плательщиков. Я бы лично возвёл в ранг закона отчисление за спокойную работу без унижения человеческого достоинства в фонд милиции на спецсчёт те деньги, что их вынуждает платить криминал. Хотя это вопрос риторико-нравственный. Но с битыми физиономиями, униженные люди вполне были бы согласны работать с нами. Если бы не кормили криминал под «крышами», он исчез бы как общественное явление навсегда. Я считаю, что экономическая модель общества предусматривает обязательный труд каждого, кроме нетрудоспособных. А у нас четверть населения кормится за счёт рэкета, грабежей, разбоя. Вторая половина — перекупщики, перепродают произведённое другими людьми. Если эти цифры сложить и отдать в казну государства, закончится трагедия с бюджетниками и их зарплатой, похожей на слёзы. Блеснули и высохли. Посмотрел на ведомость и сиди голодом.

— Не знал, что тут у вас целая философия. — А со мной вы будете работать?

— Нет, — ответил полковник.

— Почему?

Тот пожал плечами, нажал кнопку звонка и попросил дежурного проводить господина Крутых до выхода.

Всю дорогу Павел проклинал себя за невыдержанное обращение к генералу. Тот был настоящим заступником их фирмы. Отец часто говорил о нем, как о замечательном человеке.

— Я все испортил. Ну да ладно: «Время — хороший доктор».

* * *

Хан подготовил операцию по изъятию драгоценностей и денег в доме Крутых. Сегодня утром он должен приехать туда сразу же после того, как Вера с девочкой уедут в школу. Он по минутам рассчитал операцию и готовился к стремительной экспроприации. Ключи от задней калитки и дома у него были и он без труда вместе с Гейшей пробрался в дом через задний ход. Строгая фигура охранника промаячила к парадному подъезду и только тогда они, используя интервал по времени, вошли в дом. Для Хана все было давно знакомым объектом. Прошли в спальню Любовь Ивановны. Постель была не застелена.

— Горничная. Могла быть приходящая горничная, — сказал Хан.

— Я постою у окна, посмотрю за входом, — успокоила его Гейша.

Хан быстро просмотрел те места, где мог быть ключ от сейфа. Рядом с кроватью стояла напольная ваза. Он приподнял её и отметил, что не зря. Под вогнутым дном лежал ключ. Открыть сейф было мгновением. В его пасти он нашел то, зачем они пришли с Гейшей. Две коробки драгоценностей и несколько пачек «зелёных», все это он сгреб в сумку. Денег было тысяч двести, можно было спокойно сматываться. Драгоценностей, судя по алмазному ожерелью, брошам, огромному количеству колец, перстней и браслетов, достаточно на всю оставшуюся жизнь. Бумаги? Не нужны, на них можно сгореть. Он скатился кубарем с лестницы и в это время Гейша показала ему знак молчания, прижав пальцы г губам. Хорошенькая молодая девушка входила в двери, открыв их своим ключом. Они всего минуту не успели выбежать из-под лестницы на заднюю половину дома. Кухня была открыта и было трудно прошмыгнуть мимо девчонки. Она остановилась перед дверью своего рабочего места и сказала в диктофон охраннику:

— Приходи через полчаса завтракать.

— Хорошо, — ответил он.

Хан с Гейшей оказались в ловушке. Вот-вот могла приехать Вера.

Он вопросительно посмотрел на свою спутницу и показал рукой на шею. Она замотала отрицательно головой. Девушка напевала песенку про миллион алых роз. Аппетитно запахло кофе. Что-то ворчало на сковородке. За окном послышался шум автомобиля. Хан прыжком вместе с сумкой подскочил к двери кухни. Девушка обернулась и застыла в страхе. Он